Последний римлянин
Книгу постоянного автора серии ЖЗЛ, лауреата премии правительства РФ в области культуры Святослава Юрьевича Рыбаса об одной из наиболее трагичных фигур российской истории начала двадцатого столетия отличают несколько особенностей. Во-первых, это не привычная для читателей серии чётко выстроенная биография, а, скорее, историко-философское сочинение о закономерностях развития отечественной истории начала прошлого века и появления в ней сильной личности, готовой взять на себя бремя полной ответственности в кризисной ситуации. Поскольку это политическая биография, автор с первых же страниц являет нам своего 40-летнего героя уже в статусе гродненского губернатора, ничего не говоря о его взрослении и становлении. Поэтому перед нами предстаёт не живой человек со всеми своими достоинствами и недостатками, а недосягаемый титан — «последний римлянин», т. е. «последний государственный человек правящего слоя». «Высокая гордая фигура» — наподобие той, что стояла на постаменте киевского памятника Петру Аркадьевичу Столыпину. Исходя из этого, книгу нельзя всецело отнести к научно-популярной литературе. Написана она в жанре документальной прозы, но с элементами публицистического и художественного стилей, довольно сложным для восприятия языком, требующим подготовленного, заинтересованного и внимательного читателя.
Во-вторых, почти половину издания занимают многочисленные приложения, представляющие собой сборник знаковых речей, произнесённых главой российского правительства в Государственной Думе, и циркуляры Департамента полиции о борьбе с революционным террором. На первый взгляд, увеличение объёма книги подобным способом кажется сомнительным решением, однако представленные вниманию читателей документы подобраны таким образом, чтобы они ярко иллюстрировали содержание работы и авторские рассуждения, создавая ощущение «здесь и сейчас». Поэтому даже первая её часть буквально оглушает нас взрывами бомб, уличной стрельбой и ужасами террора, ставшего неотъемлемой приметой эпохи, в которую Петру Столыпину довелось стать премьер-министром и одновременно министром внутренних дел Российской империи, мгновенно сделавшись навязчивой мишенью для революционеров и террористов различных мастей.
Однако «Столыпин ещё до покушения на Аптекарском знал, что никто не может гарантировать ему безопасность. После покушения он просто перестал думать об этом, с холодным равнодушием идя навстречу неизбежному» (стр. 82). В его завещании была единственная просьба: «Похороните меня там, где меня убьют». Много пророческого и в статьях реформатора, где он предсказал важнейшие события первой половины прошлого века — крушение империи Российской и закат Британской, поражение Германии в грядущей большой войне, создание ООН и Евросоюза.
Вот лишь некоторые предостережения политика, высказанные им в 1911 году, накануне убийства: «Германия со своим большим населением, вне всякого сомнения, задыхается на своей сравнительно небольшой территории. Её стремление расширить свою территорию на восток легко может послужить поводом к войне против России. <...> Англия больше всех ненавидит Россию и будет искренне радоваться, если когда-нибудь в России падёт монархия, а сама Россия не будет больше великим государством и распадётся на целый ряд самостоятельных республик... Ни любви, ни уважения во Франции к России нет» (стр. 238). Или: «Правительством руководит сознание <...> необходимости прислушиваться к справедливым требованиям природного русского населения окраин, и, если эти требования обоснованны, поддерживать их всею силою правительственного авторитета» (стр. 359). Также: «Такое государство, как Россия, не может и не вправе безнаказанно отказываться от проведения своих исторических задач» (стр. 375). Прошло более века, но своей актуальности и злободневности слова премьера не утрачивают и в нынешних реалиях.
Представленные в приложениях речи Столыпина выдают в нём прекрасного публициста, оратора и агитатора, генерировавшего лозунги не хуже революционных — чего только стоят его наиболее известные «мемы»: «Им нужны великие потрясения, нам нужна великая Россия!» или «Дайте государству двадцать лет покоя, внутреннего и внешнего, и вы не узнаете нынешней России». Св. Рыбас осмысливает своего героя в том числе и как символ. Для одних — титанического усилия удержать страну на краю пропасти, предпринятого героем-одиночкой при экстремальных обстоятельствах и во враждебном окружении. «Столыпинские реформы — это последняя попытка тогдашнего общества отстранить от власти разлагающуюся петербургскую верхушку и провести без разрушения государственности либеральные реформы» (стр. 251).
Для других он — душитель революции и «вешатель», заклеймённый пресловутыми «столыпинскими галстуками» и вагонами. А про враждебное окружение необходимо упомянуть потому, что «против Столыпина выступили три силы: левые в лице социал-революционеров, у которых реформы выбивали базу революции; правые, у которых реформы устраняли их опору в помещичьем землевладении, и, наконец, царское окружение, которое стремилось свести реформы к минимуму, так как они ограничивали его власть» (стр. 252).
К важнейшим достижениям столыпинской деятельности, при всей незавершённости реформ предсовмина, автор причисляет «второе освобождение крестьян», усмирение террора и ликвидацию революционной ситуации, принятие мер «к искоренению всяких насилий в отношении арестантов», защиту «русскости» как государствообразующего стержня, «пробивание» освоения Амурской области и строительства Амурской железной дороги, возрождения русского флота и постройки новых современных судов. И как тут удержаться от фантазий на тему «а что, если бы...»? «Кто знает, как развивалась бы наша история, останься он в живых. Удержал бы он страну от войны или, находясь в отставке, был бы призван из „запаса“ и смог бы объединить аристократическую и земскую силы? <...> Возможно, не было бы ни Первой, ни Второй мировых войн» (стр. 250–254).
Рецензия на книгу Святослава Рыбаса «Сталин: Судьба и стратегия» в серии ЖЗЛ: https://www.livelib.ru/review/1158505-stalin-svyatoslav-rybas#comments
76 понравилось
