All your perfects

Раньше я верил, что, если любишь достаточно сильно, эта любовь может выдержать все. Пока двое любят друг друга, ничто не может их разлучить.
Даже трагедия.
Но теперь я понимаю, что трагедия может разрушить даже то, что кажется незыблемым.

Плакать ты будешь ночью. В подушку. Вот тогда будет больнее всего.  Когда останешься одна

Люди не всегда замечают,  во что их превращают обстоятельства.

Я называю это танцем разводящейся четы. Первый партнер делает попытку поцелуя, второй ее отвергает, первый делает вид, что не заметил. Мы уже давно танцуем этот самый танец.

Меня злит, что он явился без предупреждения, а еще больше — что я рада его видеть.

— Ненавижу тебя. Ненавижу.

По моей щеке скатывается слеза.

— Ты не можешь меня ненавидеть, — тихо говорит он. — Чтобы возненавидеть меня, ты должна меня любить. А ты уже давно ко мне равнодушна.

Я плачу не из-за того, чего никогда не было. Я плачу о том, что подходит к концу.

Это потому, что он заставляет меня чувствовать себя привлекательной. То, как он смотрит на меня. То, как он со мной разговаривает. Никто и никогда, глядя на меня, не заставлял меня чувствовать себя красавицей. Словно он едва сдерживается, чтобы не тянуться ко мне губами.

Грэм даже не прикасается ко мне, но я чувствую его прикосновения повсюду.

Джейсон прикасается ко мне везде, но я нигде этого не чувствую.

Теперь я не могу отделить секс от надежды, а надежду от отчаяния. Секс есть надежда, есть отчаяние.

Секс-надежда-отчаяние.

Избегать – вроде бы безобидный глагол, но одно это слово может нанести серьезный ущерб отношениям.

Слишком многого мы избегали в нашем браке просто из страха. Избегали общения. Избегали разговоров о наших проблемах. Избегали всего, от чего нам было так грустно. А со временем я начала вообще избегать спутника своей жизни. Я избегала его физически, потом стала избегать и эмоционально, а это привело к тому, что многие чувства остались невысказанными.

«Извини за мое поведение в твоем кошмарном сне. Пожалуйста, прости меня в том сне, который увидишь сегодня ночью».

И только в этот момент я понимаю, почему нахожу его таким привлекательным.
Это потому, что он заставляет меня чувствовать себя привлекательной. То, как он смотрит на меня. То, как он со мной разговаривает. Никто и никогда, глядя на меня, не заставлял меня чувствовать себя красавицей. Словно он едва удерживается, чтобы не тянуться ко мне губами.

Я прижимаю руку к животу. Глотнуть бы водки.

Мы с Грэмом так давно смотрим в противоположные стороны, что я даже не могу вспомнить, какие у него глаза, когда он внутри меня. Зато уверена, что он помнит, как выглядит каждый волосок на моем затылке, когда я отворачиваюсь от него по ночам.

- Ой-ой. Как-то у нас не складывается, Грэм.
- Наоборот, всё прекрасно. Ты будешь съедать мои помидоры, а я всё остальные овощи с твоей тарелки. И ничего не пропадёт зря. Просто идеальное совпадение.

Хотела бы я, чтобы он это понимал. Чтобы он знал, что иногда попытки даются мне труднее, чем неудачи. Я пытаюсь разделить его чувства, но это трудно, потому что я не знаю, действительно ли он разделяет мои. С чего бы? Это же не он терпит одну неудачу за другой.