Момент

«Мы, цифровые кочевники, хрупки, порхающие с места на место, часто бываем бледными, ведем ночной образ жизни и проводим большую часть времени онлайн. Я внезапно осознаю, что мой телефон – это отражающая поверхность, зеркало.»

"На протяжении многих лет я часто переезжала. Моя учетная запись на Amazon хранит более двадцати адресов, домашних и рабочих, куда мне приходили посылки за последние десять лет. Но мой адрес электронной почты остался прежним. Во многих отношениях интернет – мой самый постоянный дом."

"Я надеялась, что я интереснее и способна на большее, чем хотеть бойфренда. Но холодной и уклончивой луны мне было мало."

План не удался. Я так и не нашла енота. Но пришла к пониманию, что не могу претендовать на определенный образ жизни, на любовь определенного
человека. Я сама это выдумала. И теперь мне нужно выдумать новую историю, быть достаточно храброй и сильной, чтобы вообразить другой путь.

Случилось только то, что меня отвергли. Это случается со всеми. Это случалось со мной раньше, и я сама отвергала других людей. Всё, чего я хотела тогда, – это чтобы они приняли разрыв с достоинством и мужеством, но сама поступаю ровно наоборот. Я злюсь и плачу, ругаюсь и не хочу смиряться.

Тот день, когда Б удалила из друзей своего бывшего, спустя год после расставания, был очень важным. Она рассказала мне, и я поняла. Возможности для общения были теперь закрыты. Отписываясь, блокируя, удаляя фотографии, редактируя истории, игнорируя или месяцами оставляя сообщения без ответа, мы так сильно раним друг друга. Большинство людей знает, каково это – быть онлайн с разбитым сердцем.

Он – целевая аудитория всего, что я публикую онлайн. Я хочу, чтобы он видел, как хорошо у меня идут дела, при этом подразумевая: может, ты
снова захочешь быть со мной? Каждый свой твит или фото я вижу его глазами. Посмотри, кого ты бросил. На публикации реагируют другие люди, и они
не могут его заменить, но постепенно интернет-одобрение начинает выполнять роль секса, согревая меня по ночам. Сколько лайков могут сравняться с поцелуем?

Возможность связаться с ним соблазнительна, хотя нас разделяют тысячи километров и шесть месяцев. Последствия будут тяжелыми. Я еле сдерживаюсь. Требуются усилия,
чтобы не написать, не позвонить, не отправить фотографию моего падения в
колодец.

Б отправил своей бывшей подарок на день рождения и каждые два-три часа на протяжении нескольких месяцев проверял, когда она последний раз была в сети.
Б сказали, что каждый раз, когда бывший отвечал на сообщения,
они заносили данные в таблицу, пытаясь выявить какую-то закономерность.
Б сказала, что до сих пор получает письма о бонусных баллах за пиццу, накопленных ее бывшим партнером.

Б сказала мне, что страх – это память о боли, а зависимость
– это память об удовольствии.
Я сказала, что только посмотрю, одним глазком взгляну под камень, но вот я стою на коленях, руки в грязи, по лицу течет пот, и отчаянно пытаюсь наскрести хотя бы что-то.

У всех свои раны, ошибки и проступки. Я знаю, каково это
– застрять в колее.

Я хочу татуировку с изображением маршрута между твоим домом и моим, идущую от левой груди к промежности.
Я хочу лоскутное одеяло с историей твоего браузера, чтобы спать в твоих данных.
Я хочу иметь рентген твоей грудной клетки.
Я хочу аудиозапись твоего сердцебиения.
Я хочу видеть трансляцию электрической активности в твоем мозгу, когда ты думаешь обо мне во время нашей разлуки.

Я воодушевлена, открыта и оптимистична. Меня поражает контраст между легковесностью моих реплик – «Привет, мне нравится твой профиль!»
– и их весомыми смыслами: хотим ли мы, два незнакомца,
стать самыми важными людьми друг для друга? Зарегистрироваться на сайте
– значит сделать себя уязвимым, признать в себе желание и неудовлетворенность. Смельчаки! Когда ищешь любовь в интернете, каждое новое сообщение может стать тем, которое всё изменит.

Я слишком долго была легкомысленной и ветреной. Я хочу принять решение и придерживаться его. Я устала оттого, что у меня всегда
есть возможность выбора. Давайте сюда привязь, я готова.

Недавно я обнаружила, что, когда люди предлагают мне встретиться или пишут в потенциально романтическом контексте, они опускают личные
местоимения и спрашивают: «На связи?» или «Как насчет встречи?» вместо «Ты не хочешь встретиться со мной?», никогда не включая в свои реплики себя, не предлагая четких планов, всегда подразумевая, что они могут провести время лучше. Нам нравится создавать впечатление, что происходящее
не так уж важно для нас и что мы не идем на личный риск.

Просить новой дружбы тяжело.

Я здесь еще и потому, что хороший способ преодолеть безответную влюбленность
– это переехать в другую страну, где есть новые люди, в которых можно безнадежно влюбиться.

Я влюбилась в друга и через некоторое время нашла в себе смелость сказать ему об этом. Вежливо, но твердо он сказал, что ему это не интересно. Безграничная печаль. Мне было стыдно расстраиваться из-за того, чего не произошло, расстраиваться из-за не случившегося. Мысленно я собирала войска и уничтожала армии.

Недавно я обнаружила, что, когда люди предлагают мне встретиться или пишут в потенциально романтическом контексте, они опускают личные местоимения и спрашивают: «На связи?» или «Как насчет встречи?» вместо «Ты не хочешь встретиться со мной?», никогда не включая в свои реплики себя, не предлагая четких планов, всегда подразумевая, что они могут провести время лучше. Нам нравится создавать впечатление, что происходящее не так уж важно для нас и что мы не идем на личный риск.