Последний день лета

Каждый вдруг понял, что завтра ничего уже не будет так, как было сегодня, словно закончился последний день лета.

Всегда что-то мешает — до тех пор, пока не становится поздно.

никто так не умеет попадать в особенно уязвимые места, как некогда любящие люди

— Знания в лучшем случае приносят страдания, — продолжало радио паучьим голосом. — А в худшем — исчезают без следа, вытесненные борьбой за выживание, животной возней у кормушки. Вознестись над этой бессмысленной борьбой, прервать свою жизнь ради друзей и близких больше неспособен никто из вас. Возможно, именно поэтому вы превратились из самых опасных хищников подлунного мира в вырождающуюся цивилизацию рабов. Но тебе повезло — у тебя есть я. Сейчас я расскажу, что тебе нужно сделать.

Пока я спал, вы стали упоительно сложными и восхитительно жестокими. Нет, кровь себе подобных вы обожали проливать всегда – в этом смысле ничего не изменилось. Но тогда вы мучили и убивали только врагов. Сейчас вы терзаете и врагов, и друзей, и случайных прохожих, и невинных животных, и самих себя.

На перемене он высмотрел Аллочку и двух ее подруг — Королевы Красоты (как называли себя они сами) или Злобные Твари (как за спиной называли их почти все остальные) сидели на подоконнике и сплетничали.

В мире нет ничего постоянного, кроме перемен

Всегда что-то мешает - до тех пор, пока не становится поздно.

Никто так не умеет попадать в особенно уязвимые места, как некогда любящие люди.

Знать подлинное имя своего врага — верный способ его победить; еще за тысячи лет до вашего рождения это было ведомо жрецам и шаманам.

Пальцы непривычно подрагивали, низ живота подкручивало от скорого свидания с невестой. По спине тек ручеек пота. Он поднялся на два пролета и властно позвонил в нужную дверь.
— Кто? — донесся из квартиры мужской голос.
— Аня дома? — отозвался Шварц.
Послышалась какая-то возня. Обладатель голоса ушел вглубь квартиры и глухо там забубнил — в ответ донесся недовольный девичий голос. Невеста была дома! Где ж ей еще быть, одернул себя Шварц. Не шкура ведь какая-то, чтобы по ночам шляться.

– Свою первую учительницу Октябрину Алексеевну Хасаржинскую поздравляет с семидесятилетием Елена Кучумова! В день юбилея Елена просит передать Октябрине Алексеевне пожелания крепкого здоровья и благодарность за данную ей путевку в жизнь. Знания, которые Октябрина Алексеевна подарила сотням детишек, ничего не стоят в челюстях голодного мира.

Его никогда не трогали даже самые отмороженные и самые лютые аборигены – и дело было вовсе не в территориальном трайбализме (все знали на районе всех); нет, просто над Новеньким словно висело невидимое черное облако горя – и оно было заразным, готовым окутать любого, кто приблизится, а дети, собаки и профессиональные преступники лучше всех чувствуют такие вещи.

Сейчас, знаешь, только у приличных людей денег нет, а гниды как сыр в масле катаются. Ельцинская мразь всю страну...

"Знал он и то, что это медленное кошачье подмигивание – знак наивысшей степени привязанности; как говорила их с Лехой покойная бабушка, «кошкин поцелуй»."

— Слушай, Новый, завязывай причитать, — настроение Крюгера снова сменилось на противоположное. — Поцарапался сле́гона, а ты воешь как баба. Настоящему ниндзя всё похуй!

"Человек неученый что нож неточеный."