Time and Time Again

Стэнтон думал, он уже достиг дна одиночества. Но снизу постучали.

Историю творят люди, а не балансовые отчеты! Гении и ничтожества. Злодеи и праведники.

Если держишься начальником – значит, ты начальник.

Сквозь арку величественных старинных ворот Стэнтон прошел в Большой двор. Здесь все осталось неизменным и «большим» по всяким меркам: справа часовня, слева фонтан. Те же гравийные дорожки, истоптанные поколениями студентов. Неиссякаемый поток ярких и оптимистичных юных душ, зародившийся пятьсот лет назад. Душ, для которых даже грусть и печаль были трепетной жизнью, предметом стихов и песен. Сжигающая страсть, неуемное честолюбие, неразделенная любовь. Позже придут совсем другие горести.

Он понял, что совершил ошибку. Иногда лучше все оставить как есть.
Время — не прялка.
Время — пряжа.

"Мёртвые вожди всегда любимее, и многие не могли сдержать чувств".

"Британский король, германский кайзер, русский царь. Все друг другу двоюродные братья. Вот уж верно: чудны дела твои, Господи".

– От таких подвигов девушки млеют, – сказала Берни.
– Да, это обычный эффект.
– А что, все шпионы так дьявольски красивы?
– Бог с тобой, в этом я недосягаем. Я бабий обморок.
– Как? Опять потрясающее выражение. Где ты их берешь?
– Это природный дар.

На свете гораздо больше симпатичных мужчин, чем интересных.

Распугивая пешеходов, машина вылетела на мост, водитель орал и дудел в клаксон, словно катил по собственной подъездной аллее. Стэнтон услышал английскую речь и хохот, пропитанный бездумным презрением. Видимо, персонал посольства или охрана муфтия – в городе полно британских военных, поучавших султана, как перетащить армию и флот в двадцатый век. Но паче всего мешавших Его Щедрости получить подобные советы от немцев.

Ангелы не попадают в ад.

Сторноуэй слыл самым строгим исправительным учреждением Британской области СССР.

Смерть- единственная жизненная перспектива, которая вызывала у него хоть какой-то интерес.

Сэр Исаак получил весьма необычный результат. Он рассчитал, что следующая замкнутая петля в пространственно-временном континууме будет длиной в сто одиннадцать лет, а точкой, в которой сойдутся ее начало и конец, станет полночь 31 мая 2025 года и четверть первого ночи 1 июня 1914 года. Конечно, вы все понимаете, почему существует этот пятнадцатиминутный интервал.

Если б Господь дал вам возможность изменить один факт в истории, вы бы согласились? Если - да, что бы вы изменили?

- Время не прямолинейно. Движение его не равномерно, ибо время подвержено воздействию гравитации.

Стэнтон посмотрел в сторону Лейпцигер-плац, где виднелся западный торец универмага «Вертхайм». Вот уж впрямь фантастическое здание. Прямоугольные формы, строгость и массивность, подчеркнутые серым гранитом. На центральном входе четыре огромные арки высотой до середины фасада, выше – каменные колонны, устремленные к карнизу сланцевой крыши, напоминавшей каску.
В Берлине даже универмаги смахивали на солдат.

Провести вечность порознь с утраченной семьей – кошмарная перспектива.

— Кстати, куда мы идем?
— В оперативный штаб.
— Куда?
— Вообще-то это просто аудитория на истфаке, но один наш препод, отставник спецслужб, который читает курс о разведках, пожелал назвать ее оперативным штабом, и кто мы такие, чтобы спорить?

И нынче Рождество. Повод тяпнуть шампанского.