Цитаты из книги 人間失格

— Ой, уморил! В том-то и обаяние твое, что ты шутишь с ужасно серьезной миной.
Но я не шучу! Я говорю серьезно!

Если и есть ничто подобное истине в мире «людей», то вот оно. Всё пройдёт.

Хочу умереть, поскорее хочу умереть, ведь ничего уже не исправить, и любые мои попытки будут тщетными, лишь прибавив мне позора.

Я вообще легко попадаюсь на крючок чужих предположений.

Несчастные люди отзывчивы к чужим бедам.

Мир из одних только несчастных и состоит.

Одни сомнения рождают другие, развеять их, спросив напрямую, мне не хватало духу.

Подумаем еще немного вместе. Вопрос-то интересный, да? По-моему, по одному ответу на какой-нибудь такой вопрос человеком все становится ясно.

Есть в тебе что-то от христианина. Привкус противный.

— Браво! Значит, и «жизнь» — точно траг? — А вот и нет. Тоже ком. — Ну нет, тогда что ни возьми — все ком.

От меча убийцы кончив путь на обагренном кровью поле битвы, о всякой справедливости забудь.

Несмотря на всю жажду безумной радости, какие бы безмерные горести за ней ни последовали, моим единственным удовольствием оставались бессмысленные споры с посетителями бара и выпивка за их счет.

Бесхребетных пугает даже счастье. Они способны поранится ватой.

— Я слышал, есть мужчины, которые нагревают себе воду для ванны, сжигая любовные письма от женщин. — Ужас какой! И вы тоже? — А я молоко на них грею и пью. — Как лестно. Ну и пейте.

Мне не остается ничего другого, кроме как целыми днями торчать дома.

Как правило, женщинам свойственно объедаться удовольствиями гораздо больше, чем мужчинам.

Я был убежден, что упрек есть в некотором роде непреложная «истина» для бесчисленных поколений, и если я не в силах ей соответствовать, значит, мне нет места среди других людей.

Оттого, что ты один не такой, как остальные, прямо-таки захлестывают беспокойство и страх.