Хроники Заводной Птицы

– С бюрократами всегда так выходит, господин лейтенант, – посочувствовал ему директор-китаец. – Того, что нужно, никогда нет.

Конечно, у денег нет имени. А если было бы, то это уже не деньги. Деньгами деньги делает то, что они анонимны: происхождение у них – как ночь, такое же темное. Есть у них и еще одно – небывалое, захватывающее дух – качество: за них можно получить все, что угодно.

Послушай, вот ты говоришь: «Ага! Теперь я начну строить новый мир», – или: «Буду делать из себя нового человека»… Что это значит? Ведь такое никому не под силу, я считаю. Можно сколько хочешь думать: какой, мол, я молодец, смог другим человеком сделаться. А поглядишь – за всем этим делом та же самая рожа; случись что – и пожалуйста: здрасьте, вот и мы!

Есть такие вещи, которые как дым: лезут людям в голову и в глаза независимо от того, нравится им это или нет.

Иногда заведешь о чем-нибудь разговор, а выходит одно вранье.

...на человеческую судьбу надо оглядываться, когда жизнь прожита. Не надо забегать вперед.

– Думаю, вы уже догадались, что покончить с собой я так и не сумела. Иначе не сидела бы здесь с вами и не пила бы сок.

Истинные логические построения не обязательны, достаточно, если они только кажутся таковыми. Главное – привлекать к себе массы.

...если человек не способен стать лучшим в таком маленьком коллективе, как класс и школа, как он может рассчитывать на большее в суровом взрослом мире?

Возможно, от тещи никому не было бы вреда, если бы не один недостаток: как нередко бывает с женщинами такого типа, она была невыносимо претенциозна.

...если хочешь обмануть кого-нибудь – сначала обманись сам.

– Что это вы свистели? Совсем никакой мелодии. Вы случайно не педик?
– Да вроде нет. А почему ты так подумала?
– Я слышала, что педики свистеть не умеют.

...каким бы увлекательным рассказ ни был, он неизбежно теряет свою прелесть, если его повторять по семь-восемь раз.

В мире нет ничего страшнее жажды.

В мире полно непонятного, и кто-то должен заполнять этот вакуум. Пусть уж лучше этим занимаются те, с кем не скучно.

Чем глубже стараешься заглянуть, тем более общий характер приобретают явления.

Конечно, нельзя сказать, что у меня нет никаких отличительных особенностей. Сейчас я сижу без работы, помню имена всех братьев Карамазовых. Однако на наружности это не отражается.

...часто случается, что именно с пустяка начинаются самые важные в мире вещи.

Когда нечего делать, мысли убегают далеко-далеко – так далеко, что не уследишь.

Это напомнило мне фильмы "интеллектуального кино", которые я смотрел в студенческую пору. В них никогда ничего не объяснялось: считалось, что объяснения помешают воспринимать реальность в том виде, как она в этих фильмах представлена.