С одной стороны, она научилась избавляться от страданий, тянувшихся из прошлого, научилась не надеяться на добро и не разочаровываться в безвыходных ситуациях, а с другой – ее тело и душу наполняла огромная пустота, которую подпитывала простая истина – эта тоска продлится до самой смерти, и ничто не усмирит ее. Оставалось лишь, гордо подняв голову, смотреть в будущее и, повинуясь внезапным дуновениям ветра судьбы, следовать зову сердца.

Она знала, что слезы ей не помогут. Слезы не вернут ей близких. Все смешалось в памяти – люди, места, дома – и растворялось во времени. Как говорил Бунин, ради свержения царя большевики разрушили и великий дом, и благословенные труды, и память о прошлом.

И правда, ни один язык не может всецело передать богатство другого. Особенно если речь идет о таком мастере, как Бунин. Невозможно, чтобы его утонченный, мудрый и полный чувства слог достаточно точно прозвучал в переводе.