Агнес Грей

Она будет любить вас ещё больше, если вы будете вести себя лучше, если же вы будете становиться всё хуже, её любовь пойдёт на убыль, пока совсем не угаснет в страхе, отвращении и горечи душевной, а может быть, даже сменится тайной ненавистью и презрением.

Она была обворожительной малюткой, к которой я питал большую слабость - о чем она прекрасно знала, хотя я не только прямо с ней не объяснился, но, пожалуй, и не собирался этого делать, так как матушка, утверждавшая, что на двадцать миль вокруг нет ни единой достойной меня невесты, не потерпела бы, чтобы я женился на фитюльке, у которой, не говоря уж о прочих многочисленных недостатках, за душой нет и двадцати фунтов!

— Почему никто не пошёл с вами? — спросил я.
— Потому что я ушла от них всех, — ответила она с улыбкой.

Я часто плачу, когда счастлива, и улыбаюсь, когда печальна.

— Но, по-моему, я замуж не выйду никогда!
— Почему?
— Потому что, мне кажется, в мире найдётся очень мало мужчин, которые могли бы мне понравиться настолько.

...я люблю не его, а призрак, созданный моим воображением.

Но любые наши таланты умножаются от употребления, все наклонности как к хорошему, так и к дурному развиваются, когда им следуют.

Когда наши мысли и мнения совпадали, меня восхищали ее тонкий ум, изящный вкус, глубокие чувства, если же мы в чем-то не соглашались, смелость и твердость, с какой она доказывала или защищала свою точку зрения, ее убежденность в своей правоте воспламеняли мое воображение.

Постарайтесь подавлять такую глупую любовь, и не просто, чтобы не выглядеть смешной, а чтобы спасти сына от гибели.

Я горевала о его гибели, я горевала о наших рассыпавшихся в прах воздушных замках, но молодость отходчива, и вскоре я совсем оправилась от этого удара.

Он не пробовал прервать течение нашей любви, преградив плотинами оба потока, зато равнодушно наблюдал, как они петляют по пустыне жизни, палец о палец не ударил, чтобы убрать разделяющие их преграды, и в глубине души желал, чтобы оба иссякли в песках, вместо того, чтобы слиться воедино.

- Испытывать раскаяние я не способен. Только страх.
- И о прошлом сожалеешь только из-за последствий для себя?

И если они презирают меня, жертву их греха, то я могу пожалеть их за безумие и презреть их презрение.

Истинная дружба невозможна без близкого знакомства.

Ведь я родился не только для того, чтобы другие упражняли на мне свою доброту и прочие прекрасные качества, правда? А для того, чтобы самому их упражнять.

Если полное воздержание - и зло, хотя многие в этом сомневаются, то злоупотребление - ещё большее зло, этого отрицать нельзя.

Два первоцвета я поставила в воду, и они стояли на моем столике, пока совсем не увяли и горничная их не выбросила, но лепестки третьего я засушила в моей Библии, где они хранятся до сих пор и будут храниться всегда.

Книгу эту я начала с твердым намерением ничего не утаивать, чтобы те, кто захотел бы, могли извлечь пользу, постигнув чужое сердце. Однако бывают мысли, которые открыты всем ангелам небесным, но не нашим ближним, даже лучшим и самым добрым из них.

— Мои добрые домашние, — ответила я, — прекрасно знают, что чем длиннее письмо, тем оно мне приятнее. И мне было бы очень больно получать от них очаровательные записочки. А обвинять тех, кто пишет на больших листах, в вульгарности — это ведь чуть-чуть вульгарно, не правда ли, мисс Мэррей?