Осень патриарха

ёсць загады, якія можна даваць, але нельга выконваць

ён жадаў гэтага так моцна, што ўрэшце ўпрасіў сваіх астраномаў, каб яны вынайшлі яму піратэхнічную камету, лятучую зорку, агністага дракона, нейкую зорную прыладу, якая была б дастаткова жахлівай, каб у адной прыгожай жанчыны закружылася галава ад адчування вечнасці

думаннем уголас ён адганяў страх ад выбухаў дынаміту

...а адным студзеньскім вечарам мы ўбачылі карову, якая сузірала сутонне з прэзідэнцкага балкона...

... невозможно было даже определить: ночь или день царят сейчас ...

Вот увидите, на дележку сбегутся попы, богачи, гринго и все растащат, а беднякам снова ничего не достанется, им станет еще хуже. Такое у них везение: если бы дерьмо хоть что-нибудь стоило, бедняки стали бы рождаться без задниц!

Когда он снова был найден мертвым в том же кабинете, в той же позе, в той же одежде, с лицом, исклеванным грифами, никто из нас не был стар настолько, чтобы помнить, как все это выглядело в первый раз, но мы знали: полной уверенности, что помер именно он, быть не может, несмотря на всю самоочевидность его кончины, ибо в прошлом не раз уже так бывало, что в том, что касалось его, самоочевидность оказывалась всего лишь видимостью, а утверждения очевидцев брехней;

утверждали, что в наказание за разврат все его тело покрылось рыбьей чешуей; что в непогоду кила так донимает его и так раздувается, что он вопит благим матом, а килу приходится пристраивать на специальную тележку, чтобы он мог както передвигаться, и, стало быть, смерть его близка; утверждали, наконец, будто кто-то собственными глазами видел, как из дворца черным ходом вынесли обитый пурпурным бархатом гроб с золотыми вензелями, а Летисия Насарено кровавыми слезами плакала в Саду Дождей.

...он давал им то, что мог, и покупал то, что ему предлагали, не потому, что был чересчур добрым и отзывчивым, а потому, что нужно было иметь железную печенку, чтобы не доставлять маленьких радостей тем, кто так беззаветно верил в него, кто так искренне восславлял его могущество и воспевал его истинные и мнимые добродетели.

Новые клеветы обманывали его не затем, чтобы ему угодить, и не затем, чтобы избавить его от лишнего беспокойства, а затем, чтобы окончательно превратить его в раба собственной власти...

Люди тем больше боятся, чем меньше понимают

Черт подери, почему я должен находить тебя, если я тебя никогда не терял?

... единственный достойный документ, могущий удостоверить личность свергнутого президента, - это свидетельство о его смерти;

в этой стране которую я не выбирал по своей воле а получил ее при рождении готовой такой какой вы ее видите какой она была испокон веку с этим присущим ей чувством отрешенности с этим запахом дерьма с этими людьми лишенными истории которые
не верят ни во что даже в то что живут в этой стране навязанной мне без моего согласия