Валсарб

Я прочла эту книгу дважды. В первый раз – довольно бегло, и осталась в недоумении. Во второй – уже медленнее, с прицельным поиском смысла. И точно так же осталась там же.
Героиня книги – девочка самая обычная. Она живет в городке под названием Валсарб; у нее есть отстраненная мама и вроде бы неплохой папа, есть Баба и Дед. Дед души не чает во внучке и вечно корит непутевых родителей, между которыми явно что-то неладно. Летом дед возит ее в коляске мотоцикла, а зимой – отец катает на санках. Она задаёт наивные детские вопросы, на которые взрослые не находят ответов, и никак не может сладить с подлой Классной.
А ещё она видит тех, кого уже нет.

"Поначалу это была просто игра, а потом я начала в ней жить"

Когда у тебя много вопросов, а у взрослых нет ответов, начинаешь искать эти ответы сам. Когда тебя не хотят слышать, не желают ничего объяснять, а только требуют, хочется отстраняться. Отвлекаться – например, читая слова задом наперед. Или фантазируя о мертвых людях.
Где в описанном выдумка героини, а где мистика, предлагается додумать самим. Наложилась ли атмосфера Валсарба с его мемориалами и братскими могилами на детское воображение или же и впрямь в тенях комнат скрываются Они – неизвестно.
Вместе с неназванной героиней мы проходим путь от самых первых воспоминаний до юности. Неплохо показано меняющееся восприятие взрослеющего ребенка, и даже внезапные переходы на речь взрослых, вплетенную в текст от лица девочки, выглядят естественно – ведь так воспринимает и запоминает ребенок. Впрочем, наряду с такими естественными вставками проскакивают и неестественные – как будто вырванные откуда-то. Словно они были в черновике, но автор не придумала, куда их поместить, и просто оставила посреди готового текста.
Фрагментарность, разбросанность и обрывистость вообще характерны для этой книги. Где-то подобное еще можно списать на очень ранний возраст, воспоминания о котором пришли урывками, но и позже вместо гладкого связного повествования нам показывают вырванные из жизни куски. Они к тому же чередуются с фрагментами из жизней "бывших людей" – тех, кто в годы Второй Мировой жил в Валсарбе и был убит.
Книга в целом оставляет ощущение "подвешенности" – из-за своей разрозненности и отсутствия координат. Да, фишка была в том, чтобы зашифровать место действия, но для чего? Намеки на конкретный город весьма очевидны. "Валсарб" расшифровывается очень просто. Настолько просто и прозаично, что я, уже пытавшаяся складывать разные анаграммы, даже расстроилась. И все видения героини сразу становятся такими же банальными, увы. Легкости разгадке добавляют и названия реальных мест – например, Динабург.
Суммировав, я склонна думать, что автор просто живописала свое детство. На это же намекает и упомянутое созвучие слова "отверженные" с фамилией героини (не прозвучавшей в тексте, но, вангую, это фамилия автора). И никакого ребуса тут нет. А есть желание снова прожить, пережить и пережевать испытанное когда-то: мамино равнодушие, папину отстранённость, дедову любовь. Насмешки одноклассников и потерянность в огромном мире, о котором никто ничего не рассказывал – потому что "работа и нервы". Взрослым не до детей. Ну и что?..
Всё это было уже множество раз: одиночество и непонятость, "нетаковость", романтическое увлечение мертвыми поэтами, экзальтация и бегство от неприятной реальности. Увы, ничего нового роман мне не предложил.

"Думаю, здесь нет никакого таинственного смысла, и Ты послан мне для того, чтобы я не чувствовала себя такой одинокой, хотя иной раз мне кажется, что Ты хочешь, чтобы я о Тебе рассказала"

Может быть, конечно, многие из нас узнают в детстве героини свое детство: с деревенским домом, с бабушкой и дедушкой, к которым отправляли на лето, с советскими стенками и трельяжами, и все это такое загадочное, волшебное, полное чудес… Кто-то в нескладном подростке тоже увидит себя времен школьной поры. Припомнит, как фантазировал о недостижимом и пугался теней в углах. Ну и?..
У меня так и остался подвешенным главный вопрос: зачем эта история была рассказана? Если она автобиографична, то у меня не нашла особого отклика (несмотря на созвучность с собственной, как ни странно). Наверное, отвратили две вещи: недотянутая задумка с вот этими разобщенными фрагментами (понятно, что автор пыталась так передать воспоминания девочки, но вышло, на мой взгляд, кривовато) и ускользающий общий смысл. Для чего все эти намеки на "бывших людей", увлечение стихами, поиски потерянного имени погибшего солдата? Чтобы восстановить историческую справедливость и написать имя на надгробии? Складывается впечатление, что автор просто принес туда нечто личное. Вывалил описания своего детства. Сплошь игры слов и потоки сознания. Знаете, есть такая беда у начинающих писателей (я тоже этим грешила) – показать "мастерство". Глядите, мол, как я умею вертеть буквами, а какой у меня словарный запас, а как я эрудирован и умею употреблять редкие термины! А сколько синонимов к одному слову знаю, ууу!..
Героиня виртуозно переворачивает слова задом наперед. Это ее способ уйти от реальности, ага. Но мы-то что должны из этого вынести? Что разгадать, какой ребус? Намеки разбросаны и рассыпаны здесь, как бисер средь мусора. Но это мелкий такой бисер, знаете, как дешевый китайский – неровный, разрозненный по оттенку и размеру.

"Быстро и качественно отвлекаться от всяких печальных дум помогают слова-перевертыши, которые я тоже коллекционирую"

Сумбурно. Фрагмент текста может внезапно возникнуть и так же внезапно оборваться на середине абзаца. Или остаться предложением в сто слов, напрочь лишенным знаков препинания. Из ниоткуда – в никуда. Или просто во фразу вдруг встроится лишнее слово. Как будто так надо. Как будто так мыслят, но если и да – то почему лишь от случая к случаю? И вот это выглядит, как кирпичи посреди грядки, неуместно и странно.
На мой взгляд, содержательно и идейно эта книга такая же сумбурная, разобщенная и недооформленная, как и в текстовом плане. Сплошные наброски, которым не удосужились придать целостность и хотя бы подобие завершенности. Ощущение, будто выхватили кусок без начала и конца. Зачем? Потому что он интересен? Он действительно интересен, но у меня остался подвешенным главный вопрос: зачем? Даже не то пресловутое "что хотел сказать автор", а для чего он хотел это сказать. Чтобы читатель – что? Удивился чудны́м вставкам а-ля поток мыслей? Я удивилась. Ещё раз горестно вздохнул по евреям, убитым нацистами? Я вздохнула. А в сухом остатке-то что? Где какая-то новизна, ну ладно, пусть не свежесть идей, но сами идеи-то где? Посочувствовать девочке, которая "не как все" и у которой нет близости с мамой? Ну допустим, я даже где-то узнала в ней себя. Но и всё. В целую картинку эти фрагменты не склеиваются. Небрежность выдаётся за авторскую находку, но, увы, баг не становится фичей.
Если смысл был в том, чтобы рассказать истории убитых "юдэ" и погибшего солдата, то опять же – зачем? Подробные истории давно известны, и в конкретно этих нет ничего особенного. Ни зацепок, ни выводов. Показать, как автор в юности интересовалась поэзией и мысленно общалась с убитым на войне поэтом?..
Я прочла эту книгу дважды. В первый раз не очень поняла, а во второй – поняла и разочаровалась. Лучше бы она осталась загадкой. Ведь такие тривиальные ответы – гораздо хуже нерешённых ребусов, как по мне.
Да, я долго думала о ней после прочтения. Только это – тот случай, когда просто не хочется признавать, что все настолько прозрачно. Хочется найти какой-то глубинный смысл. А не очередное напоминание о том, что безымянные души страдают и погибших нужно чтить.
Рекомендовать точно не буду – я все-таки за то, чтобы тратить время на книги, заставляющие погрузиться в себя, открыть что-то новое (пусть, возможно, и не слишком приятное). Эта история лично мне не дала ничего.

История взросления девочки, которая недополучает любви от родителей, постоянно подвергается издевательствам одноклассников, растёт в своём маленьком мирке, потрясающе играет словами, что просто завораживает, мечтает стать писательницей и слышит голоса «бывших людей» - погибших в годы войны земляков. Всё это на фоне провинциального Валсарба - белорусского городка. Отмечу, что стиль романа меняется вместе с возрастом героини, очень хорошо написано, легко читается и погружает внутрь себя и своих проблем.

Чуть-чуть не удержалась от спойлеров, но не настолько, чтобы ставить отметку «спойлер».

«Валсарб» - с одной стороны, книга о безымянной девочке из белорусского города Валсарб (он есть на самом деле, о названии чуть позже), о ее детстве и взрослении, об окружающем мире, который для детей часто гораздо больше, чем для взрослых, о бедах и счастье (и у детей они не менее значимы, чем для взрослых их, пусть и иные, горести и радости); с другой стороны, это книга о прошлом, которое нельзя забывать, о войне, об убитых, оставшихся без имен. А если не делить «Валсарб» на части, то это книга о жизни и смерти, о движении вперед и о памяти, о смысле жизни и предназначении.

Размах авторской задумки поражает. В книге удивительно, мастерски соединены прошлое и настоящее (и даже немножко будущее, которое в настоящем видится не так, как когда оно приходит и становится новым настоящим). Мне очень понравился и сюжет, и история девочки, и ужасающие обрывки прошлого, вплетенные в ткань настоящего, и как далеко не всегда понимаешь, где прошлое, а где настоящее, что сон, что реальность, этакое лоскутное одеяло, вязь ассоциаций, связь времен, изнанка нашего мира (маленький белорусский городок с богатой историей, Чернобыль, зверские убийства евреев, сын известной поэтессы, погибший в войну, и мне очень-очень стыдно, что я не уловила этот намек).

И язык, о, язык - это отдельное, особое таинство этой книги, образный, красочный, невероятно красивый, показывающий мир с необычной, непривычной, удивительной точки зрения. Например, когда одновременно говорит сразу несколько человек, предложение удлиняется, растягивается, слова каждого перемешиваются, и как будто даже начинаешь слышать эту многоголосицу. Или вот взять игру девочки в слова. Любое слово можно прочитать в две стороны - и это уже будет не одно слово, а целых два (вот и разгадка города Валсарба), а то и больше, если исходное слово длинное и разбивается на несколько. Можно переставить местами буквы и получить новое, с новым, противоположным прежнему или дополняющим прежнее смыслом или бессмыслицу, но, возможно, и в последнем случае есть какой-то смысл.

Я пытаюсь повторить молитву, но польские слова несутся створоженными клочками по закоулочкам моего сознания и вылетают вон. На их место непрошено и без стука являются зеркальные, волшебные: в аду – удав, восторг – грот сов, завиток – кот и ваз, парк – крап, великая – я аки лев. От них клонит в сон, сон – нос, летаргия – я игра тел.
Прости меня. Янем итсорп. Я – нем. Я не М. «Прости» наоборот оседает пылью, превращается в мусор, чепуху, песок, консервные банки, лоскутья, иглы, перья, пух, прах: итсорп.
В слове «лето» спрятано тело в коротких сарафанах и шортах, c голыми коленками, струпьями на локтях и неправдоподобно темным загаром. В весне прячутся наши сны, в осени – сено, и только зима предлагает мази – хоть что-то полезное, зима надевает белый халат и играет в доктора.

Но есть одно но. Книга написана от лица девочки, и вроде бы, как ожидаешь, присутствует необычность, то наивность, то пугающая точность детского восприятия мира, временами выраженная иначе, чем сказал бы взрослый, а временами проступает настолько недетское выражение детского восприятия, что возникает когнитивный диссонанс. Поэтому четверка, а не пятерка. Так-то «Валсарб» стоит того, чтобы его прочитать, хотя бы попробовать, потому что поклонникам активного сюжета может не хватить движения, кого-то может отпугнуть язык, кого-то - не самые простые проблемы, поднимаемые автором, но не попробовать - точно упустить возможность полюбить новую хорошую книгу.