Портрет Дориана Грея

мне и пофлиртовать то ни с кем не пришлось. В конце концов, в этом была вина Нарборо. Он был удивительно близорукий, а какой смысл обманывать мужа, который никогда этого не заметит?

Счастливые, мы хорошие, однако, будучи хорошими, мы не всегда бываем счастливы

Часто случается так, что мы проводим эксперименты над самими собой, думая, что экспериментируем над другими.

– Всегда! Это ужасное слово. Когда я слышу его, меня всего прям передергивает. Женщины так любят его использовать. Они портят каждый роман, пытаясь заставить его продолжаться всегда. К тому же, это слово не имеет значения. Единственная разница между прихотью и страстью на всю жизнь состоит в том, что прихоть длится несколько дольше.

мы не можем терпеть людей с теми же недостатками, что и у нас

красота, настоящая красота заканчивается там, где начинается умное выражение лица

I never talk during music — at least, during good music. If one hears bad music, it is one's duty to start talking.

It is a sad thing to think of, but genius lasts longer than beauty.

When I really like people, I never tell their names to anyone.

А к нам молодость не возвращается! 

Самое худшее в любом романе то, что по его окончании ты утрачиваешь всякую романтику

Смех-совсем неплохое начало дружбы и лучшее её окончание

Спорят лишь убогие умом

Как ни грустно, мы утратили способность давать вещам красивые имена. Слова - вот самое главное! Я ничего не имею против действий, но моя единственная забота - слова. Поэтому я терпеть не могу пошлого реализма в литературе. Человека, назвавшего лопату лопатой, следует заставить ею работать. Только на это он и годится.

Никогда не следует делать того, о чем нельзя поболтать с людьми после обеда...

Говорят, у человека, одержимого страстью, мысли вращаются в замкнутом кругу.

Господи, да ведь и в любви верность- это всецело вопрос физиологии, она ничуть не зависит от нашей воли. Люди молодые хотят быть верны- и не бывают, старики хотели бы изменять, но где уж им! Вот и все.

Когда я очень люблю кого-нибудь, я никогда никому не называю его имени. Это все равно что отдать другим какую-то частицу дорогого тебе человека.