Печать Нострадамуса. Тайна последнего предсказания

«Печать Нострадамуса. Тайна последнего предсказания» - первая часть фэнтези-трилогии о юной Мадлен Бланкар, внучке знаменитого предсказателя Мишеля Нострадамуса. По сути своей книга является новеллизацией одноимённой визуальной новеллы (извините за тавтологию) из мобильного приложения с романтическими историями «Лига мечтателей».

В общем, книга для фанатов, а я не фанат. Но знание лора здесь не требуется, так что в теории ничто не мешает читать человеку непосвящённому.

Я прочитала пролог и две с половиной главы. Мне хватило. Читать такое дальше я в ближайшее время не готова. Похоже, 2025 год у меня - год книжных оценок-«единиц». Правда в этот раз я нарвалась почти намеренно: ничего хорошего не ждала от этой книги, но всё оказалось даже хуже.

Стиль текста.

Язык местами очень простой, а местами изобилует прилагательными и странными сравнениями. На мой вкус, роман просто в принципе попахивает графоманией и излишним «украшательством» текста. Временами можно увидеть порядок предложений, нарушающий логику повествования.

Перекрестившись, мужики испуганными глазами глядели на мокрую чёрную землю. Там, прислонившись спиной к грязному сену, лежала бледная холодная девушка с открытыми стеклянными глазами, что казались мутными, словно лужи в этой местности. Её руки были раскинуты в стороны, а некогда светлые, аккуратно собранные, длинные волосы растрепались, взлохматились, пропитались грязью и кровью. Одежда на ней была изорвана и запачкана запёкшейся кровью. Её пронзённое сердце не билось, кажется, с прошлой ночи, и вороны начали над ней свою расправу. Девушка была мертва.

Надеюсь, все оценили, как после явного описания трупа автор для недогадливых указала, что девушка мертва.

Ещё одно призовое место по коверканью текста я бы отдала впихиванию лишних характеристик: девушка была «холодная», но разве нашедшие мужики её щупали? Хоть повествование и идёт от третьего лица, но в некотором смысле мы смотрим на тело их глазами. Что-то вроде «тело давно остыло» ещё нормально выглядит в подобной сцене, потому что на автомате воспринимается как «давно умерла» (аналогично «тело ещё не остыло» = «умерла недавно»), но не это.

«Её пронзённое сердце не билось, кажется, с прошлой ночи» - и читатель узнал, что обычные французские крестьяне XVI века - прекрасные судмедэксперты и умеют на глаз определять время смерти. Считаю, что простое описание свежего трупа, а не начавшего разлагаться, рассказало бы о времени смерти больше, чем такие выверты. Ещё и с «кажется». Кому кажется? Мужикам или сама автор не уверена, когда умер её персонаж?

В общем, не буду разбирать построчно, что ещё мне не нравится. Мне, считай, не нравится всё. Текст уродлив. Он не «неловкий» и не «сырой» - именно уродливый. В этом конкретном случае я отказываюсь от идеи, что стиль - это вкусовщина, потому что у всего есть свои допустимые границы, и у стилевой несостоятельности в том числе.

Собственно, проблема не только в стиле:

Перед ней возник юноша, не достигший, вероятно, даже тридцати лет.

Ни один юноша не достиг тридцати лет. Юношеский возраст длится до 21 года, максимум до 23. Все, кто старше - мужчины.

Смысловое наполнение текста сценарное, а не литературное. Сцена обрисована, впечатления персонажей от неё - по большей части нет, только на уровне визуальных образов и чисто номинальных указаний на то, что персонаж сейчас испытывает.

Атмосфера. Её нет. Не чувствуется ни Франция, ни заявленный XVI век.

Представления о манерах и церемониях принятых при дворе французского монарха у автора своеобразные: как пример, Екатерина Медичи, мать нынешнего короля, даёт письменные рекомендации для Мадлен, чтобы ту взяли в число фрейлин королевы, жены её сына. Селеста, фрейлина Екатерины, провожает Мадлен к Лувру (в те годы он ещё был королевской резиденцией, а не музеем), где можно найти королеву Луизу. Она оставляет Мадлен на пороге Лувра и идёт разыскивать во дворце Луизу. Это так по мнению автора ожидают аудиенции у королевы? Даже не пригласят якобы дочь разорившегося дворянина подождать в гостиной, когда о ней доложат? Личной прислуги у монаршей пары тоже нет, я так понимаю, раз Селеста сама будет по всему Лувру носиться и искать королеву.

Ну ладно, второе мы допустим. Селеста хочет лично встретиться с королевой и передать ей рекомендации из рук в руки, но как можно было додуматься не пустить Мадлен внутрь? А как вам то, что Мадлен в итоге сама зашла в Лувр? Её кто-то приглашал? Очень смело с её стороны. Так-то её провёл испанский посол - допустим, ему везде вход открыт. Но какая же нелепая ситуация.

Мадлен ещё не успела поблагодарить Алехандро, когда двери распахнулись и из-за них выпорхнула Селеста. Не ожидая встретить девушку на пороге королевских комнат, фрейлина удивленно воскликнула:

- Мадлен, как ты нашла дорогу?

- Мне помог месье Ортега.

Селеста перевела всё такой же удивлённый взгляд на испанского посла.

- Я не смог пройти мимо растерянной мадемуазель, - улыбнувшись Селесте, пояснил Алехандро.

- Тогда нам следует поблагодарить вас, - с прохладой произнесла Селеста и вновь взглянула на Мадлен. - Королева ожидает тебя в своих покоях. Лучше поторопись.

Мадлен взглянула на Алехандро, не зная, не покажется ли ему оскорблением её поспешное прощание. Но мужчина, понимая её волнение, поспешил успокоить девушку:

- Раз королева ожидает вас, не стоит заставлять её ждать. Я не смею вас более задерживать, мадемуазель. Но буду с нетерпением ждать новой встречи.

Логика огнище: пришла ради аудиенции - посол провёл её до покоев королевы - вас ждут на аудиенцию! - «а не обидится ли посол, если я уйду сейчас к королеве?». Ты, блин, пришла ради этого, а он провожал тебя ради этого. Не время светские беседы вести.

Дальше - больше. Мадлен заходит в кабинет(?) королевы, а там, под боком монаршей особы, толпа фрейлин сидит нихера не делает и сплетничает о придворных. Ещё и недовольные рожи из-за приказов королевы позволяют себе строить (спасибо хоть сказано, что перечить не смеют). Это какие-то хабалки с рынка, а не фрейлины.

К счастью, продолжать разговор с фрейлиной Луизы Мадлен не пришлось. Жизель остановилась, указав рукой на одну из дверей.

- Вот, будешь жить здесь. Эти покои освободились пару дней назад. Служанку отыщешь сама, а не сможешь, так приберёшься самостоятельно. Вероятно, в той глубинке, откуда ты родом, про слуг и не слыхивали.

Я просто не могу представить такого отношения к новой фрейлине королевы, кем бы та ни была и как бы к ней не относились. Интриги - да, а почему нет? Насмешки, сплетни, попытки «подсидеть». Может, и прямые попытки подставить. Но вот эти детские гадости по типу «на тебе самую грязную комнату» смешны. И почему комнату Мадлен выделяет другая фрейлина? С какой стати это входит в её обязанности?

Сюжет и персонажи. Начну с того, что перед прочтением книги я попробовала оценить, что такое эта ваша визуальная новелла «Печать Нострадамуса» и с чем её едят, и решила, что в моём случае ни с чем. Уже в первой серии новеллы в глаза бросается очень скудный язык автора (как я поняла, автор ВН и автор книги - это один и тот же человек), отсутствие стилизации под эпоху, скучноватый сюжет, во всяком случае, поначалу, и неинтересная главная героиня. Искусственность самой ситуации, при которой обычная девушка Мадлен попадает в королевский дворец, тоже не прошла мимо меня, но представим, ибо наверняка я не знаю, что в будущих главах новеллы эта искусственность каким-то образом сгладилась. Я в это, на самом деле, не верю, но это просто романтическая визуальная новелла, а не новый «Собор Парижской Богоматери», в конце-то концов.

Довольно важное отличие ВН от книг заключается в том, что игроку/читающему даётся выбор по статам, чтобы можно было сделать героиню (а именно её мысли и некоторые поступки) приятнее для себя лично. Таким образом, когда автор взялась за адаптацию истории под книжный формат, ей предстояло выдержать характер Мадлен в рамках всех возможных характеристик, предложенных в оригинальной истории. По идее, это довольно сложно сделать, ведь статы прямо противоположны друг другу, но на деле всё намного проще, потому что большой разницы в поведении героини на разных «путях» нет.

Отвлекаясь на лирику, скажу, что я в ВН выбрала пути «кокетки» и «авантюризма» (ещё есть «скромница» и «благоразумие») в надежде на бойкую героиню, но получила какую-то вяленую воблу, которая и кокетничать не умеет и в авантюры не ввязывается. В чём авантюризм? В том, чтобы застыть на месте, когда тебя застали в своих покоях, в которые не звали? Всем авантюрам авантюра. И да: это реальный выбор из новеллы по пути авантюризма в сцене, где Мадлен роется в чужих вещах в рамках проводимого расследования, и её застают на месте «преступления» (можно спрятаться, а можно застыть как дура, потому что не смогла придумать, что делать - не моя интерпретация, так идёт по тексту новеллы).

Изменилось ли что-то в книге? Я, конечно, прочла совсем немного, но всё же сказала бы, что нет, не изменилось. Сюжет скучный, и появляющиеся время от времени монструозные формулировки, ожидаемо, не делают его лучше. Главная героиня вялая и безликая - немного пободрее, чем в новелле, но не сильно лучше. Нелепости, которые можно простить визуальной новелле, куда сложнее игнорировать в книге, поэтому в некотором смысле книга даже хуже. Что касается остальных персонажей - сложилось впечатление, что как были 2D-картинками, так и остались. По справедливости, я не могу говорить о проработке персонажей. Это преждевременно - я ведь даже трёх полных глав не прочитала. Но кто-то реально ожидает «живых» персонажей в условиях такой фантасмагории?

Дополнительные спойлеры.

Виолетта, наш будущий труп из пролога, бежит от убийцы, но тот догоняет её, хватает за шею, одной рукой поднимает в воздух, а второй наносит удар клинком в сердце.

Меня всегда очень впечатляет то, как легко некоторые герои поднимают взрослых женщин в воздух одной рукой. Вес стройной женщины усреднённо 55-60 кг, может даже 55-65 кг. Кто-нибудь пробовал поднять такой вес одной рукой над головой, а не просто на несколько сантиметров над полом, и держать его какое-то время? Поднять рывком может и получится, но ведь нужно ещё удержать. К тому же, это не куль с углём, это человек - он (она) вырывается. Я, конечно, не призываю проверять на практике - не хватайте людей за шеи - но это, вообще-то, не так уж и просто. Нужно быть в очень хорошей форме, чтобы такое сделать. Откуда в книгах постоянно берутся эти Шварценеггеры?

Аналогично с ударом в сердце: да, и во время обычной драки, порой кто-нибудь получает ножом в сердце, но вообще оно неплохо защищено грудной клеткой и лёгкими. В сердце ещё нужно умудриться попасть. Вряд ли нападавший бил Виолетте в межреберье, скорее в грудину (хотя кто его знает - может, и нет). Грудина - кость, нужно приложить силу, чтобы её пробить. Убийца бьёт на весу: нет никакой опоры, жертва дёргается, собственная рука, держащая жертву за шею, в таком положении может мешать нужному направлению удара, руки жертвы, скорее всего, тоже (хватает убийцу за руку/руки, предплечьями и локтями непреднамеренно загораживает грудную клетку). Но убивают Виолетту с одного удара. Убийца - гибрид Шварценеггера и Гудини.

Мгновение - и лезвие кинжала целиком вошло в сердце девушки, насквозь пробив его. Несчастная дёрнулась в последний раз, и жизнь навсегда покинула её.

Про такое обычно говорят «как нож в масло». Ещё и смерть наступила мгновенно. Профессионально бил, похоже.

Есть у меня ещё сельскохозяйственные придирки: тело Виолетты убийца прислонил к гнилому стогу сена. На дворе начало весны 1588 года. Сено косят летом. У автора же только снег сошёл, поля не засеяны, зато стога имеются и даже сгнить успели. Или это прошлогодние? Так а чего не убрали-то, не хранили как положено? Столько труда в каждый стог вложено (1588 год на дворе, как-никак - на сеноуборочной машине не проедешься по полю), и всё впустую. Куда теперь гнилое сено девать? Я не специалист - может, и есть куда, но на мой любительский взгляд это выглядит, мягко говоря, не очень.

Ещё мне понравилось, как Селеста в первой главе заявилась к Мадлен в шёлковом плаще и с заколкой с драгоценными камнями в волосах, соврала, что я, мол, из соседней деревни, вы нужны мне из-за больной сестры. Но гениальная Мадлен не повелась, поняла, что ей врут. И Селеста такая «что меня выдало?». А Мадлен ей всё про то же - шёлковый плащ, заколка, платье чистое (не на телеге ехала). И Селеста: «Вы удивительно проницательны, Мадлен». Я в таком случае тоже удивительно проницательна: я легко отличаю миллионера от бомжа (на что мне могут иронично скинуть фоточку какого-нибудь Марка Цукерберга в обычной футболке и шлёпанцах, но мысль вы, надеюсь, поняли).

В визуальной новелле я на этом моменте хохотнула, но списала это на экономию ресурсов: Селеста была «одета» в шикарное платье, в котором она ходит и в следующих сериях. Перерисовывать наряд героини для одной короткой сцены, возможно, было накладно, но в книге-то можно было сцену в божеский вид привести, это же просто смешно.

Есть ещё такой момент, который, вроде, и несостыковкой в полной мере не назвать, хотя мне сначала хотелось, но глаз за него цепляется. Время действия, повторюсь, весна 1588 года. Если конкретно, на дворе март. Селеста в первую встречу говорит Мадлен, что ту нелегко было найти и на это понадобилось много времени. На следующий день Мадлен встречается с Екатериной Медичи (очевидно, Мадлен живёт ужасно далеко от Парижа - аж полночи ехали), и та сообщает ей, что искать Мадлен стали после вскрытия послания с предсказанием от уже умершего Нострадамуса. Послание, как и завещал Нострадамус перед своей кончиной, было вскрыто в начале весны 1588 года… А март - это не начало весны? Мадлен же долго искали. Долго - это сколько? Неделю? Две? Да, очень долго.

• (…) Мы проверили многих: его детей, внуков. Но всё было тщетно, пока однажды мы не добрались до небольшой деревеньки в Бургундии.

  Такое ощущение, что между вскрытием послания и прибытием Мадлен во дворец минимум год прошёл, но на деле меньше месяца.

  Вывод. Я сделала две попытки ознакомиться с этой историей - в виде визуальной новеллы и в виде книги. Обе мимо. Видимо, сюжет «Печати Нострадамуса» я так и не узнаю, но как-то и не жаль.

  Итог. Книга - чистой воды мерч. Читать стоит только фанатам и то не всем: тем, кто не переваривает текст, перекорёженный как призраки из японских ужастиков, читать противопоказано.