Любимчик Эпохи

Я очень люблю современную русскую прозу. Именно поэтому пройти мимо этой книги в новом туре игры я не смогла. Как выяснилось абсолютно не зря. Книга любимой не стала, но произвела впечатление.

Илья и Родион - два брата, но совершенно разные. Один, Родька, уже с детства был влиятельным, многого добивался, ничем не болел. Второй, Илюша, наоборот, заболевал от малейшего сквозняка, маленький, слабенький. А однажды и вовсе его похитила странная бабка, Эпоха, и несколько дней держала у себя. Но не обидела, не приставала. По непонятной никому причине. Но, к счастью, её потом забрали в дурку. Так и жили. И только после смерти одного из братьев, в семье всплывает страшная тайна.

Параллельно с историей семьи автор рассказывает нам о другой семье - Корзинкиных. А в частности про девочку Злату, которую мать с бабкой назвали по особенному, чтобы переломить ход судьбы. В их роду в деревне все беременели и рожали в 14 лет от сыновей/внуков председателя. По итогу не понимаешь, как могут быть связаны эти две линии. Ведь сложность ещё в том, что год действия не указан. То есть истории могли происходить в одно время, либо же с разницей 100, 50, 20 лет.

Также мне очень понравился ход с загробной жизнью. Как раз когда умирает один из братьев, читатель попадает вместе с ним в загробный мир. И там узнает интересные вещи.

Мне действительно очень понравилась книга. На мой взгляд в книге нет минусов. И даже нелинейное повествование не портит картины. И что ни говори меня удивила тайна, я даже догадаться не могла. И если в первой половине книги я недоумевала, почему такое название, ведь бабка с именем Эпоха сыграла небольшую роль, то в конце книги думаешь, что идеальнее названия и быть не могло.

Красивый и вкусный слог, живые персонажи, каждого представляешь детально. И для меня несомненный плюс, что все происходит в России, поэтому ты четко представляешь и домики в деревне, и городское кладбище в Москве. Не удивлюсь, если через некоторое время мне захочется поставить книге высший балл.

Читаю вторую книгу автора, и я вновь поражаюсь великолепному стилю повествования. Её язык удивительно красив, сочен и жив. Не книгу читаешь, а чужие жизни от первого лица проживаешь. Однако, в отличие от предыдущей прочитанной книги Катя Качур - Ген Рафаила , «Любимчик эпохи» показался мне более печальным и порой трагическим, поэтому понравился чуть меньше.
Сюжет здесь многослойный: история состоит сразу из нескольких параллельных линий, которые изящно переплетаются ближе к концу. Первоначально можно потеряться среди множества фрагментов, каждое событие выглядит случайным и малосвязанным, но постепенно кусочки пазла складываются в цельную картину.
Центральные фигуры сюжета - два брата Родион и Илья. Они проживают свои жизни вместе от рождения до гроба и, скажем так, любят и ненавидят друг друга. Есть ещё на страницах книги прекрасная девочка Злата. Вот только к ней жизнь оказалась очень жестокой, в этой части истории мне не хватило справедливости. Отдельно отмечу необычную особенность книги — разговоры умерших на кладбище. Такие эпизоды придают особый колорит всему повествованию. Книга полна разных сюжетов и образов, но они гармонично вплетены в общую канву, вызывая неподдельный интерес вплоть до последней строки. Ни разу не ощутив утомлённости или потери внимания, я была увлечена каждой страницей.
Обязательно продолжу чтение книг автора.

Аудиокнига

"Когда тральфамадорец видит мертвое тело, он думает, что этот человек в данный момент просто в плохом виде, но он же вполне благополучен во многие другие моменты. Теперь, когда я слышу, что кто-то умер, я только пожимаю плечами и говорю, как сами тральфамадорцы говорят о покойниках: "Такие дела"."
Курт Вонегут

Книга очень понравилась, можно даже сказать, я в нее с головой провалилась. Переживала за героев, наслаждалась языком и иронией автора, и прослушала в рекордно короткие сроки.
История двух братьев Родиона и Ильи, которая переплеталась с другими историями и жизнями так, что не раз хотелось воскликнуть: "Неисповедимы пути господни!"
Нельзя сказать, что книга такая уж благостно-счастливая. Испытания, выпавшие на долю героев книги непростые, а иногда страшные настолько, что волосы дыбом становятся. Книга собственно и начинается с похорон. Хоронят старшего брата Родиона Гринвича, талантливого кардиохирурга, успешного человека и счастливого семьянина, ушедшего слишком рано. Но даже для Родиона смерть не конец, а просто переход из одного состояния в другое. Он даже далеко не уходит, так и болтается в неком астральном пространстве с другими душами, так же зависшими слишком близко к жизни, не готовыми отпустить ее и перейти на другой этап. И Родион вспоминает свою жизнь, прочно связанную с жизнью младшего брата, и общается с другими душами, некоторые из которых так или иначе были связаны с жизнью братьев. На особицу среди них выделяется старуха, бывшая когда-то их соседкой, никто даже не знал, как ее звали при жизни, бабка была сумасшедшей и называла себя Эпохой. И младший Илья как раз и был ее любимчиком. Эпоха даже похитила Илью, когда тому было семь лет, пыталась, как могла, подарить мальчишке любовь и заботу. И после этого ее признали полностью невменяемой и отправили в сумасшедший дом.
А братья любили друг друга и ненавидели, ревновали друг к другу и завидовали, поддерживали и убивали, жить друг без друга не могли. Так и остались вместе и в жизни и в смерти. Поэтому перед последними главами книги, когда уже понятно было, какой будет у нее конец, пришлось взять перерыв в пару часов, и дождаться когда семейство успокоится, и никто не будет мешать неизбежному проявлению эмоций.
Параллельно истории братьев Гринвичей идет история семьи Корзинкиных, солнечных тонких женщин со страшной судьбой. И особенно история короткой жизни самой младшей из них Златы. Слушая их историю не раз задавалась вопросом, зачем солнце послало на Землю свои лучики? Да еще в такую беспросветную тьму? Ради капельки света, которую они успели дать этому миру, пока мир не растоптал и не уничтожил их неземную красоту? Да еще таким страшным, но таким логичным для солнца способом, одинаковым для всех троих. И только в самой последней главе это стало понятным.
Честно говоря, даже не знаю, что еще писать. Спойлерить не хочется, а без спойлеров как-то и не опишешь все переплетения судеб героев.
Отмечу еще прекрасный язык, красивый и образный. Некоторые фразы хотелось вытащить в цитаты, но их и без меня уже натаскали не мало. И еще само построение истории и ее финал. Ведь по сути события в книге описываются достаточно трагичные, а иногда и по-настоящему чудовищные и страшные.

Но все равно книга оставляет очень светлое и жизнеутверждающее послевкусие. Особенно последняя глава, которая так и называется "Свет". И света в ней было действительно много.

Озвучка отличная, очень понравилась. Книгу читали Юлия Рудина и Александр Васильев.

Два брата Родион и Илья - как два антипода/ Старший - здоровый бугай, которому все удается и младший - ангелоподобный болезненный мальчик.

Однажды Илюша пропал, его нашли через несколько дней в квартире полоумной соседки, после чего он на всю жизнь остался заикой.

Книга начинается необычно - со смерти одного из братьев и того как он оказался в послесмертии и мы постепенно узнаем какие то эпизоды детства, взросления обоих мальчиков. Их вечное противостояние и крепкую братскую любовь.

Книга мне не понравилась. Она почти на каждой фразе резала слух дикими поворотами судьбы, нелогичными изломами жизни, странными мотивами. Много странного, дикого секса, отсутствие любви или любовь есть, но она ОБЯЗАТЕЛЬНО не к тому или не так. Все что может поти плохо в судьбе героев - обязательно пойдет плохо. Единственное светлое пятно - это отношение родителей мальчиков и родителей к мальчикам.

А так я скрипела зубами посл почти каждой фразы. Бабы вешались на мальчиков (потом мужчин), но все они какие то именно "бабы"... Единственный раскрытый женский персонаж просто был изломан автором, скручен, обманут.

Все очень кричаще - ЛЮБОВЬ до гроба, а в одном случае она уничтожается одним неверным словом, в другом месте глубоко любящая женщина чуть ли не в открытую изменяет с симпатичным арабом. Какое то острое неприятие нормальных счастливых судеб у автора. Все изломано, оплевано, измято.

И смысла в книге не нашла. Зачем она меня проволокла по этим грязным неприятным жизням? Просто показать, что и такое бывает? Ну не верю. Слишком все черно. И везде. И у всех.

Вот этот вот образ про купающихся в пыльце шмелей меня, надо признать, заворожил... Вообще, говоря об этой книге, в первую очередь хочется отметить именно что слог, он прекрасный и звучный, и это несмотря на то, о чём он, собственно, поёт. «Каждый вагон, исчезающий в туннеле, отдавался ледяной иголкой в сердце Софьи Михайловны, к хвосту состава простегав мучительную тянущую строчку на стенке миокарда», – ну как тут не вспомнить уколы этой самой иглы, когда сама провожала тех, кого не хотелось отпускать?.. Живой образ, его легко увидеть и услышать. Такого на этих страницах предостаточно, и вчитываться – вчувствоваться – было... приятно? Не совсем подходящее слово, но пусть будет. Что же касается самого сказа... Книгу мне прислала подруга, и приписка была весьма красноречивой: понравилось, но не понравилось. Мы с ней всегда перебрасываемся такими странностями, потому не удивило, но и браться за роман не особо хотелось, то, что он мне вроде как обещал, не сказать что сильно меня интересовало, время, по крайней мере, казалось неудачным... Но вот идёшь мимо коробки, видишь – выглядывает корешок книги, задорно так выглядывает, будто прячущийся котёнок. Ну как тут устоять? В то ненастное утро настроение было ему под стать, и, сев за книгу с чашкой кофе, я ожидала погружения в ту самую атмосферу безысходности, которую – и почему это? – ждала от этой истории. То, что ожидания были ошибочными, я поняла с первой же страницы, несмотря на разворачивающиеся события. Крематорий? Забавные комментарии умершего? Печь – изнутри? Вот это я понимаю – бойкое начало. А что было дальше...

«Ты всегда был для меня махиной, мерилом, маяком...». Они всегда были вместе, даже когда их разделяли километры. Здоровый – во всех смыслах этого слова – Родион и болезненный – тоже во всех смыслах – Илюша на постоянной основе ругались и дрались, завидовали и ненавидели, но как же они при этом любили друг друга... Они всегда были «едины, хоть режь», и никакие жизненные неурядицы – бычок и сердце, кровь и почки – не смогли вбить меж ними клин, один – пять сорок пять, другой – два четыреста, и даже найденные бирки не изменили того непреложного факта, что они – братья. Да и что она по сути изменила, эта вскрывшаяся правда? История о несчастных золотых девах сама по себе трагедия, потому что стоит просто вдуматься, сколько их таких, изничтоженных, сгоревших и забытых, но – тот свет... «Она плыла в мареве над пшеничным полем». Эти обещания, мол, перетерпи эту жизнь, а после всё получишь, меня неимоверно раздражают, есть в этом что-то издевательское, ибо жизнь проходит сейчас, одна жизнь, твоя жизнь. Но когда все проведённые линии сошлись, когда сильный Старшуля, мягкий Шалушик и солнечная Злата встретились... это было красиво. Да, на этом моменте я тяжело вздохнула (повторюсь, я такое не люблю), но за героев всё равно стало радостно, ибо хоть так, но прийти к желанному покою, примирившись с близкими и кинувшись в объятия любимых. Это при жизни надо было делать, конечно, но... Вот об этом и стоит помнить, потому что вот оно, твоё живое сейчас, вот они, твои самые любимые люди, вот он, твой собственный свет. «Солнце ещё никому не удалось замарать сажей».

«Душа развернулась рисунком наружу и ковром-самолётом унеслась в небо», – и тут вспомнился крапивинский ковёр-самолёт, одна из первых моих книжных отдушин, такая детская, такая отчаянная, такая вечная... Вот этим эта книга определённо запомнится. Пусть у нас с подругой и разные книжные предпочтения, её “понравилось, но не понравилось” применимо и ко мне, потому что не сказать что история прям-таки отозвалась, чем-то кольнула, да, словом опять же задела, но особой связи не случилось, что опять же не трагично, так уж сложилось. Несмотря на... не знаю, можно ли назвать это магическим реализмом?.. в общем, несмотря на представленное загробное, это обычный рассказ про обычных людей, которые любили и ненавидели, радовались и страдали, жили и умирали. Мне понравились эти вставки о других людях, которые к сюжету особо привязаны не были, но и им нашлось местечко, та же история, рассказанная в доме престарелых, точно запомнится... А ещё тот счастливый денёк, один из немногих действительно хороших дней для трёх несчастных златовласок, когда они, веселясь, утепляли сени. Господи, как же им тогда было хорошо. Ничего им больше не надо было, ничего, вот они втроём, просто не трогайте их, не трогайте. Их, конечно, тронули. И сени – тоже... И – тот момент, который что-то во мне разбередил, разбередил по-настоящему, это тот дикий хохот, то безумное «Я – Эпоха, вашу мать! Я – ваша Эпоха!». Вот он, результат. Всего лишь одна сломанная жизнь, не так ли? Всего лишь. И верь потом в “великое перевоплощение”. А что ещё остаётся. Ты – ничто для эпохи.

Ознакомившись со значительным количеством рецензий читателей на «Любимчика...», был немало удивлен буквально подавляющему количеству оценок восхищения. Безусловно, каждый вправе иметь собственное мнение, основанное на его собственном понимании прочитанного. Для меня восприятие прозы не может обходиться без «Верю!» - «Не верю!». Во втором случае желание продолжить знакомство с произведением либо пропадает сразу, либо оставляет негативный след от прочитанного.

Автор«Любимчика...» четко делит свое повествование на описание жизни земной и пребывания в потустороннем мире. И, если, ко второй части претензий не может быть по определению, то первая навевает тоску от явного нежелания автора в некоторых эпизодах следовать жизненной логике, элементарному смыслу и существующему порядку вещей. А это уже, извините – погоня за конъюнктурой.

Т.е.взрослый парень из обеспеченной семьи, имеющий не просто возможность, а,прямо-таки, обязанность регулярно завтракать, обедать и ужинать (школьные перекусы, как в те времена, так и сейчас, являлись не более чем именно перекусами) превратился в скелет, шатался от голода и упал в обморок от ежедневного несъедания булочки? Бред! А мама-врач и папа военный пенсионер имели возможность выделять сыну только по десять копеек в день? События-то, между прочим, происходят где-то на рубеже 70-80-х. И как понимать, что его родной брат, такой же ученик, без особых проблем пошел и выкупил предмет вожделения Ильи? Имел какие-то тайные доходы? Ни дать , ни взять - Корейко. А, ведь, на этой трагедии основано целое направление в произведении, объясняющее, на какие лишения самоотверженно обрек себя герой,оставшийся в конечном итоге ни с чем после коварной кражи накопленного трояка.

Этот шедевр достоин первой премии среди распространенных аналогов из школьных сочинений. Цокать!!! По полевой дороге!!!

Через четыре месяца после выписки из больницы, где Илья провел (по тексту трудно понять – сколько точно) между жизнью и смертью, борясь с инфекционным эндокардитом, он уже прыгает с парашютом. А кто ж его до прыжков допустил с таким анамнезом?! Это же подсудное дело!

Дальше ещё хлеще.

Это ж полная дискредитация призывной системы. Автор даже не потрудилась разобраться в категориях годности к военной службе. Вкратце можно сказать, что для службы в ВДВ призывник по здоровью должен быть годен без ограничений – категория «А».Илья при всем своем желании вряд ли смог бы получить даже категорию «Б»(незначительные ограничения). Скорее всего «В» (ограниченно годен, не подлежит призыву) или «Д» (не годен к военной службе). И «пятнадцать самостоятельных прыжков в школе ДОСААФ и блестящая характеристика» не смогут сыграть в этой ситуации никакой роли.

Значит,крики изнутри слышала вся округа. Это уже когда дом горел. А пока их дом заколачивали– женщины молчали, не звали на помощь? И даже не попытались бежать? Ведь не одновременно же заколачивали и дверь, и три окна! И на странный стук, я бы даже сказал - грохот, среди ночи тоже никто не обращал внимание? Ведь заколотили, по автору, не сапожными гвоздиками, а огромными«троетёсами» - гвоздями, достаточными по длине, чтобы пробить три доски? И времени это заняло не так уж мало. Странные соседи! А после двойного убийства даже дела не завели? Тут, ведь, и виновных искать не надо. Да, нет –они уехали куда-то под Архангельск...

Я понимаю, что автор ни в грош ни ставит моральные ценности отрицательных героев.Но рисовать их полными дебилами? Я не спрашиваю откуда Игнатов узнал про то,что у него была дочь, что она проживала по конкретному адресу, не имела детей и умерла. По тексту – он не смог бы этого узнать в принципе. Да и в квартире была прописана изначально гражданки Полуэктова. Но кто в здравом уме будет лелеять надежду на наследство от человека, сведения о родстве с которым не зафиксировано ни одним из документов? Ganz zu schweigen о том, что в описываемый период (если я не ошибся в исчислении) понятия «приватизация жилья»еще не существовало и квартира в случае смерти прописанных в ней жильцов переходила в распоряжение государства.

События на станции «Северный полюс-30».

Здесь,конечно, надо бы попросить дать оценку людям, имеющим более тесные отношения к этой теме. Я думаю, что получилась бы разгромная рецензия, Но, и у меня вопросов более чем достаточно.

Каким образом и в качестве кого оказался в середине смены на станции Илья? Ценный специалист, сиганувший несколько раз с парашютом? Подбор и подготовка участников экспедиций – это длительный и ответственный процесс, предваряющий высадку на станцию и включающий, в т.ч., серьезную медкомиссию, которую Илья не смог бы пройти в принципе. Случайных людей, залетевших туда по блату погостить несколько месяцев там не может быть.

Как пилот умудрился перепутать льдины и посадить самолет вместо советской на норвежскую базу, которая, если в это время там даже и существовала (не нашел данных),то находилась в сотнях, если не в тысячах километров в стороне? Ведь подобрать подходящую льдину на, казалось бы, огромных просторах океана очень сложная задача и вероятность того, что две таких окажутся рядом близка к нолю.

Как можно себе представить, что в составе экспедиции на норвежской базе не оказалось ни врача, ни медикаментов, раз уж Родиону пришлось лечить там больного метеоролога своими лекарствами? На нашей станции тоже, по всей видимости, врача не было, т.к. Родион отправляет Илью искать антибиотики, вместо того, чтобы позвать своего специалиста?

     Автору, видимо, плевать, что на станциях действует сухой закон. Не абсолютный, конечно. Но так, чтобы – «по вечерам»... Дама очень хотела показать полярников в образе суровых мужиков, причем так,   как она это понимает. Вот, только, у них не спросила. Я думаю, они обиделись бы. И вообще на станции в представлении автора работает круглосуточный алкомаркет,если уж она утверждает:

Здесь же еще один перл из антологии школьных сочинений:

    Так и представляется этакий махолёт на Полюсе!

Я далёк от медицины. Поэтому оставим мои сомнения, касающиеся этой части повествования, на счёт моей дремучести и предвзятости. Но что-то мне подсказывает, что специалист не один раз отвесил бы челюсть, читая соответствующие пассажи.

Так,что, уважаемый автор – не верю!

Первое, что не понравилось - очень упрощённый язык книги. Нет, не простой, а слишком упрощённый: дворовой и грубоватый. Словно историю вам рассказывает дворник-алкаш. И можно было бы не обращать внимание на стилистику подачи, если бы не одно но: бестолковый сюжет.
Нет, он абсолютно нормален, если опять же считать, что историю вам рассказывает алкаш. Который скачет из одного времени в другое, перескакивает с одного героя на другого, причем часть героев с их историями можно было спокойно опустить без потери для сюжета. Потому что они никак не раскрывают ни характер героев, ни делают каких -то пояснений сюжета.
Теперь сама история. Два брата, которые с детства соперничают и не любят друг друга. Один богатырь-умница-красавец, которого все воспринимают как данность. И второй: хилый, болезненный, но почему-то его любят все. Может быть он добр и заботлив? Нет. Может быть обладает интеллектом? Нет. Почему его все любят?
Потому что. Запомните этот ответ. Им объясняется все в этой книге. Почему вдруг болезненный брат перестал болеть и стал работать в тяжёлых экспедициях на краю земли? Потому что. Почему братья, которые не любили друг друга в детстве вдруг проявляют чудеса братской привязанности и любви? Потому что.
Опять же вспоминаем поведение алкаша, который ведёт себя как быдло, но иногда, когда напьется размазывает пьяные сопли по лицу и говорит жене, которую терроризирует "люблю я тебя, дуру".
В книге много подробных описаний мед процедур с большим количеством неприятных подробностей. Ну и добавьте ещё в кучу, что у автора уж очень своеобразное представление о СССР: в котором люди могли исчезать бесследно (это ок), но так же легко материализоваться из ниоткуда с чудесными документами, получать квартиры по щелчку и прочее.
В общем, автор явно хотела написать драмедию. Но забыла главное: хоть как-то описать характера и мотивацию героев.
Я купилась на высокую оценку и честно до сих пор пребываю в недоумении от такого большого количества восторженных отзывов.

С дичайшим предубеждением относилась я к этой книге, уж не помню, что именно меня оттолкнуло изначально. Она с завидным постоянством мелькала в книжной ленте , но когда два моих книжных френда оценили роман на пять - я призадумалась и решила составить собственное мнение.

В итоге должна признать, что я жестоко ошибалась. Роман-прекрасный! Я не могла оторваться от него до последней строчки. Читала утром, днём и вечером брала с собой на работу, готова была читать и ночью, но ночью надо спать.

История двух непохожих братьев, испытывающих друг к другу любовь и ненависть, занимает почётное место в личном топе года. С голопопого детства и до смерти они делали друг другу гадости, иногда причиняли физическую боль. Часто - душевную.
Финал заставил немножко прослезиться.

Увлекательная и в каких-то моментах щемящая душу история с мистическим налётом.

Очередная порция восторгов по поводу ещё одной книги Кати Качур. Просто великолепное произведение, определить жанр которого достаточно трудно. Смешано многое: и мистика, и реализм, и комедия, и драма. Вероятно, автору известна какая-то секретная приправа, чтобы весь этот коктейль обладал невероятным вкусом и вызывал привыкание. Привыкание к хорошему. Хорошему языку и и хорошей истории.

Может быть, секрет в необычном начальном эпизоде, который ошарашивает с ходу: монолог умершего ГГ, наблюдающего собственную кремацию. С юморком, с иронией начинается, казалось бы, мистическая история, которая очень быстро становится реальной. А мистика всего лишь обрамлением сюжета, но необходимым, логично вписанным и увлекательным.

Возможно, весь секрет книги в сюжете. История двух братьев, у которых кровь бурлит от ненависти до невероятно сильной родовой привязанности, настолько интересна сама по себе, что даже без финальной семейной тайны легко бы удержала внимание читателя. Вечное противостояние Ильи и Родиона, от первого до последнего шага, от первой девичьей симпатии до безумной чужой любви. Крепкая связь до загробной жизни.

Допустим, что секрет скрывается в умении К.К. находить хитрые ходы повествования, словно в узоре макраме выплетая рядом с основной сюжетной линией историю девочки Златы. Словно рыболовным крючком, впивается эта история в кожу и рвёт по живому. И заманивает, заманивает ожидаемым переплетений судеб и линий, порой самым невероятным.

Предположу, что большую роль сыграло и умение К.К. увлекательно рассказывать истории, так что если бы я слушала её, а не читала, то сидеть бы мне с раскрытым ртом. Я уже говорила, в книге много разного: доброго и страшного, смешного и обидного, невероятного и жизненного, много боли и много света. И всё это необыкновенно притягательно. И хочется читать, читать, читать ещё.