Earthlings

Я восхищена тем как Саяка смогла передать уязвимость положения ребенка и саму детскость как таковую. Зависимость от абьюзивной семьи, где ребенок может думать только о том, как бы побыстрее найти способ, чтобы обеспечить свою обособленную жизнь и тем самым безопасность. Ведь ребенок искренне верит в моменты насилия как физического, так и морального, что родитель может выбросить его за ненадобностью, убить и так далее. Этот постоянный страх лишает таких детей детства, доверия, ощущения безопасности. Все чего он хочет — это сбежать. Сердце не могло не содрогаться в груди при чтении мыслей главной героини о ее семье, ведь мне эти мысли знакомы. Ребенок готов поступиться с любыми своими мечтами и желаниями, которые ему могли бы помочь осуществить родители, потому что теперь самоцелью становится любыми средствами сбежать как можно дальше. Просто чтобы образовать свою независимую ячейку общества.

До слез пробивала эта попытка детей сбежать из ужасной реальности, в которой им приходилось существовать каждый день.

Удивительно как у Саяки простыми словами получается довести меня до дрожи во всем теле или остановки дыхания от понимания ужаса происходящего. И все это — кромешная бытовуха, знакомая не только все еще патриархальной и традиционной Японии, а вообще всем. От чего становится еще жутче.

Книга сто процентно проберет тех, кто в своей жизни испытывал абьюз родителей даже не в таких больших масштабах как в произведении. Само чувство зависимости и беспомощности в собственной семье, скорее всего, знакомо многим. А те, кто подобного никогда не испытывал познакомятся с этим страшным опустошающим чувством.

Я уже молчу про филигранное образное  раскрытие проблемы неприятия законов общества людьми и их попытку хоть как-то объяснить для себя почему они так сильно не вписываются. Хотя это "так сильно" это просто не желание быть стандартным «сарариманом» (サラリーマン) и нежелание заводить сексуальные отношения на фоне травм из детства. Но Фабрика все равно объединяется и придумывает хитроумные планы о том, как бы вправить этим попихамбопианцам мозги. Чтобы они работали как пчелки и производили потомство. В этом ведь суть существования всего и вся.

Можно долго говорить как хорошо Мурата сюрит и утрирует, но мне кажется, что в Японии все же найдется парочка таких же не переболевших синдромом восьмиклассника как и главные герои. И не одна. А не переболели они только потому что насаждаемый извне образ жизни душит их. Если бы случайные люди не лезли в их жизни, то никаких теорий с Фабрикой и не произошло бы, ну или они бы их переросли и смогли бы встроиться в мир иначе.

Посыл один: не лезьте к людям, чья жизнь вас не касается, и все будут счастливы.

Вру, даже два: никогда не рожайте детей ради галочки, не разобравшись со своими тараканами.

Какая же неприятная книга. Оторваться, правда, от неë невозможно.

С одной стороны, "Земляноиды" синонимичны "Человеку-комбини": снова мы говорим о людях, невписывающихся в общественное понятие о норме. Но в то же время у героев "Земляноидов" будто совершенно другая проблема - стать шестерëнкой системы, инструментом Фабрики они не то чтобы сильно пытаются. Да и не получится у них этого - сама система-Фабрика привела их в негодность побочными продуктами производства.

Саяка Мурата жëстко показывает, как общество обращается с теми, кого считает чужими.

Всë, что сходит с рук людям Фабрики, ни за что не прощается тем, кто идëт ей наперекор.

Ужасно и то, с чем пришлось столкнуться персонажам: от бытового сексизма и гомофобии до депрессии близких, суицида и сексуальных домогательств.
Читать, как со всем этим справляется главная героиня было интересно, и в то же время - безумно грустно. Элементы магического реализма здесь - не чудо, а попытки сбежать от травм. Хотелось выть от горя и боли, когда Нацуки превращала очередную эмоциональную катастрофу в сказки о ведьмах и инопланетянах. Возможно, в этом и заключалась еë главная магия.

Фантасмагорическая концовка в духе последних сцен "Прафюмера" довершает весь треш и угар, творившийся на протяжении всей книги. Смотришь на это всë и думаешь - да, герои убивают, занимаются межродственным сексом и едят себе подобных, но как они до такого дошли? Уж не с помощью ли адептов Фабрики, которые осуждают всë вышеперечисленное?

Жуткая тошниловка, в общем.

Жила-была девочка, и были у девочки мама и папа, сестра и еще куча родственников, девочка хорошо училась, слушалась родителей и была...инопланетянкой. Первую книгу Мураты прочитала с удовольствием и поэтому решила купить и вторую. Роман про одиночество человека, окруженного миллионами людей, про нежелание услышать близкого, понять его, про человека лишнего в мире обычных земляноидов. Такова героиня Саяки Мураты - Нацуки. Чужая для своей семьи, она верит в то, что общается с внеземным организмом, побеждает злых ведьм и однажды улетит с планеты земля. Сначала кажется, что автор погружает тебя в детские фантази, но потом происходящее становится все острее и острее, Мурата вываливает наружу пороки современности, показывает незащищенность ребенка перед взрослыми, даже самыми родными... Концовка просто шок...

Одиннадцатилетняя Нацуки живет с мамой, папой и старшей сестрой, но всё это её мало волнует потому что верит — она ведьма, а волшебную силу ей дает плюшевый ёж, с которым она ежедневно ведет диалоги. Он же спасает её от вечно недовольной семьи, пристающего учителя и однажды приказывает сразиться с помощью секатора со злой ведьмой, поселившейся в его доме. На следующий день преподавателя найдут жестоко убитым.

Через двадцать лет Нацуки не сильно меняется. Ни в какие рамки японского общества она не помещается, но вышла замуж. Фиктивно. Ещё у нее есть первый муж, с которым она обручилась в детстве железными колечками. Примерно через пятьдесят страниц первый супруг, второй и сама девушка сольются в каннибалическом экстазе и осознании, что они иноплатетяне.

Если вам кажется, что это свежая проба пера Владимира Сорокина, то нет. Это Саяка Мурата. Четырехкратная номинантка на премию Мисимы и победительница премии Акутагавы (главная награда в так называемой "чистой литературе" — что-то вроде инди-книг).

Все произведение — совершенный обман читателя. Начиная с миловидной обложки с плюшевой игрушкой, заканчивая началом, похожим на янг-эдалт.

Примерно миллиард из десяти от меня и большая часть — за смелость.

Начну, пожалуй, с того, что данная история не для всех. Она не подойдет очень впечатлительным людям, не терпящих насилия и жестокости, а так же прочих табу, к которым обычно мы все испытываем отвращение.

Книга раскроет нам большинство проблем, которые наше современное общество предпочитает избегать и не замечать. Ведь все мы так или иначе зависим от чужого мнения и привыкли действовать по указке всеобщих правил общества, что уже и позабыли, какого это - прислушиваться к самим себе.

Здесь нас ждет настоящий литературный артхаус. На примере 11 летней японской девочки, которая переживает изо дня в день моральное и физическое, я бы сказала, уничтожение от родителей, от учителя в школе, да и всего общества в целом. Она сталкивается с непониманием и полнейшим безразличием. И как она в дальнейшем тянет за собой все эти не проработанные проблемы в свою взрослую жизнь.

Девочка видит мир в сплошном негативном цвете, и понятие “нормальность” для нее чуждо. Она считает себя инопланетянкой с другой планеты. Ведь, согласитесь, каждый из нас хотя бы однажды считал, что он словно пришелец с другой планеты, а весь мир - фабрика по производству людей.
____________________________
Людей на Фабрике производят натуральных, из плоти и крови. А когда приходит время, нас, детенышей, сортируют, упаковывают и рассылают по белу свету. Всех разводимых детенышей — и самочек, и самцов — натаскивают прежде всего на то, чтобы они приносили в гнезда корм. Они превращаются в безупречные инструменты, которые получают от других людей деньги, чтобы покупать корм для своих гнезд. А чуть погодя их детеныши вырастают, строят новые гнезда, плодят там очередных детенышей, и этому не видно конца...
____________________________

Сюжет развивается по нарастающей, начиная с невинной причудливой истории и заканчивая настоящим сюрреалистическим ужасом. И как бы не был ужасен данный и нестандартный пример, он поможет нам раскрыть на многое глаза и пофилософствовать над большинством проблем. А верить ей или нет, решать уже вам.

«Земляноиды» — это второй переведенный на русский язык роман японской писательницы Саяки Мураты.

В своих книгах Саяка Мурата рассматривает несоответствие мужчин и женщин требованиям современного общества, особенно в отношении гендерных ролей и родительства. Писательница не придумывала некоторые истории и персонажей, а взяла из реальной жизни, когда наблюдала за людьми в магазине. Уже будучи известной в Японии писательницей, Мурата работала рядовым менеджером магазина до 2017 года. Самые частые темы, которые она поднимает —это бесполость, асексуальность, отказ от брака и рождения детей.

Нацуки — главная героиня романа «Земляноиды». Она не самая дружелюбная девочка на грани полового созревания. Сложные взаимоотношения не только с родителями, но и с людьми в целом привели ее к мысли, что она инопланетянка, оставленная на земле. Об этом ей «рассказал» ее друг — игрушка-еж Пьют. Нацуки представляет Землю как одну большую «фабрику» по производству людей-компонентов.

Персонаж Нацуки страдает не только оттого, что она не такая, как все, но и от пережитого сексуального насилия со стороны учителя. Девочка пытается рассказать об этом семье и друзьям, но никто не воспринимает ее всерьез. Мать считает, что Нацуки наговаривает на Игасаки-сэнсэя, потому что он недоволен ее оценками. А подруги воспринимают это, скорее, как желаемую фантазию подростка, потому что учитель — знатный красавчик, и все девочки в школе в него влюблены.

Все это заставляет ее искренне поверить в «фабрику». Фабрика в «Земляноидах» — это метафора социальных ловушек — брака, работы, детей. Это то, что ожидает Нацуки во взрослом возрасте. И единственный человек, который разделяет взгляды девочки — ее двоюродный брат Юу. Он такой же изгой в своей семье. Его мать в моменты ссор и раздражения говорила сыну, что он неродной, что его прислали инопланетяне на космолете, который теперь безвозвратно утерян. Так, Нацуки и Юу искренне верят, что они с планеты Попихамбопия. И поскольку они единственные представители попихамбипян на Земле, то им ничего не остается, как поженить. Дети обмениваются кольцами из проволоки и составляют обручальную клятву.

После того как взрослые родственники застукали «молодоженов» за вполне реальным сексом недалеко от дома бабули и дедули, где собралась многочисленная семья на праздники, Нацуки и Юу разлучают на 23 года.

Нацуки подросла, но все так же находится под опекой семьи, которая постоянно давит на нее по поводу замужества. Чтобы избавиться от контроля родственников и докучливых вопросов на одном из сайтов она находит фиктивного мужа. Томоя тоже изгой, осложненный странными отношениями с матерью. Его желание вступить в фиктивный брак «без интимного контакта» также продиктовано контролем со стороны родителей. Его пугает сама мысль о прикосновении к женщине.

Сама писательница в интервью британской газете The Guardian говорит, что начала задумываться о требованиях современного общества еще в детстве. По ее словам, давлению со стороны родителей подвергался ее брат. Он должен был следовать семейным традициям — стать врачом или судьей, а Саяку в это время готовили к браку. «Мне сказали, что я девочка, поэтому должна научиться готовить или что-то в этом роде. А все ожидания возлагались на старшего брата. Я бы на его месте сошла с ума» — вспоминает писательница.

Как и главная героиня своей книги Саяка Мурата в подростковом возрасте и в юности пыталась принять традиционные понятия женственности, чтобы соответствовать требованиям общества. Или «социальным домогательствам», так писательница назвала это. «Я притворялась, чтобы вести себя так, как, мне казалось, ведут себя милые женщины. Это был ужасный опыт. Я чувствовала, что теряю себя» — говорит Мурата.

С тех пор как писательница была девочкой, Япония сильно изменилась. По данным Gender Equality за 2019 год, более двух трети японских женщин работают и в целом лучше образованы, чем их коллеги-мужчины. При этом в стране рекордный показатель отказа от брака — 68% людей обоих полов не видят необходимости в создании семьи. Но изменения в обществе пока не принесли изменений в корпорациях и политике. Женщины составляют всего 1% топ-менеджеров, около 4% в советах директоров и 10% политиков в нижней палате Японии.

Саяка Мурата отказалась строить свою жизнь в соответствии с требованиями общества. «Когда я училась в университете, люди говорили, что мне нужно искать богатого мужа и задуматься о детях. Если для этого нужен университет, тогда какой смысл в получении специальности?! Общество оказалось против нас» — сказала Мурата в том же интервью The Guardian. По ее словам, замужние подруги финансово зависят от своих мужей, потому что женщинам платят меньше, чем мужчинам на аналогичных должностях. Если брак разваливается, то женщина оказывается в ловушке. «В университете я думала, что к моим сорока годом мужчины и женщины будут равны, но это не так».

В романе «Земляноиды» отразились эти мировоззрения Саяки Мураты. Она достаточно ярко описывает сцены женоненавистничества и жестокого обращения с Нацуки. Но одновременно с этим снабжает повествование едким черным юмором, что несколько сглаживает сцены сексуального насилия, убийства и каннибализма (да, такое тоже есть в этом романе).

Японская писательница говорит, что когда начинает писать, то у нее есть только персонажи, и она не знает концовки своих романов, пока не напишет их. Возможно, именно поэтому «Земляноиды» из причудливой истории превращаются в конце в сюрреалистический ужас.

Мне не повезло познакомиться с автором именно через эту книгу. Благо, я дала Мурате шанс, пусть и пришлось ждать чуть ли ни полгода, прежде чем приступить к прочтению другой ее книги, более известной — я не хотела быть предвзятой. Веду я это к тому, что «Земляноидов» крайне трудно оценивать, не сравнивая с «Человеком-конбини». Думаю, те, кто читал обе книги, поймут меня. 

Эти книги были написаны с разницей в два года, «Земляноиды» вышли позже и по объему превышали первую книгу. Учитывая, что тема в обеих книгах, по сути, та же самая, логичным было бы ожидать, что в «Земляноидах» она либо раскроется под новым углом, либо станет насыщеннее. Однако… ни того, ни другого у нее нет. 

Эта книга была одной из первых для меня, написанная японским автором. И я перелестнула последнюю страницу, испытывая неимоверное раздражение. Сейчас же, после прочтения других книг и ознакомлением с японской культурой/литературой, я отношусь к «Земляноидам» более снисходительно, однако многие вещи продолжают меня разочаровывать. Итак, я выделю два пункта: 

1. Абсолютно однобокое раскрытие темы, в отличие от того же «Человека-конбини». Честно, я до сих пор не уверена, рассчитывала ли Мурата, что мы, читатели, станем копать глубже или примем все за чистую монету. «Человек-конбини» более прямолинейно показывает нам, что «ненормальные, плюющиеся на общество, не всегда правы». Что, навязывая людям «ненормальность», мы становимся ничем не лучше тех, кто предпочел жить по правилам и эти же правила диктовать другим. «Земляноиды» же с одной стороны ничего такого прямо не говорят, даже напротив — персонаж, который, казалось бы, должен был встать против ГГ и начать толкать иной мотив, сливается. С другой же стороны, я все еще задаюсь вопросом — возможно, весь этот кровавый абсурд в конце книги и служит криком «ОДУМАЙТЕСЬ, НЕ ВСЕ ТАК ОДНОЗНАЧНО»? Боюсь, придется прочитать десяток статей, прежде чем что-то утверждать. В общем, момент крайне неоднозначный для меня. 

Подводя итоги, это не лучшая книга для ознакомления с автором. Однако, несмотря на перечисленные моменты, не могу не заметить, что многие сцены написаны превосходно — как минимум парочка из них застряли в голове намертво. Если после прочтения других книг Мураты останется желание  продолжать знакомство с ее творчеством — то почему бы и нет? Лично я не жалею о потраченном на эту книгу времени.