Цитаты из книги The Outsiders

They used to be buddies, I thought, they used to be friends, and now they hate each other because one has to work for a living and the other comes from the West Side. They shouldn't hate each other...

Далли на лошадках ездил честно, и из сил выбивался, чтоб прийти первым. Только это Далли и делал честно.

Мы, конечно, чаще всего за дело получаем, думал я. Даллас — так всегда получает за дело, и сказать по правде, мало ему ещё.

"Слышь, парень, когда Дэрри на тебя орёт... он это не со зла. У него просто проблем больше, чем по возрасту положено".

Дэрри — строгий, суровый и не улыбается почти никогда. Но Дэрри к двадцати годам через многое пришлось пройти, слишком быстро пришлось повзрослеть.

Тогда я понял, что Марсия и Черри не похожи. Черри сказала, что не станет пить колу Далли, даже если будет умирать от жажды, и она это всерьёз сказала. Для неё это было принципиально. А вот Марсия не видела смысла в том, чтобы выбрасывать абсолютно нормальную бесплатную колу.

Прямо на нас шли пятеро вобов и так шатались из стороны в сторону, что я понял, они напились до поросячьего визга.

Я чувствовал запах лосьона для бритья - «Английская кожа» - и застарелого табака и тогда ещё подумал, дурак, не задохнусь ли до того, как они что-нибудь мне сделают.

«Мустанг» притормозил возле нас, из него вылезли два сидевших впереди парня. Вобы, тут уж не ошибёшься. Один был одет в белую рубашку и клетчатую лыжную куртку, другой — в бледно-жёлтую рубашку и бордовый свитер. Посмотрел я на их шмотки и тут до меня впервые дошло, что на мне — всего-то обычные джинсы и старая синяя фуфайка Газа с обрезанными рукавами. Я сглотнул.

...это не Черри-воб нам помогла, нам помогла Черри-мечтательница, которая любила смотреть, как садится солнце и терпеть не могла драк.

Выглядели они кайфово — модно одетые и прямо симпатичные. Лет им на вид было шестнадцать-семнадцать.Одна — брюнетка с короткими волосами, у второй волосы были длинные и рыжие.Рыжая то ли злилась, то ли боялась. Она вся вытянулась в струнку на стуле и яростно жевала жвачку. <..> Чёрт, до чего же она была красивая. Я её знал, чирлидерша из нашей школы. Мне всегда казалось, что она задавака.

Мы с Кудряхой, который был Тимом в миниатюре, - таким же крутым, дерзким и непрошибаемым, - как-то раз на слабо прижигали друг другу пальцы сигаретами: кто дольше продержится и не отдёрнет руку. Вот стоим мы, зубами скрипим, морщимся, по лицам у нас пот катится, от запаха горелого мяса — мутит, но орать не орём, и тут мимо идёт Тим. Как увидел, что мы друг в друге дырки прожигаем, схватил нас за головы, да как треснет лбами, пообещав, что убьёт обоих, если ещё раз за этим застукает.

У Тима был настороженный, голодный взгляд бродячего кота, - вот кого он мне всегда напоминал, бродячего кота - и он и секунды не мог спокойно постоять на месте.

Газу я об этом, конечно, никогда не скажу, потому что Стив ему очень нравится, но я Стива Рэндла иногда просто терпеть не могу. По правде. Иногда я его просто ненавижу.

Стив специализировался на машинах. Никто не мог скрутить колпак с машины быстрее и тише него, а кроме того, он машины знал вдоль и поперёк и мог водить всё что угодно, лишь бы колёса были.

Стиву Рэндлу — семнадцать, он высокий и худой, у него густые набриолиненные волосы, которые он вечно зачёсывает в замысловатый кок. Он смышлёный и пронырливый и они с Газом — лучшие друзья с первого класса.

Смешинке не нужно и половины того, что он тырит из магазинов. Ему просто кажется, что это весело — тырить всё, что не приколочено.

Он славился своим выкидным ножом с чёрной рукояткой и умением воровать в магазинах (а иначе и ножа у него бы не было), и ещё он вечно паясничал перед копами. Не мог удержаться и всё тут.

Жизнь для Смешинки — одна затяжная шутка.

Старше всех — Смешинка, и он же в банде главный остряк. Росту в нём где-то футов шесть. Он крепко сложен и очень гордится своими рыжеватыми бакенбардами. У него серые глаза и улыбка до ушей, и даже помирай он — всё равно будет отпускать шуточки. Его просто-напросто не заткнёшь, как будто ему смешинка в рот попала. Отсюда и прозвище.