Не злите добрую колдунью!

Очень старик любил ковыряться в земле. Правда, вид растений и их названия забывал. Недавно мандрагору выдрал. С корнем.

- Зато ты бесплатно послушал чудный концерт.
- Бесплатным был вход, - с тоской отозвался он. - За выход пришлось отдать деньги. Сказали, что они подут на спасение огненных фениксов. Ты знала, что фениксы не вымерли?
- По-моему, тебя обманули.
Фентон почесал бровь и проронил:
- Мне надо выпить.
- Да, - согласилась я. - Пожалуй, мне тоже надо выпить.

Иначе расстроюсь, и начну добро не приносить, а причинять.

У тебя есть умертвие, а у меня школяр и нечисть. По-моему, полный набор для счастливой совместной жизни.

– Она же выжила, – хмыкнул он и, помолчав, добавил: – И почти пять лет я ращу непослушного ребенка. Недавно она назвала меня батей.

У меня вырвался смешок:

– Ты был растроган?

– Я разрешил называть себя хозяином. Все равно с манерами у нее туго.

– Зато в ней чувствуется суровое ведьмачье воспитание.

Я давно поняла, что главный секрет спокойной семейной жизни – соглашаться с мужем в непринципиальных вопросах, а в принципиальных использовать хитрость.

С самим собой важна честность.

В любом споре возникает тонкий момент, когда следует притвориться немым, чтобы не выглядеть полным кретином.

С другой стороны, зачастую самые ужасные вещи люди говорят с самыми теплыми, доверительными интонациями.

...власть держится или на безоговорочном доверии, или на страхе. Когда боятся сильнее, чем ненавидят.

Но ко мне начал выходить народ. По дороге к управе окликать побоялись. Видимо, что-то в моем лице намекало, что чародейка в том чудном настроении, когда она сама не особо уверена в цвете собственной магии.

Но если монстр меня прикончит?! Как я объясню маме, что меня сожрали? Она же взбесится!

В руке он держал топор…
Не то чтобы наличие топора меня беспокоило, но некоторую напряженность в обстановку вносило.

Не то чтобы прежде он смотрел как-то иначе: с пиететом, согласно королевскому указу, или, того хуже, с мужским интересом.

На соседскую территорию пришлось пролезать бочком, чтобы не зацепиться за ощеренные длинные шипы, а хотелось-то войти по-королевски, гордо вскинув подбородок. И с лицом инквизитора.

– Правее тоже надо?
– Как отказаться, если господин темный чародей сам предложил? – с улыбкой развела я руками. – Ни в чем себе не отказывай. Рой в удовольствие!