Ваша оценка

4,1

(288)

Utopia for Realists. And How We Can Get There

The Sunday Times Bestseller From The Viral Sensation Taking On The Billionaires 'Listen out for Rutger Bregman. He has a big future shaping the future' Observer 'A more politically radical Malcolm Gladwell' New York Times 'The Dutch wunderkind of new ideas' Guardian In Utopia for Realists, Rutger Bregman shows that we can construct a society with visionary ideas that are, in fact, wholly implementable. Every milestone of civilisation - from the end of slavery to the beginning of democracy - was ...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,1

288 оценок

5
39%
4
42%
3
16%
2
1%
1
2%

Ваша оценка

Прочитали 338Хотят прочитать 958

Рецензии

ShiDa
17 сентября 2021
«О дивный будущий мир!»
«Давайте будем реалистами – и совершим невозможное!»
Эти слова, сказанные то ли Че Геварой, то ли кем-то из героев «французской мечты», могли бы стать эпиграфом к данной книге. «Утопия для реалистов» – нон-фикшн о политике и экономике, истории и психологии, о том, каковы они сейчас и какими должны стать лет этак через 25-30 (т.е. мы застанем... но не факт, что Россия окажется впереди планеты всей, у нас же не 1917 г. и не права женщин, ага).
По мнению нидерландского философа и историка Рутгера Брегмана мы живем хорошо, но недостаточно хорошо. Мы заслуживаем большего – любой из нас. Да, мы живем лучше, чем жили наши предки еще два столетия назад. Даже малоимущий в развитой стране обладает большими ресурсами, нежели крестьянин или рабочий 19-20 веков. Продуктов навалом, есть доступ к витаминам и лекарствам, есть центральное отопление; у большинства работа не связана с интенсивными физическими нагрузками, которые укорачивают жизнь. У миллиардов людей есть интернет, т.е. доступ к культурным богатствам и, соответственно, самообразованию. Живя в сотни километров от крупного города, ты можешь учить язык, читать новые книги и смотреть записи спектаклей – достаточно взять в руки смартфон.

В то же время никогда человечество не было так невротизированно. По оценкам врачей к 2030-гг. главной болезнью в мире будет депрессия. Люди перерабатывают, при этом многие занимаются бессмысленной деятельностью (грубо говоря, просиживают штаны), не видят результатов своей работы, поскольку ничего не создают, а лишь переливают уже созданное из одного котла в другой. Мир кажется нам небезопасным, мы постоянно находимся в напряжении и даже в выходные дни не в состоянии расслабиться. Технический прогресс ошеломляет, прогнозы неутешительные – как бы хорошо мы ни работали, нас заменит ИИ уже к 2040-гг. Практически любую работу ИИ может выполнять лучше человека, а еще он не болеет, у него нет детей, из-за которых отпрашиваются с работы, он не просит прибавки к зарплате и без споров проголосует за кого надо. Люди неизбежно столкнутся с проблемами очередной технической революции, и автор книги об утопии разбирает, как нам выйти из наметившегося кризиса с наименьшими потерями.
По средневековым меркам мы уже живем в утопии. Но нам наша жизнь утопией не кажется. Автор же уверен, что образ утопии (замечательного будущего) очень важен: он недостижим, мы всегда будем недовольны получившимся, но образ нужен, как нужна мечта – чтобы двигаться к ней. Мы боимся, что шаг в неизвестность разрушит стабильность, мы боимся «раскачать лодку», пусть лучше останется все на своих местах, ведь лучше плохонькая стабильность («застой»), чем перемены с неизвестными последствиями. Но автор напоминает: именно страх перемен (все разрушится, скрепы, как мы без них?!) мешал дать равные права женщинам, афроамериканцам и гомосексуалам. Разве теперь кто-то сомневается в способности женщин водить машину, строить самолеты, писать книги?..
Итак, по мнению автора нас должны спасти:
1. Общий базовый доход. Давайте просто раздавать людям деньги и не контролировать, на что они идут. На основе множества примеров автор доказывает, что, имея на руках достаточно средств и зная, что в следующем месяце деньги дадут снова, люди не спускают их на алкоголь, наркотики и т.п. – нет, они осуществляют свои мечты: идут учиться, меньше работают и больше времени уделяют самообразованию или воспитанию детей, волонтерству, творчеству. Чувствуя себя в безопасности (в т.ч. финансовой), люди в массе своей стремятся к положительным впечатлениям, а не к угнетающим (в то время как зависимости есть результат заброшенности, стресса и бесперспективности).
2. 15-часовая рабочая неделя. Помним, что скоро ИИ начнет давить нас. Автор предлагает компромисс: у людей останется возможность сделать карьеру и профессионально развиваться, просто тратить времени они на это будут меньше, передав часть обязанностей умным технологиям.
3. Налог на богатство. Неизбежно, потому что проблема неравенства растет угрожающими темпами. Если мы не хотим иметь страшные революции с убийствами и казнями, то лучше постепенно сбавлять напряжение между классами (как примерно поступают в скандинавских странах).
4. Полностью открытые границы. Честно говоря, несколько сомнительно для 2021 г. Но, с повышением уровня образования и появлением отличных адаптивных курсов, – отчего бы и нет? Думаю, нет ничего плохого в том, чтобы летом жить в России, осенью – в Австралии, зимой – в ЮАР, а весной – на Аляске. Но это требует от населения осознанности и невероятной толерантности.

По мнению человеколюбивого автора, мы можем построить умное и ответственное общество (и немножко анархистское, как я понимаю). Он критикует большие корпорации, тонну рекламы, навязывание одной точки зрения, устарелый способ вычисления ВВП, устаревшие же методы поддержки бедного населения. Он не строит какую-то невозможную модель, в которой все счастливы и довольны, где вообще нет боли и «не надо будет помирать». Он оценивает опыт развитых стран, опирается на научные исследования, на работы современных экономистов и социологов. Поэтому его идеи не кажутся миражом. Главная проблема – поверить в них, признать их осуществимость. Но, говорит автор, ведь поверили же люди, что рабство – это плохо, что сжигать людей на кострах нерационально, что Земля круглая и что можно построить самолет. Человек начала 20 века испугался бы интернета, а мы чувствуем себя в нем естественно. Многие идеи и изобретения поначалу кажутся безумными и невозможными, но потом они имеют наглость обернуться реальностью. Так что не нужно бояться ;)
Читать далее
128 понравилось
4
2,9K
NotSalt_13
22 июля 2023
"Для любителей невозможных фантазий..." (с)
Раньше я безумно любил мечтать и представлять свою жизнь в различных тонах и при создании иных вводных условий. Всё могло бы пойти иначе, если бы у меня нашлось несколько капель нужной мне смелости и я бы решился узнать её имя. Подойти и сказать несколько слов. Выдать пару фраз, чтобы услышать возможности её звонкого смеха. Предложить провести её хрупкое тело до дверей скрипучих дверей изрядно прокуренного подъезда. Мы бы безмерно стеснялись, а я бы без умолку болтал, чтобы скрыть свою природную скромность и неловкость былого момента. Робкий поцелуй и трепетное прощание, после которого я брёл бы по пустым улицам промозглого города с идиотской улыбкой... Я мог бы потом предложить ещё одну встречу, обзавестись интересом и через несколько лет совместной парой кричащих детей, в которых начал бы видеть своё продолжение, и ещё одну причину поводов не сдаваться в праве на жизнь. Может быть я бы однажды жалел о том, что решился на этот поступок и всё так сложилось. Собирал бы вещи в сопровождении её осуждающего взгляда и проклинал бы тот вечер в сопровождении истерических вздохов. Но я так и не нашёл причину пересилить свой страх, и просто заговорить... В конечном итоге моя жизнь могла бы сложиться совершенно иначе...
Или например, если бы на одном из трёх десятков собеседований я произвёл бы нужное впечатление на будущего работодателя, и наконец, получил место, которое мне приносит деньги и немного удовольствия от собственной нужности. Жаль, что не вышло... А может и не стоит жалеть, ведь без этой мысли я бы не разродился той, что во мне существует? Может быть моя жизнь сложилась бы совершенно иначе и меня сбил увесистый грузовик на пути к привычному рабочему месту?
Давайте размышлять ещё глубже в пространстве моих нелепых фантазий. Вообще я бы мог родиться на несколько сотен километров левее, привычного места и быть приверженцем иной культуры и исповедуемой религии, не простаивая в церкви несколько часов, цепляясь в руку пожилой женщины, полюбившей меня, как единственного сына, её собственного любимого чада. Я бы иначе крестился в месте, где нет спертого запаха душистого ладана. Стоял бы под другими иконами и ждал, когда закончится служба. Но в моём собственном детстве всё было иначе...
Наверняка я бы говорил на совершенно другом языке, перечитывал бы другие книги и восторгался иными поэтами. Но я тот, кто я есть... Впрочем, как и мир в котором мы живём до тех пор, пока взгляд читателя скользит по строчкам рецензий.
Мы можем вечно фантазировать на тему победы мирового социализма и угнетённости классов, под гнётом капитала состоящего из бумажек зелёного цвета. Можем расплачиваться в магазине камнями или ненавидеть целые нации и считать их недостойными существования на этой планете. Вполне себе вариант из всех возможных событий. Мы можем раздать деньги всем бедным, наплевать на инфляцию и верить, что они не растратят их на ненужные вещи и смогут заставить работать. Но почему этого не сделали до сих пор?
Только лишь на страницах утопий и в хвалёном Блэк-Роке, который способен существовать только неделю. Где практически нет денег и люди способны помогать другим, взамен на ответную помощь. В жизни все досканально иначе.
В основе базовых пониманий человечества мы ставим превосходящего нас индивидуума или группу людей, способных принимать решения и распоряжаться нашей будущей жизнью. Мы не хотим ничего решать и привыкли жить по понятным формулировкам и приятным шаблонам. Нам дают законы, которые мы пытаемся обойти или уважать. Не гулять без шапки или переходить дорогу на нужный цвет сигнала старого светофора. Меньше курить глядя в окно, ограничивать количество кофе и не ходить на митинги против существующей власти.
Автор в своих размышлениях пытается уйти от существующей нормы. Взывать к совести и справедливости. Указать на неидеальные механизмы модели капитализма и на несправедливость рынка труда. Способы ухода раскрыты в содержании книги, которую я рекомендую прочитать для понимания вариантов в области фантазии или фантастики и именно поэтому я столь витиевато начал строки рецензии, чтобы грамотно подвести к аналогии о том, что можно бесконечно мечтать и представлять... Только вот в реальности ничего не случится...
Мир экономики и капитал скоплен в нужных руках, а накопление богатств и скупые траты вложения того самого капитала обычно не выходят за рамки необходимых избалованных нужд. Богатые привыкли считать свои деньги и пытаются их приумножить не теми способами о которых кричат многие капиталисты и неокапиталисты.
Будущее за индивидуумами. Именно они двигают нашу жизнь внедряя новое и разрушая привычные рамки. Только сейчас оно состоит в количестве рекламы и создания новых приложений для телефона. Мы не пытаемся освоить космос, мы переписываем историю, убиваем и ненавидим неугодных, вместо борьбы с бедностью и достойной оплатой труда.
Никто ведь не просит месячного доходя в несколько сотен тысяч за вакансию просиживания жизни в диване, но вряд ли кто-то скажет, что труд учителей или медицинских работников оплачивается по заслуге. Миллионы безработных в других странах наслаждаются пособием, потому что это проще, чем гнуть спину на ненужной работе. Они требуют прав, уважения и хотят быть уверенны в завтрашнем дне.
Стоит ли смириться с не идеальностью мира? Пожалуй стоит... Одно из основных качеств любого из нас - умение приспособиться под обстоятельства. Пускай мы страдаем от нехватки достойной работы, престижных компаний и достойной оплаты труда... Мы как-то живём. Выживаем. Находим смысл жизни в детях и добрых поступках. Вытаптываем остаток размышлений в количестве алкоголя или проваливаемся в пространство прочитанных книг. Ждём идеальный момент для того, чтобы всё поменять...
Только скорее всего, в жизни каждого из нас эта книга ничего не изменит. Как и много других рассуждений на подобные темы. Она выдаст несколько чужеродных мыслей, которые можно выдавать за свои, трепет приятной улыбки или несколько поводов разочароваться в не идеальности мира или творчества автора.
"Каким бы он мог быть и что можно было бы изменить из того, что никогда не изменится?" Ответы скрыты под твёрдой обложкой. Для меня они не оставили самых приятных впечатлений, но и не являлись предельным раздражителем разума, оставив несколько правильных мыслей. Как всегда...
"Читайте хорошие книги!" (с)
Читать далее
104 понравилось
6
8,1K
Tin-tinka
8 апреля 2025
Мечтать не вредно
Если мы хотим сохранить преимущества, которые дают технологии, у нас остается только один вариант: перераспределение. Массовое перераспределение.
Перераспределение денег (базовый доход), времени (укороченная рабочая неделя), налогообложения (брать налоги с капитала, а не с труда) и, конечно, роботов.
Книга, привлекающая своим названием любителей утопий, произвела на меня весьма неважное впечатление. Во-первых, тут слишком много воды, текст можно было бы сократить раза в 3 без ущерба для общего смысла. Во-вторых, автор мало нового поведал своим читателям, лично я уже читала про всеобщий базовый доход и сокращение рабочего дня, а вопрос неравномерного распределения богатства тем более не нов. Да, писатель приводит здесь различные аргументы, почему стоит стремиться к такой "утопии": цифры статистики, результаты опытов в разных странах, но кажется, что большую часть времени он скорее оправдывается и убеждает читателей, что мечтать о таком будущем - нормально. А еще всячески открещивается от советского "эксперимента", приравнивая коммунизм к фашизму.

Действительно, история полна ужасающих форм утопизма, таких как фашизм, коммунизм, нацизм.
Хороший пример — «Город солнца» (1602) итальянского поэта Томмазо Кампанеллы. В стране, описанной в этой утопии или, скорее, антиутопии, личная собственность строго запрещена, каждый обязан любить каждого, а драки караются смертью. Частная жизнь, включая произведение потомства, контролируется государством. Например, умным людям можно спать только с глупыми, а толстым — с худыми. Все силы направлены на выковку золотой середины. Более того, за каждым человеком следит обширная сеть осведомителей. Нарушителей побивают камнями, но прежде их убеждают признать свою порочность и согласиться на собственную казнь.
Оглядываясь назад, всякий читатель книги Кампанеллы увидит в ней холодящие кровь намеки на фашизм, сталинизм и геноцид.
В коммунистической Восточной Германии был «валовый социальный продукт», уверенно росший год за годом, невзирая на масштабное негативное воздействие режима на общество, экологию и экономику.
Цели нашего общества, ставящего во главу угла производительность, так же абсурдны, как и пятилетние планы бывшего СССР. Основывать политическую систему на показателях производительности — значит превратить хорошую жизнь в электронную таблицу.
Если и есть что-то общее у нас, капиталистов, с коммунистами прежних времен, так это патологически навязчивая идея об оплачиваемой работе. Так же как в советскую эру магазины нанимали «трех продавцов, чтобы продать кусок мяса», мы заставляем просителей помощи выполнять бессмысленные задания, даже если это делает нас банкротами.
Будь то капитализм или коммунизм — все сводится к бессмысленному разделению бедных на два типа и неверному представлению, от которого мы едва не освободились около 40 лет назад, — заблуждению, будто жизнь без бедности — это привилегия, которую нужно заработать, а не право, которого мы все заслуживаем.
Но книга прочитана и, чтобы не забыть идеи автора, оставлю тут цитаты на память. Надеюсь, они пригодятся и другим читателям, помогут сделать свой выбор - читать иль не читать.

И движущая сила всего этого — так называемый либерализм, совершенно выхолощенная идеология. Теперь важно «просто быть собой» и «действовать согласно своим интересам». Может, свобода и высший идеал, но наша свобода стала пустой. Наш страх перед морализаторством сделал мораль темой, запретной в общественном обсуждении.
Что бы мы ни говорили себе о свободе слова, наши идеалы подозрительно близки к ценностям, продвигаемым именно теми компаниями, которые могут оплатить рекламу в прайм-тайм. Обладай какая-либо политическая партия или религиозная секта хотя бы малой долей влияния, оказываемого на нас и наших детей рекламной индустрией, мы бы уже давно схватились за оружие. Но это рынок, и поэтому мы остаемся «нейтральными»
Тем временем рынок и коммерсанты наслаждаются полной вседозволенностью. Пищевая промышленность пичкает нас дешевой дрянью с избытком соли, сахара и жира, живо отправляя нас к врачам и диетологам. Технологические прорывы уничтожают все больше рабочих мест, отправляя нас на поиски работы. Индустрия рекламы призывает нас тратить деньги, которых у нас нет, на ненужный нам хлам, для того, чтобы впечатлить людей, которых мы терпеть не можем. Поплакать по поводу всех этих неприятностей можно на плече у психотерапевта.
В такой антиутопии мы сегодня и живем.
В 1950-х гг. лишь 12 % молодых взрослых соглашались с утверждением: «Я — очень особенная личность». Сегодня с этим согласны 80 %, тогда как на самом деле мы становимся все более одинаковыми. Все мы читаем одни и те же бестселлеры, смотрим одни и те же блокбастеры, носим одни и те же кроссовки.
Исследования во множестве стран убедительно доказывают, что бесплатные деньги работают.
Ученые уже связывают безусловные наличные выплаты со снижением уровней преступности, детской смертности и недоедания, с частотой подростковой беременности и прогулов, а также с ростом школьной успеваемости, экономики и равноправия полов. «Важная причина бедности — недостаток у людей денег, — отмечает экономист Чарльз Кенни, — и нас не должно удивлять то, что дать им денег — отличный способ решения этой проблемы».
К тому же бесплатные деньги смазывают колеса экономики в целом: люди больше покупают, что стимулирует занятость и доходы.
И все же аргумент о лености бедняков приводят снова и снова. Сама устойчивость этого представления подтолкнула ученых проверить его истинность. Всего несколько лет назад престижный медицинский журнал Lancet подытожил свои наблюдения: бедные, получая деньги без каких бы то ни было условий, обычно склонны больше трудиться
Всеобщий базовый доход.
И не просто на несколько лет, или только в развивающихся странах, или только для бедных, а именно так, как написано на упаковке: бесплатные деньги всем. Не по привилегии, а по праву. Это можно назвать «капиталистической дорогой к коммунизму». Ежемесячное пособие, достаточное, чтобы на него прожить, — и даже пальцем не нужно шевелить. Единственное условие — ваше сердце должно биться. Никаких инспекторов, заглядывающих через ваше плечо, чтобы узнать, мудро ли вы потратили полученные средства; и никто не задается вопросом о том, заслуживаете ли вы этих денег. Никаких больше программ помощи и особых льгот, разве что дополнительное пособие пожилым, незанятым и неспособным работать.
И их призыв был услышан. В следующем августе президент Никсон представил законопроект, предусматривавший скромный базовый доход, назвав его «самым значимым актом в общественном законодательстве за историю нашей нации». Согласно Никсону, поколение беби-бума сделает две вещи, которые прошлые поколения считали невозможными. Вдобавок к отправке человека на Луну (произошедшей месяцем ранее) это поколение наконец — то искоренит бедность.
Джейн Костелло, профессор Университета Дюка, исследовала психическое здоровье молодежи к югу от Грейт-Смоки-Маунтинс начиная с 1993-го. Каждый год 1420 детей, участвовавших в ее исследовании, проходили психиатрическое обследование. Его результаты уже показали, что те, кто растет в бедности, куда более часто, чем другие дети, имеют проблемы в поведении. Однако это уже не было новостью. Корреляцию бедности с психическим нездоровьем ранее выявил другой ученый, Эдвард Джарвис, в знаменитой работе «Отчет о безумии», опубликованной в 1855 г.
В чем же тогда причина проблем с психическим здоровьем в среде бедных? Природа или культура? Костелло заключает, что и то и другое, так как стресс, сопряженный с бедностью, повышает риск развития болезней и расстройств у тех, кто к ним генетически предрасположен.
Дефицит вынуждает концентрировать внимание на том, с чем связана нехватка: на встрече, начинающейся через пять минут, или счетах, которые следует оплатить завтра. Долгосрочным стратегиям просто не остается места. «Дефицит поглощает вас, — объясняет Шафир, — вы больше не можете сосредоточиться на других вещах, которые для вас тоже важны».
Шафир и Муллайнатан называют его ментальной пропускной способностью. «Если вы хотите понять бедных, вообразите себе, что ваш разум находится совсем в другом месте, — пишут они. — Самоконтроль представляется чрезвычайно сложной задачей. Вы легко отвлекаетесь и выходите из себя. И это происходит каждый день». Так дефицит (времени или денег) ведет к немудрым решениям.
Существует ключевое отличие людей занятых от людей бедных: от бедности не удается отдохнуть.
Возьмем жестокое обращение. Оно более распространено в странах с высоким уровнем материального неравенства, поскольку статусные различия там более существенны. Или, говоря по Уилкинсону, «психосоциальные последствия» таковы, что люди, живущие в характеризующихся неравенством обществах, больше времени проводят в волнениях о том, какими их видят другие. Это снижает качество отношений (что проявляется, например, в недоверии к незнакомцам и тревогах по поводу своего статуса). Возникающий как следствие стресс, в свою очередь, является главной причиной заболеваний, в том числе хронических.
Выходило так, что раздача бесплатного жилья станет огромным облегчением для бюджета штата. Экономисты штата подсчитали, что один бродяга, живущий на улице, обходится правительству в $16 670 в год (на социальные услуги, полицию, суды и т. д.). Квартира вместе с консультациями по вопросам приобретения профессии стоили скромные $11 000
Психические заболевания, ожирение, загрязнение, преступность — для ВВП чем их больше, тем лучше. Поэтому-то страна с самым высоким ВВП на душу населения, Соединенные Штаты, также имеет самые большие проблемы социального характера. «С точки зрения ВВП, — говорит писатель Джонатан Роу, — худшими семьями в Америке являются те, что и в самом деле ведут себя как семьи — сами себе готовят еду, прогуливаются после обеда и разговаривают друг с другом, а не просто отдают своих чад на откуп коммерческой культуре»
Так какие у нас есть альтернативы? Два претендента — индикатор подлинного прогресса (ИПП) и индекс устойчивого экономического благосостояния (ИУЭБ), учитывающие загрязнение, преступность, неравенство и добровольную работу. В Западной Европе ИПП рос куда медленнее ВВП, а в США даже снижается с 1970-х. А как насчет Международного индекса счастья — рейтинга, который отражает состояние окружающей среды и в котором наиболее развитые страны фигурируют в середине, а США болтается в самом низу?
Не случайно государственный сектор наиболее благополучных стран вроде Дании, Швеции и Финляндии так обширен. Их правительства субсидируют области, производительность в которых нельзя повысить. В отличие от производства холодильника или автомобиля уроки истории и посещения врача попросту нельзя сделать «более эффективными»
В Австралии, Австрии, Англии, Испании и Норвегии рабочая неделя вообще перестала укорачиваться. В США она даже выросла. Через 70 лет после принятия в Америке закона о 40-часовой рабочей неделе три четверти работников трудилось здесь более 40 часов в неделю
Даже граждане Нидерландов — страны с самой короткой рабочей неделей в мире — чувствуют возрастающий с 1980-х гг. груз работы, переработки, работы по дому и получения образования. В 1985-м эта деятельность отнимала 43,6 часа в неделю; в 2005-м — 48,6 часа. Три четверти работников Нидерландов страдают от нехватки времени, четверть обычно работает сверхурочно, а у каждого восьмого проявляются симптомы выгорания
Время — деньги. Экономический рост позволяет либо больше отдыхать, либо больше потреблять. С 1850 по 1980 г. нам удавалось получить и то и другое, но после 1980-го росло по большей части только потребление. Даже там, где реальные доходы перестали увеличиваться и усилилось неравенство, безудержное потребление продолжилось, уже в кредит.
И именно это и было главным доводом против сокращения рабочей недели: «Мы не можем себе такого позволить». Больше досуга — чудесный идеал, но он попросту слишком дорог. Если мы все станем работать меньше, наш уровень жизни обрушится.
Гарвардское исследование показало, что снижение налогов во времена Рейгана подтолкнуло большинство лучших умов страны к изменению профессии: учителя и инженеры переквалифицировались в банкиров и бухгалтеров. Если в 1970 г. мужчин, окончивших Гарвард и занимающихся исследованиями, было вдвое больше, чем тех, кто выбирал банковское дело, то 20 лет спустя соотношение изменилось: в финансовой сфере трудилось уже в полтора раза больше выпускников этого учебного заведения.
В результате все мы стали беднее. На каждый заработанный банком доллар приходится примерно 60 центов, уничтоженных в другой части экономической цепочки. И напротив, на каждый доллар, заработанный исследователем, как минимум пять долларов — а зачастую гораздо больше — вбрасываются обратно в экономику. Высокие налоги на самые высокие доходы послужат, как сказали бы в Гарварде, «переходу талантливых индивидов из профессий с отрицательным внешним эффектом, в профессии, оказывающие положительное внешнее влияние».
Теперь переведем на нормальный язык: высокие налоги заставят больше людей делать работу, которая полезна.
В конце концов, именно общество — а не рынок и не технологии — решает, что действительно ценно. Если мы хотим, чтобы в этом веке все мы стали богаче, нам необходимо освободиться от догмы, будто любая работа имеет смысл. И раз уж мы об этом заговорили, давайте избавимся и от того заблуждения, что высокий заработок автоматически отражает нашу ценность для общества.
Тогда мы, возможно, осознаем, что с точки зрения создания ценностей банкиром быть не стоит.
Сегодня почти во всех развитых странах неравенство стремительно растет. В США разрыв между богатыми и бедными уже больше, чем был в Древнем Риме, экономика которого основывалась на рабском труде. В Европе разрыв между имущими и неимущими также увеличивается. Даже Международный экономический форум, эта клика предпринимателей, политиканов и поп-звезд, назвал растущее неравенство крупнейшей угрозой глобальной экономике.
Вот они мы, в Стране изобилия, философствуем о декадентских утопиях с дармовыми деньгами и 15-часовой рабочей неделей, в то время как миллионам людей по — прежнему приходится выживать на один доллар в день. Не следует ли нам вместо этого попытаться ответить на самый главный вызов наших дней — дать всем людям на земле блага Страны изобилия?
Запад тратит $134,8 млрд в год, $11,2 млрд в месяц, $4274 в секунду на помощь развивающимся странам За последние 50 лет эта помощь составила почти $5 трлн. Вроде бы много, да? Но вообще-то войны в Ираке и Афганистане стоили примерно столько же. И не забудем, что развитые страны ежегодно тратят вдвое больше на субсидии собственному сельскому хозяйству, чем на иностранную помощь.
Четыре разных исследования показали, что в зависимости от уровня мобильности на глобальном рынке труда рост «валового всемирного продукта» может составить от 67 до 147 %. То есть открытие границ сделает мир вдвое богаче.
Границы — самая большая причина дискриминации за всю историю человечества. Масштабы неравенства людей, живущих в одной и той же стране, ничто по сравнению с неравенством людей, имеющих разное гражданство. Сегодня богатейшие 8 % получают половину мировой прибыли, а богатейший 1 % располагает более чем половиной всего мирового богатства. Беднейший миллиард потребляет 1 % от общего потребления; богатейший — 72%
Хуже того, многие мыслители и политики левого толка пытаются подавлять проявления радикализма в своих рядах, боясь потерять голоса. Последние годы я склонен думать о подобном настрое как о «пораженческом социализме».
Пораженческий социализм — интернациональное явление, которое можно наблюдать по всему миру в среде левых мыслителей и движений, от профсоюзов до политических партий, от журналистов до профессоров колледжей. Его адепты считают, что неолибералы освоили игру в размышления, рассуждения и статистику, оставив левым только эмоции. Он добросердечен. У социалистов-пораженцев избыток сочувствия, и они находят доминирующую политику глубоко несправедливой. Видя, как государство всеобщего благоденствия рассыпается в пыль, они спешат спасти все, что еще можно спасти. Но в критический момент социалист-пораженец спорит с оппонентами, всегда приняв утверждение, с которого началась полемика.
Но самая большая проблема социалистов-пораженцев не в том, что они неправы, а в том, что они скучны. Скучны беспросветно. У них нет истории, которую они могли бы рассказать, и даже нет языка для ее выражения.
Читать далее
68 понравилось
5
385

Все рецензии

Цитаты

Все цитаты

Подборки с этой книгой

Все подборки

Другие издания

Ваша оценка

4,1

(288)

Utopia for Realists. And How We Can Get There

Рутгер Брегман

Читать фрагмент

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,1

288 оценок

5
39%
4
42%
3
16%
2
1%
1
2%

Ваша оценка

Прочитали 338Хотят прочитать 958

Рецензии

ShiDa
17 сентября 2021
«О дивный будущий мир!»
«Давайте будем реалистами – и совершим невозможное!»
Эти слова, сказанные то ли Че Геварой, то ли кем-то из героев «французской мечты», могли бы стать эпиграфом к данной книге. «Утопия для реалистов» – нон-фикшн о политике и экономике, истории и психологии, о том, каковы они сейчас и какими должны стать лет этак через 25-30 (т.е. мы застанем... но не факт, что Россия окажется впереди планеты всей, у нас же не 1917 г. и не права женщин, ага).
По мнению нидерландского философа и историка Рутгера Брегмана мы живем хорошо, но недостаточно хорошо. Мы заслуживаем большего – любой из нас. Да, мы живем лучше, чем жили наши предки еще два столетия назад. Даже малоимущий в развитой стране обладает большими ресурсами, нежели крестьянин или рабочий 19-20 веков. Продуктов навалом, есть доступ к витаминам и лекарствам, есть центральное отопление; у большинства работа не связана с интенсивными физическими нагрузками, которые укорачивают жизнь. У миллиардов людей есть интернет, т.е. доступ к культурным богатствам и, соответственно, самообразованию. Живя в сотни километров от крупного города, ты можешь учить язык, читать новые книги и смотреть записи спектаклей – достаточно взять в руки смартфон.

В то же время никогда человечество не было так невротизированно. По оценкам врачей к 2030-гг. главной болезнью в мире будет депрессия. Люди перерабатывают, при этом многие занимаются бессмысленной деятельностью (грубо говоря, просиживают штаны), не видят результатов своей работы, поскольку ничего не создают, а лишь переливают уже созданное из одного котла в другой. Мир кажется нам небезопасным, мы постоянно находимся в напряжении и даже в выходные дни не в состоянии расслабиться. Технический прогресс ошеломляет, прогнозы неутешительные – как бы хорошо мы ни работали, нас заменит ИИ уже к 2040-гг. Практически любую работу ИИ может выполнять лучше человека, а еще он не болеет, у него нет детей, из-за которых отпрашиваются с работы, он не просит прибавки к зарплате и без споров проголосует за кого надо. Люди неизбежно столкнутся с проблемами очередной технической революции, и автор книги об утопии разбирает, как нам выйти из наметившегося кризиса с наименьшими потерями.
По средневековым меркам мы уже живем в утопии. Но нам наша жизнь утопией не кажется. Автор же уверен, что образ утопии (замечательного будущего) очень важен: он недостижим, мы всегда будем недовольны получившимся, но образ нужен, как нужна мечта – чтобы двигаться к ней. Мы боимся, что шаг в неизвестность разрушит стабильность, мы боимся «раскачать лодку», пусть лучше останется все на своих местах, ведь лучше плохонькая стабильность («застой»), чем перемены с неизвестными последствиями. Но автор напоминает: именно страх перемен (все разрушится, скрепы, как мы без них?!) мешал дать равные права женщинам, афроамериканцам и гомосексуалам. Разве теперь кто-то сомневается в способности женщин водить машину, строить самолеты, писать книги?..
Итак, по мнению автора нас должны спасти:
1. Общий базовый доход. Давайте просто раздавать людям деньги и не контролировать, на что они идут. На основе множества примеров автор доказывает, что, имея на руках достаточно средств и зная, что в следующем месяце деньги дадут снова, люди не спускают их на алкоголь, наркотики и т.п. – нет, они осуществляют свои мечты: идут учиться, меньше работают и больше времени уделяют самообразованию или воспитанию детей, волонтерству, творчеству. Чувствуя себя в безопасности (в т.ч. финансовой), люди в массе своей стремятся к положительным впечатлениям, а не к угнетающим (в то время как зависимости есть результат заброшенности, стресса и бесперспективности).
2. 15-часовая рабочая неделя. Помним, что скоро ИИ начнет давить нас. Автор предлагает компромисс: у людей останется возможность сделать карьеру и профессионально развиваться, просто тратить времени они на это будут меньше, передав часть обязанностей умным технологиям.
3. Налог на богатство. Неизбежно, потому что проблема неравенства растет угрожающими темпами. Если мы не хотим иметь страшные революции с убийствами и казнями, то лучше постепенно сбавлять напряжение между классами (как примерно поступают в скандинавских странах).
4. Полностью открытые границы. Честно говоря, несколько сомнительно для 2021 г. Но, с повышением уровня образования и появлением отличных адаптивных курсов, – отчего бы и нет? Думаю, нет ничего плохого в том, чтобы летом жить в России, осенью – в Австралии, зимой – в ЮАР, а весной – на Аляске. Но это требует от населения осознанности и невероятной толерантности.

По мнению человеколюбивого автора, мы можем построить умное и ответственное общество (и немножко анархистское, как я понимаю). Он критикует большие корпорации, тонну рекламы, навязывание одной точки зрения, устарелый способ вычисления ВВП, устаревшие же методы поддержки бедного населения. Он не строит какую-то невозможную модель, в которой все счастливы и довольны, где вообще нет боли и «не надо будет помирать». Он оценивает опыт развитых стран, опирается на научные исследования, на работы современных экономистов и социологов. Поэтому его идеи не кажутся миражом. Главная проблема – поверить в них, признать их осуществимость. Но, говорит автор, ведь поверили же люди, что рабство – это плохо, что сжигать людей на кострах нерационально, что Земля круглая и что можно построить самолет. Человек начала 20 века испугался бы интернета, а мы чувствуем себя в нем естественно. Многие идеи и изобретения поначалу кажутся безумными и невозможными, но потом они имеют наглость обернуться реальностью. Так что не нужно бояться ;)
Читать далее
128 понравилось
4
2,9K
NotSalt_13
22 июля 2023
"Для любителей невозможных фантазий..." (с)
Раньше я безумно любил мечтать и представлять свою жизнь в различных тонах и при создании иных вводных условий. Всё могло бы пойти иначе, если бы у меня нашлось несколько капель нужной мне смелости и я бы решился узнать её имя. Подойти и сказать несколько слов. Выдать пару фраз, чтобы услышать возможности её звонкого смеха. Предложить провести её хрупкое тело до дверей скрипучих дверей изрядно прокуренного подъезда. Мы бы безмерно стеснялись, а я бы без умолку болтал, чтобы скрыть свою природную скромность и неловкость былого момента. Робкий поцелуй и трепетное прощание, после которого я брёл бы по пустым улицам промозглого города с идиотской улыбкой... Я мог бы потом предложить ещё одну встречу, обзавестись интересом и через несколько лет совместной парой кричащих детей, в которых начал бы видеть своё продолжение, и ещё одну причину поводов не сдаваться в праве на жизнь. Может быть я бы однажды жалел о том, что решился на этот поступок и всё так сложилось. Собирал бы вещи в сопровождении её осуждающего взгляда и проклинал бы тот вечер в сопровождении истерических вздохов. Но я так и не нашёл причину пересилить свой страх, и просто заговорить... В конечном итоге моя жизнь могла бы сложиться совершенно иначе...
Или например, если бы на одном из трёх десятков собеседований я произвёл бы нужное впечатление на будущего работодателя, и наконец, получил место, которое мне приносит деньги и немного удовольствия от собственной нужности. Жаль, что не вышло... А может и не стоит жалеть, ведь без этой мысли я бы не разродился той, что во мне существует? Может быть моя жизнь сложилась бы совершенно иначе и меня сбил увесистый грузовик на пути к привычному рабочему месту?
Давайте размышлять ещё глубже в пространстве моих нелепых фантазий. Вообще я бы мог родиться на несколько сотен километров левее, привычного места и быть приверженцем иной культуры и исповедуемой религии, не простаивая в церкви несколько часов, цепляясь в руку пожилой женщины, полюбившей меня, как единственного сына, её собственного любимого чада. Я бы иначе крестился в месте, где нет спертого запаха душистого ладана. Стоял бы под другими иконами и ждал, когда закончится служба. Но в моём собственном детстве всё было иначе...
Наверняка я бы говорил на совершенно другом языке, перечитывал бы другие книги и восторгался иными поэтами. Но я тот, кто я есть... Впрочем, как и мир в котором мы живём до тех пор, пока взгляд читателя скользит по строчкам рецензий.
Мы можем вечно фантазировать на тему победы мирового социализма и угнетённости классов, под гнётом капитала состоящего из бумажек зелёного цвета. Можем расплачиваться в магазине камнями или ненавидеть целые нации и считать их недостойными существования на этой планете. Вполне себе вариант из всех возможных событий. Мы можем раздать деньги всем бедным, наплевать на инфляцию и верить, что они не растратят их на ненужные вещи и смогут заставить работать. Но почему этого не сделали до сих пор?
Только лишь на страницах утопий и в хвалёном Блэк-Роке, который способен существовать только неделю. Где практически нет денег и люди способны помогать другим, взамен на ответную помощь. В жизни все досканально иначе.
В основе базовых пониманий человечества мы ставим превосходящего нас индивидуума или группу людей, способных принимать решения и распоряжаться нашей будущей жизнью. Мы не хотим ничего решать и привыкли жить по понятным формулировкам и приятным шаблонам. Нам дают законы, которые мы пытаемся обойти или уважать. Не гулять без шапки или переходить дорогу на нужный цвет сигнала старого светофора. Меньше курить глядя в окно, ограничивать количество кофе и не ходить на митинги против существующей власти.
Автор в своих размышлениях пытается уйти от существующей нормы. Взывать к совести и справедливости. Указать на неидеальные механизмы модели капитализма и на несправедливость рынка труда. Способы ухода раскрыты в содержании книги, которую я рекомендую прочитать для понимания вариантов в области фантазии или фантастики и именно поэтому я столь витиевато начал строки рецензии, чтобы грамотно подвести к аналогии о том, что можно бесконечно мечтать и представлять... Только вот в реальности ничего не случится...
Мир экономики и капитал скоплен в нужных руках, а накопление богатств и скупые траты вложения того самого капитала обычно не выходят за рамки необходимых избалованных нужд. Богатые привыкли считать свои деньги и пытаются их приумножить не теми способами о которых кричат многие капиталисты и неокапиталисты.
Будущее за индивидуумами. Именно они двигают нашу жизнь внедряя новое и разрушая привычные рамки. Только сейчас оно состоит в количестве рекламы и создания новых приложений для телефона. Мы не пытаемся освоить космос, мы переписываем историю, убиваем и ненавидим неугодных, вместо борьбы с бедностью и достойной оплатой труда.
Никто ведь не просит месячного доходя в несколько сотен тысяч за вакансию просиживания жизни в диване, но вряд ли кто-то скажет, что труд учителей или медицинских работников оплачивается по заслуге. Миллионы безработных в других странах наслаждаются пособием, потому что это проще, чем гнуть спину на ненужной работе. Они требуют прав, уважения и хотят быть уверенны в завтрашнем дне.
Стоит ли смириться с не идеальностью мира? Пожалуй стоит... Одно из основных качеств любого из нас - умение приспособиться под обстоятельства. Пускай мы страдаем от нехватки достойной работы, престижных компаний и достойной оплаты труда... Мы как-то живём. Выживаем. Находим смысл жизни в детях и добрых поступках. Вытаптываем остаток размышлений в количестве алкоголя или проваливаемся в пространство прочитанных книг. Ждём идеальный момент для того, чтобы всё поменять...
Только скорее всего, в жизни каждого из нас эта книга ничего не изменит. Как и много других рассуждений на подобные темы. Она выдаст несколько чужеродных мыслей, которые можно выдавать за свои, трепет приятной улыбки или несколько поводов разочароваться в не идеальности мира или творчества автора.
"Каким бы он мог быть и что можно было бы изменить из того, что никогда не изменится?" Ответы скрыты под твёрдой обложкой. Для меня они не оставили самых приятных впечатлений, но и не являлись предельным раздражителем разума, оставив несколько правильных мыслей. Как всегда...
"Читайте хорошие книги!" (с)
Читать далее
104 понравилось
6
8,1K
Tin-tinka
8 апреля 2025
Мечтать не вредно
Если мы хотим сохранить преимущества, которые дают технологии, у нас остается только один вариант: перераспределение. Массовое перераспределение.
Перераспределение денег (базовый доход), времени (укороченная рабочая неделя), налогообложения (брать налоги с капитала, а не с труда) и, конечно, роботов.
Книга, привлекающая своим названием любителей утопий, произвела на меня весьма неважное впечатление. Во-первых, тут слишком много воды, текст можно было бы сократить раза в 3 без ущерба для общего смысла. Во-вторых, автор мало нового поведал своим читателям, лично я уже читала про всеобщий базовый доход и сокращение рабочего дня, а вопрос неравномерного распределения богатства тем более не нов. Да, писатель приводит здесь различные аргументы, почему стоит стремиться к такой "утопии": цифры статистики, результаты опытов в разных странах, но кажется, что большую часть времени он скорее оправдывается и убеждает читателей, что мечтать о таком будущем - нормально. А еще всячески открещивается от советского "эксперимента", приравнивая коммунизм к фашизму.

Действительно, история полна ужасающих форм утопизма, таких как фашизм, коммунизм, нацизм.
Хороший пример — «Город солнца» (1602) итальянского поэта Томмазо Кампанеллы. В стране, описанной в этой утопии или, скорее, антиутопии, личная собственность строго запрещена, каждый обязан любить каждого, а драки караются смертью. Частная жизнь, включая произведение потомства, контролируется государством. Например, умным людям можно спать только с глупыми, а толстым — с худыми. Все силы направлены на выковку золотой середины. Более того, за каждым человеком следит обширная сеть осведомителей. Нарушителей побивают камнями, но прежде их убеждают признать свою порочность и согласиться на собственную казнь.
Оглядываясь назад, всякий читатель книги Кампанеллы увидит в ней холодящие кровь намеки на фашизм, сталинизм и геноцид.
В коммунистической Восточной Германии был «валовый социальный продукт», уверенно росший год за годом, невзирая на масштабное негативное воздействие режима на общество, экологию и экономику.
Цели нашего общества, ставящего во главу угла производительность, так же абсурдны, как и пятилетние планы бывшего СССР. Основывать политическую систему на показателях производительности — значит превратить хорошую жизнь в электронную таблицу.
Если и есть что-то общее у нас, капиталистов, с коммунистами прежних времен, так это патологически навязчивая идея об оплачиваемой работе. Так же как в советскую эру магазины нанимали «трех продавцов, чтобы продать кусок мяса», мы заставляем просителей помощи выполнять бессмысленные задания, даже если это делает нас банкротами.
Будь то капитализм или коммунизм — все сводится к бессмысленному разделению бедных на два типа и неверному представлению, от которого мы едва не освободились около 40 лет назад, — заблуждению, будто жизнь без бедности — это привилегия, которую нужно заработать, а не право, которого мы все заслуживаем.
Но книга прочитана и, чтобы не забыть идеи автора, оставлю тут цитаты на память. Надеюсь, они пригодятся и другим читателям, помогут сделать свой выбор - читать иль не читать.

И движущая сила всего этого — так называемый либерализм, совершенно выхолощенная идеология. Теперь важно «просто быть собой» и «действовать согласно своим интересам». Может, свобода и высший идеал, но наша свобода стала пустой. Наш страх перед морализаторством сделал мораль темой, запретной в общественном обсуждении.
Что бы мы ни говорили себе о свободе слова, наши идеалы подозрительно близки к ценностям, продвигаемым именно теми компаниями, которые могут оплатить рекламу в прайм-тайм. Обладай какая-либо политическая партия или религиозная секта хотя бы малой долей влияния, оказываемого на нас и наших детей рекламной индустрией, мы бы уже давно схватились за оружие. Но это рынок, и поэтому мы остаемся «нейтральными»
Тем временем рынок и коммерсанты наслаждаются полной вседозволенностью. Пищевая промышленность пичкает нас дешевой дрянью с избытком соли, сахара и жира, живо отправляя нас к врачам и диетологам. Технологические прорывы уничтожают все больше рабочих мест, отправляя нас на поиски работы. Индустрия рекламы призывает нас тратить деньги, которых у нас нет, на ненужный нам хлам, для того, чтобы впечатлить людей, которых мы терпеть не можем. Поплакать по поводу всех этих неприятностей можно на плече у психотерапевта.
В такой антиутопии мы сегодня и живем.
В 1950-х гг. лишь 12 % молодых взрослых соглашались с утверждением: «Я — очень особенная личность». Сегодня с этим согласны 80 %, тогда как на самом деле мы становимся все более одинаковыми. Все мы читаем одни и те же бестселлеры, смотрим одни и те же блокбастеры, носим одни и те же кроссовки.
Исследования во множестве стран убедительно доказывают, что бесплатные деньги работают.
Ученые уже связывают безусловные наличные выплаты со снижением уровней преступности, детской смертности и недоедания, с частотой подростковой беременности и прогулов, а также с ростом школьной успеваемости, экономики и равноправия полов. «Важная причина бедности — недостаток у людей денег, — отмечает экономист Чарльз Кенни, — и нас не должно удивлять то, что дать им денег — отличный способ решения этой проблемы».
К тому же бесплатные деньги смазывают колеса экономики в целом: люди больше покупают, что стимулирует занятость и доходы.
И все же аргумент о лености бедняков приводят снова и снова. Сама устойчивость этого представления подтолкнула ученых проверить его истинность. Всего несколько лет назад престижный медицинский журнал Lancet подытожил свои наблюдения: бедные, получая деньги без каких бы то ни было условий, обычно склонны больше трудиться
Всеобщий базовый доход.
И не просто на несколько лет, или только в развивающихся странах, или только для бедных, а именно так, как написано на упаковке: бесплатные деньги всем. Не по привилегии, а по праву. Это можно назвать «капиталистической дорогой к коммунизму». Ежемесячное пособие, достаточное, чтобы на него прожить, — и даже пальцем не нужно шевелить. Единственное условие — ваше сердце должно биться. Никаких инспекторов, заглядывающих через ваше плечо, чтобы узнать, мудро ли вы потратили полученные средства; и никто не задается вопросом о том, заслуживаете ли вы этих денег. Никаких больше программ помощи и особых льгот, разве что дополнительное пособие пожилым, незанятым и неспособным работать.
И их призыв был услышан. В следующем августе президент Никсон представил законопроект, предусматривавший скромный базовый доход, назвав его «самым значимым актом в общественном законодательстве за историю нашей нации». Согласно Никсону, поколение беби-бума сделает две вещи, которые прошлые поколения считали невозможными. Вдобавок к отправке человека на Луну (произошедшей месяцем ранее) это поколение наконец — то искоренит бедность.
Джейн Костелло, профессор Университета Дюка, исследовала психическое здоровье молодежи к югу от Грейт-Смоки-Маунтинс начиная с 1993-го. Каждый год 1420 детей, участвовавших в ее исследовании, проходили психиатрическое обследование. Его результаты уже показали, что те, кто растет в бедности, куда более часто, чем другие дети, имеют проблемы в поведении. Однако это уже не было новостью. Корреляцию бедности с психическим нездоровьем ранее выявил другой ученый, Эдвард Джарвис, в знаменитой работе «Отчет о безумии», опубликованной в 1855 г.
В чем же тогда причина проблем с психическим здоровьем в среде бедных? Природа или культура? Костелло заключает, что и то и другое, так как стресс, сопряженный с бедностью, повышает риск развития болезней и расстройств у тех, кто к ним генетически предрасположен.
Дефицит вынуждает концентрировать внимание на том, с чем связана нехватка: на встрече, начинающейся через пять минут, или счетах, которые следует оплатить завтра. Долгосрочным стратегиям просто не остается места. «Дефицит поглощает вас, — объясняет Шафир, — вы больше не можете сосредоточиться на других вещах, которые для вас тоже важны».
Шафир и Муллайнатан называют его ментальной пропускной способностью. «Если вы хотите понять бедных, вообразите себе, что ваш разум находится совсем в другом месте, — пишут они. — Самоконтроль представляется чрезвычайно сложной задачей. Вы легко отвлекаетесь и выходите из себя. И это происходит каждый день». Так дефицит (времени или денег) ведет к немудрым решениям.
Существует ключевое отличие людей занятых от людей бедных: от бедности не удается отдохнуть.
Возьмем жестокое обращение. Оно более распространено в странах с высоким уровнем материального неравенства, поскольку статусные различия там более существенны. Или, говоря по Уилкинсону, «психосоциальные последствия» таковы, что люди, живущие в характеризующихся неравенством обществах, больше времени проводят в волнениях о том, какими их видят другие. Это снижает качество отношений (что проявляется, например, в недоверии к незнакомцам и тревогах по поводу своего статуса). Возникающий как следствие стресс, в свою очередь, является главной причиной заболеваний, в том числе хронических.
Выходило так, что раздача бесплатного жилья станет огромным облегчением для бюджета штата. Экономисты штата подсчитали, что один бродяга, живущий на улице, обходится правительству в $16 670 в год (на социальные услуги, полицию, суды и т. д.). Квартира вместе с консультациями по вопросам приобретения профессии стоили скромные $11 000
Психические заболевания, ожирение, загрязнение, преступность — для ВВП чем их больше, тем лучше. Поэтому-то страна с самым высоким ВВП на душу населения, Соединенные Штаты, также имеет самые большие проблемы социального характера. «С точки зрения ВВП, — говорит писатель Джонатан Роу, — худшими семьями в Америке являются те, что и в самом деле ведут себя как семьи — сами себе готовят еду, прогуливаются после обеда и разговаривают друг с другом, а не просто отдают своих чад на откуп коммерческой культуре»
Так какие у нас есть альтернативы? Два претендента — индикатор подлинного прогресса (ИПП) и индекс устойчивого экономического благосостояния (ИУЭБ), учитывающие загрязнение, преступность, неравенство и добровольную работу. В Западной Европе ИПП рос куда медленнее ВВП, а в США даже снижается с 1970-х. А как насчет Международного индекса счастья — рейтинга, который отражает состояние окружающей среды и в котором наиболее развитые страны фигурируют в середине, а США болтается в самом низу?
Не случайно государственный сектор наиболее благополучных стран вроде Дании, Швеции и Финляндии так обширен. Их правительства субсидируют области, производительность в которых нельзя повысить. В отличие от производства холодильника или автомобиля уроки истории и посещения врача попросту нельзя сделать «более эффективными»
В Австралии, Австрии, Англии, Испании и Норвегии рабочая неделя вообще перестала укорачиваться. В США она даже выросла. Через 70 лет после принятия в Америке закона о 40-часовой рабочей неделе три четверти работников трудилось здесь более 40 часов в неделю
Даже граждане Нидерландов — страны с самой короткой рабочей неделей в мире — чувствуют возрастающий с 1980-х гг. груз работы, переработки, работы по дому и получения образования. В 1985-м эта деятельность отнимала 43,6 часа в неделю; в 2005-м — 48,6 часа. Три четверти работников Нидерландов страдают от нехватки времени, четверть обычно работает сверхурочно, а у каждого восьмого проявляются симптомы выгорания
Время — деньги. Экономический рост позволяет либо больше отдыхать, либо больше потреблять. С 1850 по 1980 г. нам удавалось получить и то и другое, но после 1980-го росло по большей части только потребление. Даже там, где реальные доходы перестали увеличиваться и усилилось неравенство, безудержное потребление продолжилось, уже в кредит.
И именно это и было главным доводом против сокращения рабочей недели: «Мы не можем себе такого позволить». Больше досуга — чудесный идеал, но он попросту слишком дорог. Если мы все станем работать меньше, наш уровень жизни обрушится.
Гарвардское исследование показало, что снижение налогов во времена Рейгана подтолкнуло большинство лучших умов страны к изменению профессии: учителя и инженеры переквалифицировались в банкиров и бухгалтеров. Если в 1970 г. мужчин, окончивших Гарвард и занимающихся исследованиями, было вдвое больше, чем тех, кто выбирал банковское дело, то 20 лет спустя соотношение изменилось: в финансовой сфере трудилось уже в полтора раза больше выпускников этого учебного заведения.
В результате все мы стали беднее. На каждый заработанный банком доллар приходится примерно 60 центов, уничтоженных в другой части экономической цепочки. И напротив, на каждый доллар, заработанный исследователем, как минимум пять долларов — а зачастую гораздо больше — вбрасываются обратно в экономику. Высокие налоги на самые высокие доходы послужат, как сказали бы в Гарварде, «переходу талантливых индивидов из профессий с отрицательным внешним эффектом, в профессии, оказывающие положительное внешнее влияние».
Теперь переведем на нормальный язык: высокие налоги заставят больше людей делать работу, которая полезна.
В конце концов, именно общество — а не рынок и не технологии — решает, что действительно ценно. Если мы хотим, чтобы в этом веке все мы стали богаче, нам необходимо освободиться от догмы, будто любая работа имеет смысл. И раз уж мы об этом заговорили, давайте избавимся и от того заблуждения, что высокий заработок автоматически отражает нашу ценность для общества.
Тогда мы, возможно, осознаем, что с точки зрения создания ценностей банкиром быть не стоит.
Сегодня почти во всех развитых странах неравенство стремительно растет. В США разрыв между богатыми и бедными уже больше, чем был в Древнем Риме, экономика которого основывалась на рабском труде. В Европе разрыв между имущими и неимущими также увеличивается. Даже Международный экономический форум, эта клика предпринимателей, политиканов и поп-звезд, назвал растущее неравенство крупнейшей угрозой глобальной экономике.
Вот они мы, в Стране изобилия, философствуем о декадентских утопиях с дармовыми деньгами и 15-часовой рабочей неделей, в то время как миллионам людей по — прежнему приходится выживать на один доллар в день. Не следует ли нам вместо этого попытаться ответить на самый главный вызов наших дней — дать всем людям на земле блага Страны изобилия?
Запад тратит $134,8 млрд в год, $11,2 млрд в месяц, $4274 в секунду на помощь развивающимся странам За последние 50 лет эта помощь составила почти $5 трлн. Вроде бы много, да? Но вообще-то войны в Ираке и Афганистане стоили примерно столько же. И не забудем, что развитые страны ежегодно тратят вдвое больше на субсидии собственному сельскому хозяйству, чем на иностранную помощь.
Четыре разных исследования показали, что в зависимости от уровня мобильности на глобальном рынке труда рост «валового всемирного продукта» может составить от 67 до 147 %. То есть открытие границ сделает мир вдвое богаче.
Границы — самая большая причина дискриминации за всю историю человечества. Масштабы неравенства людей, живущих в одной и той же стране, ничто по сравнению с неравенством людей, имеющих разное гражданство. Сегодня богатейшие 8 % получают половину мировой прибыли, а богатейший 1 % располагает более чем половиной всего мирового богатства. Беднейший миллиард потребляет 1 % от общего потребления; богатейший — 72%
Хуже того, многие мыслители и политики левого толка пытаются подавлять проявления радикализма в своих рядах, боясь потерять голоса. Последние годы я склонен думать о подобном настрое как о «пораженческом социализме».
Пораженческий социализм — интернациональное явление, которое можно наблюдать по всему миру в среде левых мыслителей и движений, от профсоюзов до политических партий, от журналистов до профессоров колледжей. Его адепты считают, что неолибералы освоили игру в размышления, рассуждения и статистику, оставив левым только эмоции. Он добросердечен. У социалистов-пораженцев избыток сочувствия, и они находят доминирующую политику глубоко несправедливой. Видя, как государство всеобщего благоденствия рассыпается в пыль, они спешат спасти все, что еще можно спасти. Но в критический момент социалист-пораженец спорит с оппонентами, всегда приняв утверждение, с которого началась полемика.
Но самая большая проблема социалистов-пораженцев не в том, что они неправы, а в том, что они скучны. Скучны беспросветно. У них нет истории, которую они могли бы рассказать, и даже нет языка для ее выражения.
Читать далее
68 понравилось
5
385

Все рецензии

Цитаты

Все цитаты

Подборки с этой книгой

Все подборки

Другие издания

Ваша оценка

4,1

(288)

Utopia for Realists. And How We Can Get There

Рутгер Брегман

Читать фрагмент

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,1

288 оценок

5
39%
4
42%
3
16%
2
1%
1
2%

Ваша оценка

Прочитали 338Хотят прочитать 958

Рецензии

ShiDa
17 сентября 2021
«О дивный будущий мир!»
«Давайте будем реалистами – и совершим невозможное!»
Эти слова, сказанные то ли Че Геварой, то ли кем-то из героев «французской мечты», могли бы стать эпиграфом к данной книге. «Утопия для реалистов» – нон-фикшн о политике и экономике, истории и психологии, о том, каковы они сейчас и какими должны стать лет этак через 25-30 (т.е. мы застанем... но не факт, что Россия окажется впереди планеты всей, у нас же не 1917 г. и не права женщин, ага).
По мнению нидерландского философа и историка Рутгера Брегмана мы живем хорошо, но недостаточно хорошо. Мы заслуживаем большего – любой из нас. Да, мы живем лучше, чем жили наши предки еще два столетия назад. Даже малоимущий в развитой стране обладает большими ресурсами, нежели крестьянин или рабочий 19-20 веков. Продуктов навалом, есть доступ к витаминам и лекарствам, есть центральное отопление; у большинства работа не связана с интенсивными физическими нагрузками, которые укорачивают жизнь. У миллиардов людей есть интернет, т.е. доступ к культурным богатствам и, соответственно, самообразованию. Живя в сотни километров от крупного города, ты можешь учить язык, читать новые книги и смотреть записи спектаклей – достаточно взять в руки смартфон.

В то же время никогда человечество не было так невротизированно. По оценкам врачей к 2030-гг. главной болезнью в мире будет депрессия. Люди перерабатывают, при этом многие занимаются бессмысленной деятельностью (грубо говоря, просиживают штаны), не видят результатов своей работы, поскольку ничего не создают, а лишь переливают уже созданное из одного котла в другой. Мир кажется нам небезопасным, мы постоянно находимся в напряжении и даже в выходные дни не в состоянии расслабиться. Технический прогресс ошеломляет, прогнозы неутешительные – как бы хорошо мы ни работали, нас заменит ИИ уже к 2040-гг. Практически любую работу ИИ может выполнять лучше человека, а еще он не болеет, у него нет детей, из-за которых отпрашиваются с работы, он не просит прибавки к зарплате и без споров проголосует за кого надо. Люди неизбежно столкнутся с проблемами очередной технической революции, и автор книги об утопии разбирает, как нам выйти из наметившегося кризиса с наименьшими потерями.
По средневековым меркам мы уже живем в утопии. Но нам наша жизнь утопией не кажется. Автор же уверен, что образ утопии (замечательного будущего) очень важен: он недостижим, мы всегда будем недовольны получившимся, но образ нужен, как нужна мечта – чтобы двигаться к ней. Мы боимся, что шаг в неизвестность разрушит стабильность, мы боимся «раскачать лодку», пусть лучше останется все на своих местах, ведь лучше плохонькая стабильность («застой»), чем перемены с неизвестными последствиями. Но автор напоминает: именно страх перемен (все разрушится, скрепы, как мы без них?!) мешал дать равные права женщинам, афроамериканцам и гомосексуалам. Разве теперь кто-то сомневается в способности женщин водить машину, строить самолеты, писать книги?..
Итак, по мнению автора нас должны спасти:
1. Общий базовый доход. Давайте просто раздавать людям деньги и не контролировать, на что они идут. На основе множества примеров автор доказывает, что, имея на руках достаточно средств и зная, что в следующем месяце деньги дадут снова, люди не спускают их на алкоголь, наркотики и т.п. – нет, они осуществляют свои мечты: идут учиться, меньше работают и больше времени уделяют самообразованию или воспитанию детей, волонтерству, творчеству. Чувствуя себя в безопасности (в т.ч. финансовой), люди в массе своей стремятся к положительным впечатлениям, а не к угнетающим (в то время как зависимости есть результат заброшенности, стресса и бесперспективности).
2. 15-часовая рабочая неделя. Помним, что скоро ИИ начнет давить нас. Автор предлагает компромисс: у людей останется возможность сделать карьеру и профессионально развиваться, просто тратить времени они на это будут меньше, передав часть обязанностей умным технологиям.
3. Налог на богатство. Неизбежно, потому что проблема неравенства растет угрожающими темпами. Если мы не хотим иметь страшные революции с убийствами и казнями, то лучше постепенно сбавлять напряжение между классами (как примерно поступают в скандинавских странах).
4. Полностью открытые границы. Честно говоря, несколько сомнительно для 2021 г. Но, с повышением уровня образования и появлением отличных адаптивных курсов, – отчего бы и нет? Думаю, нет ничего плохого в том, чтобы летом жить в России, осенью – в Австралии, зимой – в ЮАР, а весной – на Аляске. Но это требует от населения осознанности и невероятной толерантности.

По мнению человеколюбивого автора, мы можем построить умное и ответственное общество (и немножко анархистское, как я понимаю). Он критикует большие корпорации, тонну рекламы, навязывание одной точки зрения, устарелый способ вычисления ВВП, устаревшие же методы поддержки бедного населения. Он не строит какую-то невозможную модель, в которой все счастливы и довольны, где вообще нет боли и «не надо будет помирать». Он оценивает опыт развитых стран, опирается на научные исследования, на работы современных экономистов и социологов. Поэтому его идеи не кажутся миражом. Главная проблема – поверить в них, признать их осуществимость. Но, говорит автор, ведь поверили же люди, что рабство – это плохо, что сжигать людей на кострах нерационально, что Земля круглая и что можно построить самолет. Человек начала 20 века испугался бы интернета, а мы чувствуем себя в нем естественно. Многие идеи и изобретения поначалу кажутся безумными и невозможными, но потом они имеют наглость обернуться реальностью. Так что не нужно бояться ;)
Читать далее
128 понравилось
4
2,9K
NotSalt_13
22 июля 2023
"Для любителей невозможных фантазий..." (с)
Раньше я безумно любил мечтать и представлять свою жизнь в различных тонах и при создании иных вводных условий. Всё могло бы пойти иначе, если бы у меня нашлось несколько капель нужной мне смелости и я бы решился узнать её имя. Подойти и сказать несколько слов. Выдать пару фраз, чтобы услышать возможности её звонкого смеха. Предложить провести её хрупкое тело до дверей скрипучих дверей изрядно прокуренного подъезда. Мы бы безмерно стеснялись, а я бы без умолку болтал, чтобы скрыть свою природную скромность и неловкость былого момента. Робкий поцелуй и трепетное прощание, после которого я брёл бы по пустым улицам промозглого города с идиотской улыбкой... Я мог бы потом предложить ещё одну встречу, обзавестись интересом и через несколько лет совместной парой кричащих детей, в которых начал бы видеть своё продолжение, и ещё одну причину поводов не сдаваться в праве на жизнь. Может быть я бы однажды жалел о том, что решился на этот поступок и всё так сложилось. Собирал бы вещи в сопровождении её осуждающего взгляда и проклинал бы тот вечер в сопровождении истерических вздохов. Но я так и не нашёл причину пересилить свой страх, и просто заговорить... В конечном итоге моя жизнь могла бы сложиться совершенно иначе...
Или например, если бы на одном из трёх десятков собеседований я произвёл бы нужное впечатление на будущего работодателя, и наконец, получил место, которое мне приносит деньги и немного удовольствия от собственной нужности. Жаль, что не вышло... А может и не стоит жалеть, ведь без этой мысли я бы не разродился той, что во мне существует? Может быть моя жизнь сложилась бы совершенно иначе и меня сбил увесистый грузовик на пути к привычному рабочему месту?
Давайте размышлять ещё глубже в пространстве моих нелепых фантазий. Вообще я бы мог родиться на несколько сотен километров левее, привычного места и быть приверженцем иной культуры и исповедуемой религии, не простаивая в церкви несколько часов, цепляясь в руку пожилой женщины, полюбившей меня, как единственного сына, её собственного любимого чада. Я бы иначе крестился в месте, где нет спертого запаха душистого ладана. Стоял бы под другими иконами и ждал, когда закончится служба. Но в моём собственном детстве всё было иначе...
Наверняка я бы говорил на совершенно другом языке, перечитывал бы другие книги и восторгался иными поэтами. Но я тот, кто я есть... Впрочем, как и мир в котором мы живём до тех пор, пока взгляд читателя скользит по строчкам рецензий.
Мы можем вечно фантазировать на тему победы мирового социализма и угнетённости классов, под гнётом капитала состоящего из бумажек зелёного цвета. Можем расплачиваться в магазине камнями или ненавидеть целые нации и считать их недостойными существования на этой планете. Вполне себе вариант из всех возможных событий. Мы можем раздать деньги всем бедным, наплевать на инфляцию и верить, что они не растратят их на ненужные вещи и смогут заставить работать. Но почему этого не сделали до сих пор?
Только лишь на страницах утопий и в хвалёном Блэк-Роке, который способен существовать только неделю. Где практически нет денег и люди способны помогать другим, взамен на ответную помощь. В жизни все досканально иначе.
В основе базовых пониманий человечества мы ставим превосходящего нас индивидуума или группу людей, способных принимать решения и распоряжаться нашей будущей жизнью. Мы не хотим ничего решать и привыкли жить по понятным формулировкам и приятным шаблонам. Нам дают законы, которые мы пытаемся обойти или уважать. Не гулять без шапки или переходить дорогу на нужный цвет сигнала старого светофора. Меньше курить глядя в окно, ограничивать количество кофе и не ходить на митинги против существующей власти.
Автор в своих размышлениях пытается уйти от существующей нормы. Взывать к совести и справедливости. Указать на неидеальные механизмы модели капитализма и на несправедливость рынка труда. Способы ухода раскрыты в содержании книги, которую я рекомендую прочитать для понимания вариантов в области фантазии или фантастики и именно поэтому я столь витиевато начал строки рецензии, чтобы грамотно подвести к аналогии о том, что можно бесконечно мечтать и представлять... Только вот в реальности ничего не случится...
Мир экономики и капитал скоплен в нужных руках, а накопление богатств и скупые траты вложения того самого капитала обычно не выходят за рамки необходимых избалованных нужд. Богатые привыкли считать свои деньги и пытаются их приумножить не теми способами о которых кричат многие капиталисты и неокапиталисты.
Будущее за индивидуумами. Именно они двигают нашу жизнь внедряя новое и разрушая привычные рамки. Только сейчас оно состоит в количестве рекламы и создания новых приложений для телефона. Мы не пытаемся освоить космос, мы переписываем историю, убиваем и ненавидим неугодных, вместо борьбы с бедностью и достойной оплатой труда.
Никто ведь не просит месячного доходя в несколько сотен тысяч за вакансию просиживания жизни в диване, но вряд ли кто-то скажет, что труд учителей или медицинских работников оплачивается по заслуге. Миллионы безработных в других странах наслаждаются пособием, потому что это проще, чем гнуть спину на ненужной работе. Они требуют прав, уважения и хотят быть уверенны в завтрашнем дне.
Стоит ли смириться с не идеальностью мира? Пожалуй стоит... Одно из основных качеств любого из нас - умение приспособиться под обстоятельства. Пускай мы страдаем от нехватки достойной работы, престижных компаний и достойной оплаты труда... Мы как-то живём. Выживаем. Находим смысл жизни в детях и добрых поступках. Вытаптываем остаток размышлений в количестве алкоголя или проваливаемся в пространство прочитанных книг. Ждём идеальный момент для того, чтобы всё поменять...
Только скорее всего, в жизни каждого из нас эта книга ничего не изменит. Как и много других рассуждений на подобные темы. Она выдаст несколько чужеродных мыслей, которые можно выдавать за свои, трепет приятной улыбки или несколько поводов разочароваться в не идеальности мира или творчества автора.
"Каким бы он мог быть и что можно было бы изменить из того, что никогда не изменится?" Ответы скрыты под твёрдой обложкой. Для меня они не оставили самых приятных впечатлений, но и не являлись предельным раздражителем разума, оставив несколько правильных мыслей. Как всегда...
"Читайте хорошие книги!" (с)
Читать далее
104 понравилось
6
8,1K
Tin-tinka
8 апреля 2025
Мечтать не вредно
Если мы хотим сохранить преимущества, которые дают технологии, у нас остается только один вариант: перераспределение. Массовое перераспределение.
Перераспределение денег (базовый доход), времени (укороченная рабочая неделя), налогообложения (брать налоги с капитала, а не с труда) и, конечно, роботов.
Книга, привлекающая своим названием любителей утопий, произвела на меня весьма неважное впечатление. Во-первых, тут слишком много воды, текст можно было бы сократить раза в 3 без ущерба для общего смысла. Во-вторых, автор мало нового поведал своим читателям, лично я уже читала про всеобщий базовый доход и сокращение рабочего дня, а вопрос неравномерного распределения богатства тем более не нов. Да, писатель приводит здесь различные аргументы, почему стоит стремиться к такой "утопии": цифры статистики, результаты опытов в разных странах, но кажется, что большую часть времени он скорее оправдывается и убеждает читателей, что мечтать о таком будущем - нормально. А еще всячески открещивается от советского "эксперимента", приравнивая коммунизм к фашизму.

Действительно, история полна ужасающих форм утопизма, таких как фашизм, коммунизм, нацизм.
Хороший пример — «Город солнца» (1602) итальянского поэта Томмазо Кампанеллы. В стране, описанной в этой утопии или, скорее, антиутопии, личная собственность строго запрещена, каждый обязан любить каждого, а драки караются смертью. Частная жизнь, включая произведение потомства, контролируется государством. Например, умным людям можно спать только с глупыми, а толстым — с худыми. Все силы направлены на выковку золотой середины. Более того, за каждым человеком следит обширная сеть осведомителей. Нарушителей побивают камнями, но прежде их убеждают признать свою порочность и согласиться на собственную казнь.
Оглядываясь назад, всякий читатель книги Кампанеллы увидит в ней холодящие кровь намеки на фашизм, сталинизм и геноцид.
В коммунистической Восточной Германии был «валовый социальный продукт», уверенно росший год за годом, невзирая на масштабное негативное воздействие режима на общество, экологию и экономику.
Цели нашего общества, ставящего во главу угла производительность, так же абсурдны, как и пятилетние планы бывшего СССР. Основывать политическую систему на показателях производительности — значит превратить хорошую жизнь в электронную таблицу.
Если и есть что-то общее у нас, капиталистов, с коммунистами прежних времен, так это патологически навязчивая идея об оплачиваемой работе. Так же как в советскую эру магазины нанимали «трех продавцов, чтобы продать кусок мяса», мы заставляем просителей помощи выполнять бессмысленные задания, даже если это делает нас банкротами.
Будь то капитализм или коммунизм — все сводится к бессмысленному разделению бедных на два типа и неверному представлению, от которого мы едва не освободились около 40 лет назад, — заблуждению, будто жизнь без бедности — это привилегия, которую нужно заработать, а не право, которого мы все заслуживаем.
Но книга прочитана и, чтобы не забыть идеи автора, оставлю тут цитаты на память. Надеюсь, они пригодятся и другим читателям, помогут сделать свой выбор - читать иль не читать.

И движущая сила всего этого — так называемый либерализм, совершенно выхолощенная идеология. Теперь важно «просто быть собой» и «действовать согласно своим интересам». Может, свобода и высший идеал, но наша свобода стала пустой. Наш страх перед морализаторством сделал мораль темой, запретной в общественном обсуждении.
Что бы мы ни говорили себе о свободе слова, наши идеалы подозрительно близки к ценностям, продвигаемым именно теми компаниями, которые могут оплатить рекламу в прайм-тайм. Обладай какая-либо политическая партия или религиозная секта хотя бы малой долей влияния, оказываемого на нас и наших детей рекламной индустрией, мы бы уже давно схватились за оружие. Но это рынок, и поэтому мы остаемся «нейтральными»
Тем временем рынок и коммерсанты наслаждаются полной вседозволенностью. Пищевая промышленность пичкает нас дешевой дрянью с избытком соли, сахара и жира, живо отправляя нас к врачам и диетологам. Технологические прорывы уничтожают все больше рабочих мест, отправляя нас на поиски работы. Индустрия рекламы призывает нас тратить деньги, которых у нас нет, на ненужный нам хлам, для того, чтобы впечатлить людей, которых мы терпеть не можем. Поплакать по поводу всех этих неприятностей можно на плече у психотерапевта.
В такой антиутопии мы сегодня и живем.
В 1950-х гг. лишь 12 % молодых взрослых соглашались с утверждением: «Я — очень особенная личность». Сегодня с этим согласны 80 %, тогда как на самом деле мы становимся все более одинаковыми. Все мы читаем одни и те же бестселлеры, смотрим одни и те же блокбастеры, носим одни и те же кроссовки.
Исследования во множестве стран убедительно доказывают, что бесплатные деньги работают.
Ученые уже связывают безусловные наличные выплаты со снижением уровней преступности, детской смертности и недоедания, с частотой подростковой беременности и прогулов, а также с ростом школьной успеваемости, экономики и равноправия полов. «Важная причина бедности — недостаток у людей денег, — отмечает экономист Чарльз Кенни, — и нас не должно удивлять то, что дать им денег — отличный способ решения этой проблемы».
К тому же бесплатные деньги смазывают колеса экономики в целом: люди больше покупают, что стимулирует занятость и доходы.
И все же аргумент о лености бедняков приводят снова и снова. Сама устойчивость этого представления подтолкнула ученых проверить его истинность. Всего несколько лет назад престижный медицинский журнал Lancet подытожил свои наблюдения: бедные, получая деньги без каких бы то ни было условий, обычно склонны больше трудиться
Всеобщий базовый доход.
И не просто на несколько лет, или только в развивающихся странах, или только для бедных, а именно так, как написано на упаковке: бесплатные деньги всем. Не по привилегии, а по праву. Это можно назвать «капиталистической дорогой к коммунизму». Ежемесячное пособие, достаточное, чтобы на него прожить, — и даже пальцем не нужно шевелить. Единственное условие — ваше сердце должно биться. Никаких инспекторов, заглядывающих через ваше плечо, чтобы узнать, мудро ли вы потратили полученные средства; и никто не задается вопросом о том, заслуживаете ли вы этих денег. Никаких больше программ помощи и особых льгот, разве что дополнительное пособие пожилым, незанятым и неспособным работать.
И их призыв был услышан. В следующем августе президент Никсон представил законопроект, предусматривавший скромный базовый доход, назвав его «самым значимым актом в общественном законодательстве за историю нашей нации». Согласно Никсону, поколение беби-бума сделает две вещи, которые прошлые поколения считали невозможными. Вдобавок к отправке человека на Луну (произошедшей месяцем ранее) это поколение наконец — то искоренит бедность.
Джейн Костелло, профессор Университета Дюка, исследовала психическое здоровье молодежи к югу от Грейт-Смоки-Маунтинс начиная с 1993-го. Каждый год 1420 детей, участвовавших в ее исследовании, проходили психиатрическое обследование. Его результаты уже показали, что те, кто растет в бедности, куда более часто, чем другие дети, имеют проблемы в поведении. Однако это уже не было новостью. Корреляцию бедности с психическим нездоровьем ранее выявил другой ученый, Эдвард Джарвис, в знаменитой работе «Отчет о безумии», опубликованной в 1855 г.
В чем же тогда причина проблем с психическим здоровьем в среде бедных? Природа или культура? Костелло заключает, что и то и другое, так как стресс, сопряженный с бедностью, повышает риск развития болезней и расстройств у тех, кто к ним генетически предрасположен.
Дефицит вынуждает концентрировать внимание на том, с чем связана нехватка: на встрече, начинающейся через пять минут, или счетах, которые следует оплатить завтра. Долгосрочным стратегиям просто не остается места. «Дефицит поглощает вас, — объясняет Шафир, — вы больше не можете сосредоточиться на других вещах, которые для вас тоже важны».
Шафир и Муллайнатан называют его ментальной пропускной способностью. «Если вы хотите понять бедных, вообразите себе, что ваш разум находится совсем в другом месте, — пишут они. — Самоконтроль представляется чрезвычайно сложной задачей. Вы легко отвлекаетесь и выходите из себя. И это происходит каждый день». Так дефицит (времени или денег) ведет к немудрым решениям.
Существует ключевое отличие людей занятых от людей бедных: от бедности не удается отдохнуть.
Возьмем жестокое обращение. Оно более распространено в странах с высоким уровнем материального неравенства, поскольку статусные различия там более существенны. Или, говоря по Уилкинсону, «психосоциальные последствия» таковы, что люди, живущие в характеризующихся неравенством обществах, больше времени проводят в волнениях о том, какими их видят другие. Это снижает качество отношений (что проявляется, например, в недоверии к незнакомцам и тревогах по поводу своего статуса). Возникающий как следствие стресс, в свою очередь, является главной причиной заболеваний, в том числе хронических.
Выходило так, что раздача бесплатного жилья станет огромным облегчением для бюджета штата. Экономисты штата подсчитали, что один бродяга, живущий на улице, обходится правительству в $16 670 в год (на социальные услуги, полицию, суды и т. д.). Квартира вместе с консультациями по вопросам приобретения профессии стоили скромные $11 000
Психические заболевания, ожирение, загрязнение, преступность — для ВВП чем их больше, тем лучше. Поэтому-то страна с самым высоким ВВП на душу населения, Соединенные Штаты, также имеет самые большие проблемы социального характера. «С точки зрения ВВП, — говорит писатель Джонатан Роу, — худшими семьями в Америке являются те, что и в самом деле ведут себя как семьи — сами себе готовят еду, прогуливаются после обеда и разговаривают друг с другом, а не просто отдают своих чад на откуп коммерческой культуре»
Так какие у нас есть альтернативы? Два претендента — индикатор подлинного прогресса (ИПП) и индекс устойчивого экономического благосостояния (ИУЭБ), учитывающие загрязнение, преступность, неравенство и добровольную работу. В Западной Европе ИПП рос куда медленнее ВВП, а в США даже снижается с 1970-х. А как насчет Международного индекса счастья — рейтинга, который отражает состояние окружающей среды и в котором наиболее развитые страны фигурируют в середине, а США болтается в самом низу?
Не случайно государственный сектор наиболее благополучных стран вроде Дании, Швеции и Финляндии так обширен. Их правительства субсидируют области, производительность в которых нельзя повысить. В отличие от производства холодильника или автомобиля уроки истории и посещения врача попросту нельзя сделать «более эффективными»
В Австралии, Австрии, Англии, Испании и Норвегии рабочая неделя вообще перестала укорачиваться. В США она даже выросла. Через 70 лет после принятия в Америке закона о 40-часовой рабочей неделе три четверти работников трудилось здесь более 40 часов в неделю
Даже граждане Нидерландов — страны с самой короткой рабочей неделей в мире — чувствуют возрастающий с 1980-х гг. груз работы, переработки, работы по дому и получения образования. В 1985-м эта деятельность отнимала 43,6 часа в неделю; в 2005-м — 48,6 часа. Три четверти работников Нидерландов страдают от нехватки времени, четверть обычно работает сверхурочно, а у каждого восьмого проявляются симптомы выгорания
Время — деньги. Экономический рост позволяет либо больше отдыхать, либо больше потреблять. С 1850 по 1980 г. нам удавалось получить и то и другое, но после 1980-го росло по большей части только потребление. Даже там, где реальные доходы перестали увеличиваться и усилилось неравенство, безудержное потребление продолжилось, уже в кредит.
И именно это и было главным доводом против сокращения рабочей недели: «Мы не можем себе такого позволить». Больше досуга — чудесный идеал, но он попросту слишком дорог. Если мы все станем работать меньше, наш уровень жизни обрушится.
Гарвардское исследование показало, что снижение налогов во времена Рейгана подтолкнуло большинство лучших умов страны к изменению профессии: учителя и инженеры переквалифицировались в банкиров и бухгалтеров. Если в 1970 г. мужчин, окончивших Гарвард и занимающихся исследованиями, было вдвое больше, чем тех, кто выбирал банковское дело, то 20 лет спустя соотношение изменилось: в финансовой сфере трудилось уже в полтора раза больше выпускников этого учебного заведения.
В результате все мы стали беднее. На каждый заработанный банком доллар приходится примерно 60 центов, уничтоженных в другой части экономической цепочки. И напротив, на каждый доллар, заработанный исследователем, как минимум пять долларов — а зачастую гораздо больше — вбрасываются обратно в экономику. Высокие налоги на самые высокие доходы послужат, как сказали бы в Гарварде, «переходу талантливых индивидов из профессий с отрицательным внешним эффектом, в профессии, оказывающие положительное внешнее влияние».
Теперь переведем на нормальный язык: высокие налоги заставят больше людей делать работу, которая полезна.
В конце концов, именно общество — а не рынок и не технологии — решает, что действительно ценно. Если мы хотим, чтобы в этом веке все мы стали богаче, нам необходимо освободиться от догмы, будто любая работа имеет смысл. И раз уж мы об этом заговорили, давайте избавимся и от того заблуждения, что высокий заработок автоматически отражает нашу ценность для общества.
Тогда мы, возможно, осознаем, что с точки зрения создания ценностей банкиром быть не стоит.
Сегодня почти во всех развитых странах неравенство стремительно растет. В США разрыв между богатыми и бедными уже больше, чем был в Древнем Риме, экономика которого основывалась на рабском труде. В Европе разрыв между имущими и неимущими также увеличивается. Даже Международный экономический форум, эта клика предпринимателей, политиканов и поп-звезд, назвал растущее неравенство крупнейшей угрозой глобальной экономике.
Вот они мы, в Стране изобилия, философствуем о декадентских утопиях с дармовыми деньгами и 15-часовой рабочей неделей, в то время как миллионам людей по — прежнему приходится выживать на один доллар в день. Не следует ли нам вместо этого попытаться ответить на самый главный вызов наших дней — дать всем людям на земле блага Страны изобилия?
Запад тратит $134,8 млрд в год, $11,2 млрд в месяц, $4274 в секунду на помощь развивающимся странам За последние 50 лет эта помощь составила почти $5 трлн. Вроде бы много, да? Но вообще-то войны в Ираке и Афганистане стоили примерно столько же. И не забудем, что развитые страны ежегодно тратят вдвое больше на субсидии собственному сельскому хозяйству, чем на иностранную помощь.
Четыре разных исследования показали, что в зависимости от уровня мобильности на глобальном рынке труда рост «валового всемирного продукта» может составить от 67 до 147 %. То есть открытие границ сделает мир вдвое богаче.
Границы — самая большая причина дискриминации за всю историю человечества. Масштабы неравенства людей, живущих в одной и той же стране, ничто по сравнению с неравенством людей, имеющих разное гражданство. Сегодня богатейшие 8 % получают половину мировой прибыли, а богатейший 1 % располагает более чем половиной всего мирового богатства. Беднейший миллиард потребляет 1 % от общего потребления; богатейший — 72%
Хуже того, многие мыслители и политики левого толка пытаются подавлять проявления радикализма в своих рядах, боясь потерять голоса. Последние годы я склонен думать о подобном настрое как о «пораженческом социализме».
Пораженческий социализм — интернациональное явление, которое можно наблюдать по всему миру в среде левых мыслителей и движений, от профсоюзов до политических партий, от журналистов до профессоров колледжей. Его адепты считают, что неолибералы освоили игру в размышления, рассуждения и статистику, оставив левым только эмоции. Он добросердечен. У социалистов-пораженцев избыток сочувствия, и они находят доминирующую политику глубоко несправедливой. Видя, как государство всеобщего благоденствия рассыпается в пыль, они спешат спасти все, что еще можно спасти. Но в критический момент социалист-пораженец спорит с оппонентами, всегда приняв утверждение, с которого началась полемика.
Но самая большая проблема социалистов-пораженцев не в том, что они неправы, а в том, что они скучны. Скучны беспросветно. У них нет истории, которую они могли бы рассказать, и даже нет языка для ее выражения.
Читать далее
68 понравилось
5
385

Все рецензии

Цитаты

Все цитаты

Подборки с этой книгой

Все подборки

Другие издания

Utopia for Realists. And How We Can Get There

Рейтинг LiveLib

Рецензии

«О дивный будущий мир!»

"Для любителей невозможных фантазий..." (с)

Мечтать не вредно

Цитаты

Подборки с этой книгой

"... вот-вот замечено сами-знаете-где"

Оголтелый Научпоп

Нон-фикшн (хочу прочитать)

Всенаука. 90 бесплатных научно-популярных книг. Обновление от 06.02.22

Дорогу осилит идущий, а вишлист - читающий, но это не точно (aceofdiamond)

Utopia for Realists. And How We Can Get There

Рейтинг LiveLib

Рецензии

«О дивный будущий мир!»

"Для любителей невозможных фантазий..." (с)

Мечтать не вредно

Цитаты

Подборки с этой книгой

"... вот-вот замечено сами-знаете-где"

Оголтелый Научпоп

Нон-фикшн (хочу прочитать)

Всенаука. 90 бесплатных научно-популярных книг. Обновление от 06.02.22

Дорогу осилит идущий, а вишлист - читающий, но это не точно (aceofdiamond)

Utopia for Realists. And How We Can Get There

Рейтинг LiveLib

Рецензии

«О дивный будущий мир!»

"Для любителей невозможных фантазий..." (с)

Мечтать не вредно

Цитаты

Подборки с этой книгой

"... вот-вот замечено сами-знаете-где"

Оголтелый Научпоп

Нон-фикшн (хочу прочитать)

Всенаука. 90 бесплатных научно-популярных книг. Обновление от 06.02.22

Дорогу осилит идущий, а вишлист - читающий, но это не точно (aceofdiamond)