Каллокаин

Эта книга относится к жанру антиутопия . Люблю этот жанр и эту книгу я прочитала одну из последних книг этого жанра. Книга написана в 1940 году, что говорит о том, что автор уже знаком был с этим жанром,ведь один из первых кто написал был Евгений Замятин "Мы".
О чём же собственно эта книга? О жизни мужчины, который придумал средство путём которого люди бы говорили правду, сославшись на когда-то придуманным напитком. После его экспериментов он обнаружил группу людей которая не хотела жить как им говорит империя, они хотят как раньше. Главному герою это не зашло и он решил вставить палки в колёса. И только в конце он понял истину. Он убивал то, что ему было всегда близко, он только не хотел это принять. Мораль такова: порой если ты злишься на что-то, возможно тебе этого и не хватает.
Книга мне не понравилась. Не та антиутопия, слишком много позволенный для людей которые живут в этом мире.
Если ты хочешь знать об антиутопии , то стоит начинать не с этой книги.

Не отношусь я к тем людям, которых угнетают антиутопии. Утрированность общественно-политического строя не даёт возможность поверить в его существование.
Больше всего меня удивляет то, что вся структура политического устройства столько длительное время статична. Ну не бывает такого. Во главе государства стоит конкретная личность, с определённым характером. Если во главе - определённая группа, то потом между ними начнутся противоречия и конфликты. Это неизбежно. И это обязательно отражается на жизни общества. А такой описанной статики, как во многих антиупотиях просто не бывает. Механизмы управления государством обществом сложны и не ограничиваются показанным. Политические режимы сменяются другими.
Из некоторых рецензия я узнала, что в переводе некоторые моменты подсократили. Интересно что? Мне лично немного последовательности не хватило начиная с судебного процесса.
Немного интересен образ главного героя. Показательно, его отношение к своему изобретению. Неужели ни разу ему не приходило в голову, что оно далеко не всегда может пойти на пользу. А вообще имеет ли право человек на свои мысли, если они идут в разрез с официальной линией государства? Ведь он сам не раз ловил себя на мысли, что думает не так, как следовало бы. Так, может, сомнения это нормально? И тогда разве можно требовать от других, чтобы и у них не было запрещённых мыслей. Странно выглядит то, что у Калля была уверенность, что мужья должны доносить на жён и наоборот. Ну это же ненормальная ситуация. Где, если не в семье, можно поделиться своими мыслями и переживаниями. Как бы не было велико значение идеалов государства, но что может быть дороже семьи? И ведь относительно нормальная семья у него была (по меркам их времени). Неужели он сам смог бы на Линду донести?
Интересен образ Линды. А что было бы, если бы она раньше поделилась своими взглядами на жизнь с мужем? Вот смог бы он на неё заявить.
Ещё, безусловно, заслуживает отдельного внимания Риссен. Вот, реально, не повезло человеку находится в таком окружении. А ведь по своим взглядам он самый интересный герой. А ведь Калля его изначально ревновал к жене. И это катализатором его недоверия. Куда уж там общественным идеалам с их справедливостью. Да ещё и его же ученики постарались. Ну как так? А ведь Риссен озвучивает идеи, с которыми потом соглашается и сам главный герой.
Если говорить в целом об этой антиутопии, то с целом из классике этого жанра, так сказать, понравилась больше всех из тех, которые я читала. Здесь идея тотального господства вполне сочетается с вполне человеческими проблемами. Очень ярко и печально показаны отношения супругов, которые из-за недоверия не могут быть откровенны друг с другом.
И в конце на смену снова приходит тоталитарное государство. Что-то повсюду только такие государства. Никакого разнообразия.

Написанный в 1940 году роман «Каллокаин» шведской писательницы Карин Бойе затерялся среди популярных антиутопий XX века, которым он не уступает ни художественно, ни идейно. И хотя роман приобрёл в своё время популярность, был переведён на многие языки и экранизирован, он до сих пор остаётся в тени своих собратьев.

Действие в романе происходит в двадцать первом веке, в тоталитарном государстве, которое называют Мировая Империя (или Всемирное государство в другом переводе). Повествование построено в виде дневника главного героя, учёного Каля. Соратник (такое обращение входу в Империи) Каль, на первый взгляд, всецело предан государству и стремится работать на его благо. Для этого (и по более личным причинам) он изобретает сыворотку правды, которую в честь себя называет «каллокаин».

Карин Бойе мало описывает мир, в котором происходит действие романа. Об устройстве Империи мы узнаём постепенно, отрывочно, из общения и замечаний героев. Так из одного диалога мы понимаем, что в Империи процветает расизм. А из другого, что женщины хоть официально и равны мужчинам, но по существу являются только «поставщиками новых бойцов».

А бойцы – важный ресурс: как это принято в любом уважающем себя тоталитарном государстве, в Империи воспитывается милитаристское общество, в котором детей с малолетства учат убивать и быть убитыми. Дети изымаются из семей и обучаются в интернатах, которые больше похожи на военные казармы. «Видимо, вспышка огня, не принёсшая гибели хотя бы нескольким врагам, не могла вызвать у неё интереса», – думает соратник Каль, наблюдая за дочерью, играющую с недетскими игрушками. Его сын уже в восемь лет стал дисциплинированным солдатом и этим вызывает гордость заботливого отца. Империя стремится к повышению рождаемости и всячески поощряет рождение детей, детей, обречённых на убой.

Естественно, Империя старательно следит за своими гражданами: в квартирах установлены «глаз полиции», «ухо полиции», а в обязанности горничных входит вскрытие писем и подслушивание разговоров домочадцев. Общество тотального недоверия порождает общество доносительства. Люди не доверяют друг другу. «Донеси быстрее чем донесут на тебя» – негласный девиз каждого «порядочного гражданина». Тотальный контроль порождает не чувство безопасности и уверенности, а бесконечный страх перед государством и перед друг другом.

И главный герой, соратник Каль, напуган апогеем недоверия в Империи. Если бы герой был просто идеологически преданным солдатом государства, он бы не был так интересен. Каль раздираем противоречивыми чувствами, большинство из которых он сам долго не может понять. Они иногда прорываются, но Каль называет их романтизмом, пережитком прошлого и пытается скрыться от них. Таким образом, возникает конфликт двух «Я». Из-за этого герою снятся «странные» сны: ночью второе «Я» пытается выйти на свободу. Он пытается убедить себя, что «Империя – это всё, отдельная личность – ничто», что ради эфемерного высшего смысла, как позиционирует себя Империя, нужно отказываться от благополучия и от свобод. Но до конца он в это поверить не может.

Соратник Каль считает, что понятие «человек» должно относиться только к биологии. И это не удивительно: он сам понимает, что в философском понятии и его, и большинство жителей Империи к «человеку» можно отнести с большой натяжкой. Он также всё понимает про государство и своих сограждан, но не смеет себе в этом признаться. Как говорит одни из персонажей: «Вы понимаете, что это значит, и я тоже, но никто не имеет права понимать это до конца». Каль стремится подавить в себе всякое проявление человеческого, но он не принадлежит государству полностью, хоть в нём и множество «имперских» черт: упоение властью над другими, неистовое желание обывателя уничтожить и растоптать того, кто отличается от тебя.

Каль чувствует, что с ним что-то не так, но не может понять, что именно. Он подсознательно тянется к «иным» людям: жене Линде, коллеге Риссену, некоторым из подопытных. Но сам не знает из-за чего. И перелом в сознании Каля происходит только тогда, когда Линда высказывает ему мысли, которые таятся в глубокой норе его подсознания.

Каль стремится изобрести сыворотку правды не столько из научного интереса или ради службы государству, сколько из-за неприятия недоверия, которое распространилось в Империи, и из-за своей неспособности доверять. Каль одержим правдой, но абсолютно не понимает, «что всё на свете, даже правда, теряет ценность, когда становится принудительным». Ещё одна причина, это, как ни странно, любовь: Каль безумно любит жену и ревнует её к своему начальнику Риссену. С помощью «каллокаина» Каль хочет узнать: изменяла ли ему супруга. Как и во многих других антиутопиях, любовь выступает как антитеза диктатуре, потому что любовь – слишком свободолюбивое чувство, которое тоталитарная власть стремится искоренить. Любовная линия в романе на такая яркая, как в «1984» или «Мы», и любовь героя скорее болезненная, но именно она является той ниточкой, которая сохраняет человеческое в Кале и не позволяет стать полным адептом Империи.

Когда «каллокаин» создан, начинаются испытания. На специальных людях, «добровольцах», чья работа (которая считается престижной, но в неё особо никто не рвётся) состоит в том, чтобы участвовать в различных экспериментах «на благо Империи», проводятся опыты. Среди добровольцев попадается человек, который рассказывает, что он был на собрании единомышленников, которые учатся доверять друг другу. Это не организованная группа, а случайные люди, которые тоскуют по искренности и доверию; люди, которым важно знать, что среди всеобщего безумия они не одиноки. Одиночество – ещё один важный лейтмотив в романе: «Ты боишься, я боюсь и все боятся. Одиночество, всегда одиночество, и совсем не такое, как бывает в юности», – говорит Линда. К этому подопытному у Каля амбивалентные чувства. С одной стороны, это внедрённый государством страх перед людьми иного склада. А с другой, Каль чувствует с подопытным связь, он понимает, что с ним у него больше общего, чем с каким-нибудь беспринципным Карреком.
Каррек – шеф полиции, который следит за испытанием «каллокаина». Это человек противоположный Линде, Риссену, Калю. Он так же не является фанатичным идейным приверженцем Империи, но Империя его устраивает, так как она помогает реализовать ему свои амбиции. Каррек – воплощение идеи о «банальности зла»: только карьера, ничего личного. С помощью «каллокаина» Каррек намеривается получить больше власти и влияния, всё остальное его не интересует.

Когда эксперимент усложняется, одна из подопытных влюбляется в своего мужа, которого раньше ненавидела; влюбляется потому, что он признался ей, что его вербует другое государство; влюбляется потому, что он считает, что он доверился ей. В обществе доносительства самый мужественный акт – довериться другому.

Каль радуется, когда испытания проходят успешно: «Мысли, чувства больше не будут принадлежать нам одним, наконец-то будет покончено с этой нелепостью». За этими словами Каля скрывается тоска по искренности, хоть сам герой и не осознаёт разницы между искренней правдой и насильственной. Советник Каль остаётся глух к словам своего начальника Риссена: «А ведь правда могла бы стать тем мостом, что связывает человека с человеком, но только когда она добровольна, пока она даётся и принимается как дар».
Когда испытания проходят, принимается закон, который позволяет свободно использовать «каллокаин» на гражданах. Теперь вне закона объявляется антиимперский склад характера. И человека начинают судить не за конкретное правонарушение, а за то, кем он является: его характер мыслей, склад ума, мировоззрение. Хотя такая судебная система совсем не фантастическая и не является уделом исключительно тоталитарных обществ, о чём ещё в начале двадцатого века писал Альбер Камю.

Любая диктатура будет рада подарку в виде «каллокаина», потому что это позволяет полностью подчиниться себе человека. Здесь прослеживается кафкианская идея отношения власти и человека: тоталитарному государству мало того, чтобы ты безропотно подчинялся, ему нужно чтобы ты мыслил в унисон с ним. Эту же мысль позже разовьёт Оруэлл в «1984».

«Каллокаин» – хорошо написанный роман с интересным сюжетом, яркими персонажами и фразами (особенно в речах Риссена), которые хочется разбирать на цитаты. За фасадом антиутопии скрываются размышления об искренности и доверии, о том какое место они занимают в жизни людей. И несомненно, «Каллокаин» достоин стоять на книжных полках в одном ряду с другими великими антиутопиями двадцатого века.

«Каллокаин» заприметил себе ещё во времена предзаказа «э.к.», но тогда из-за опасений не приобрёл и зря.
Вследствие времени прочитал произведение шведской писательницы, прочитал в рамках эксклюзивного марафона, для которого написал даже огромный разбор.
В нынешней же момент лаконично.
Определённые опасения были в самом начале чтений, но чем дальше развивалась история и персонажи, вышедшими мрачными и серьёзными, тем быстрее они исчезали.
Темы правды, её ценности и силы, которые являются центральными в романе, прописаны на высшем уровне!
Только из-за них я пересмотрел своё отношение к произведению, а ведь в нём присутствуют и тема противостояния и значимости рационализма и иррационализма, чувствительности, и  тема культуры, и тема роли женщины в обществе, образ Линды, и тема философского характера.

Одни раскрываются в более полной форме, другие в менее, но это не важно.
Для меня данная книга на все 5/5, рекомендую к прочтению!
Рад, что она вновь начала печататься, что она вновь обрела популярность!

В общем, для меня полным сюрпризом оказалось, что это антиутопия И не спрашивайте, пожалста, каким местом я читала описание.

Как и, в принципе, в большинстве антиутопий, как будто бы сеттинг в принципе один и тот же. Описывать и нечего. Закрытый город, где живет куча химиков и химичат свои дела на пользу государства. Раз в год (надеюсь, не наврала с частотой) проходит праздник, после которого молодежь навсегда отправляется из родного гнезда туда, куда бог пошлет отправят. Но это детали, которые существенно сюжет не меняют.

Ожидала я больше фантастики и взаимодействия с каллокаином, нежели антиутопии и философских трактатов от гг. Но тут сама виновата, глаза надо протирать хорошо.

Существует Всемирное Государство, граждане в нём - примерные солдаты, вся жизнь которых подчинена интересам режима. Личность в этом мире подавляется полностью: в каждом доме ведётся видео и аудионаблюдение, семьи создаются только для продолжения рода, детей в семилетнем возрасте забирают у родителей, чтобы воспитывать из них послушных воинов, общество приветствует доносчиков и т.д., и т.п.

И вот казалось бы дальше уже некуда, но главный герой Лео Каль создаёт вещество Каллокаин, этакая сыворотка правды, под действием которой все твои постыдные мысли больше не являются тайными. Представляете какие горизонты открывает это изобретение?

«Каллокаин» как родной брат «1984» Оруэлла и «Мы» Замятина, то же тоталитарное государство, человек как винтик системы, и главный герой, который со временем перестаёт в эту систему верить. Книга написана по всем законам жанра, а, значит, ждать чего-то необычного не приходится, но для расширения читательских границ подойдёт идеально.

Антиутопия, в основе которой лежит положение о том, что каждый человек принадлежит государству. Как обычно нарисовано страшное беспросветное будущее, в котором человек обезличивается, теряет право выбора и право на личное пространство. Он  уничтожается как личность для потребностей государства.
Люди в Мировом Государстве подчинены общей цели – благополучию государства. Каждый человек боец, а наивысшая честь  для него пожертвовать собой ради государства.
Жизнь бойцов построена таким образом, что у них нет ничего личного. Любое уединение для того, чтобы поговорить, например, в лифте, может рассматриваться как покушение на государство. А в их квартирах, даже в самых сокровенных местах стоят полицейские глаз и ухо.
Лео Калль  - ученый и верный боец государства. Он разрабатывает уникальное средство, по сути «сыворотку правды», благодаря которой у бойцов не останется ничего тайного от государства. Полученный препарат – каллокаин – заставляет человека говорить правду и признаваться в своих самых тайных и низменных мыслях и желаниях.
Лео Калль показан как трудолюбивый послушный боец, приверженный идеалам Государства. Он очень наблюдателен и в то же время горд своим открытием. С момента проведения испытаний каллокаина для Лео Калля жизнь сильно меняется.


Интересно, что Лео, как и многие другие, не задумывается о том, как в действительности отразиться его изобретение на всем обществе. Его влечёт за собой азарт учёного, сделавшего гениальное открытие, он счастлив услужить государству, но не осознает всех ужасных последствий своего изобретения для будущих поколений бойцов. Ведь в мыслях никто не может быть идеален.

Лео Калль, воспитанный в приверженности государству слепо следует его заветам, веря в то, что изобретение каллокаина принесёт государству пользу.
Каррек посредством каллокаина и принятого закона мечтает обрести власть и не осознает, что этим нарушает так почитаемые им принципы государства.

Люди запуганы и замкнуты в себе, их учат никому не доверять, и это подрывает их волю, когда они понимают: правильное для государства, не всегда таковое для конкретного человека.

Главные герои не вызвали у меня особой симпатии, хотя трансформация Лео Калля из глубоко верящего в установленные идеалы государства и стремящегося принести что-то новое и еще более изощренное в жизнь всех бойцов, в сфокусированного на своих чувствах и  жаждущего жить и дышать полной грудью человека мне понравилась. Понравилась и мысль, что с возрастом даже те люди, которые никогда не задумывались о глобальном, о том, что такая жизнь ненормальна, начинают переосмысливать всё происходящее.

Произведение мне часто напоминало роман «1984» Джорджа Оруэлла и все время казалось, что «Каллокаин» это предыстория «1984».