Это вам не ужасы коллективизации
Это было потрясающе! Это как раз то, что я так долго искала – воспоминания крестьянина устами самого крестьянина. Здесь прекрасный слог, завораживающий рассказ о казалось бы скучной крестьянской жизни. И большое спасибо автору, что он написал о том, о чём многие не считают нужным рассказывать. У автора действительно имеется как литературный талант, так и умение наблюдать и хранить в памяти детали.
Советую сначала ознакомиться с биографией Столярова, прежде чем читать его мемуары. Это поистине что-то невообразимое, от церковно-приходской школы до Сорбонны!
Вот так вот, не вдаваясь в подробности подумаешь, мог, кто хотел, -- и в царской России можно было пробить путь наверх из самых низов. Но когда прочитаешь, каким на самом деле был этот путь, видишь ту пропасть, которая лежала между крестьянином и городом, предрассудки, уклад жизни, страх что-то менять, закон того времени, вот тогда осознаёшь, что та Россия Великой не была и быть не могла, более того, и стать ей не смогла бы.
Автор начинает с таких деталей, которые обычному горожанину ни о чём не говорят, а тем более сегодня. Как выглядит его родное село Карачун? Стоит только бросить беглый взгляд – и заметно, что люди здесь бедные, есть признаки того, что у людей даже нет скота. Расскажет автор и о гончарном деле, которым сельчане занимались. Дело это гробит здоровье, а уж продать сделанный горшок на рынке –это предприятие, сопряжённое с колоссальным стрессом. Чтобы продать горшки, нужно было ехать в город. Городская среда крестьянину враждебна, там косо смотрят, всюду блюстители порядка, чужая «крыша». И, о боже, в городе и язык отличается!
Не могу не процитировать, что могло бы случиться по дороге с крестьянином и его клячей, это просто прекрасно! Там в столицах кто-то про конституции говорил, ну а далеко от столицы:
Едет, бывало, обоз с поклажей в 10-15 подвод, когда весной дороги превращались в трясину или же зимой, когда с обеих сторон дороги скопились снежные сугробы. Крестьянские лошаденки — малосильны и еле-еле тянут воз по дороге. Вдруг навстречу обозу тройка барская мчится. Кучер кричит : « Сворачивай ! » Но мужики еще до грубого окрика заметили не-крестьянскую повозку и начинают сворачивать с дороги, тащить своих бедных животных в грязь или в снег. После проезда важного лица у лошадей нет сил выбраться на дорогу. Крестьяне гурьбой стараются выправить повозку, помочь лошадям выйти на торную дорогу, проклиная того, кто причинил им беду. Они подбодряют несчастных лошадей, толкая повозку сзади, и тащат самих лошадей спереди, поощряя их криками. Если случайно проезжал верхом на лошади барский объездчик*, он стегал плетью мужика за то, что его лошадь, оставшись без присмотра, забежала на барское поле и -съела несколько колосьев овса, ржи или пшеницы.
Интересующиеся тем, как делили землю между крестьянами в 19 веке, утолят здесь своё любопытство. Старались, чтобы сельчанам досталось одинаково землицы плодородной и похуже, но сами понимаете, как выходило на практике. А ведь семьи пополняются, земли нужно больше, а где её достать? Это на заметку тем, кто клеймит большевиков и колхозы, кому кажется, что крестьянам всего-то нужно было раздать землю и закрепить частную собственность. Переделы земли и неправильная вспашка делают её всё более непригодной для возделывания.
Раскрывает автор здесь и крестьянское мировоззрение, насколько деревенский житель не привык жаловаться и принимать все повороты судьбы как волю божью. Насколько он мало знает о природе, его окружающей. Мне всегда казалось, что крестьянин знает, как живёт каждая травинка. Нет, Столяров рассказывает здесь такие вещи, что диву даёшься, сколько мало он мальчишкой знал о животном мире, более того – некогда задумываться о том, как живёт, например, лисица, когда та, посетив курятник, убежит обратно в лес.
А что получал крестьянин от царской власти? Мы ведь все сегодня требуем, чтобы в обмен на уплату налогов государство нас защищало, обеспечивало мед помощь, выплачивало пенсии. А вот какова картина при царизме, который у нас сегодня опять выдают за Великую Россию:
Нужно сказать, что уездное начальство тоже вспоминало о жителях Карачуна только тогда, когда наступал момент призыва к отбыванию воинской повинности и когда нужно было взыскивать с населения недоимки*. Не будь этого, село Карачун было бы для уездных властей одной из ничего незначащих географических точек. Культурных связей с городом не было никаких ; школы в селе не существовало.
Земская больница*, на обязанности которой лежала забота о здоровье населения, находилась в 40 верстах от Карачуна и далеко от обычных главных путей сообщения жителей.
Что касается ветеринарной помощи, крестьяне имели о ней смутное представление или даже не знали о ее существовании.
Разные земские натуральные повинности выполнялись ими по распоряжению местных властей : земского начальника, волостного старшины, писаря и сельского старосты. В большинстве случаев они не знали даже, что выполняемые ими повинности предназначены Земству. Они не знали точно, что такое Земство, чем оно занимается и какая польза от него крестьянству.
Местным органам власти вообще не до людей. А роптать – грех, церковь не велит. Царь далеко? Не намного ближе жителям села Карачун таинственная принцесса Ольденбургская, земли которой находятся неподалёку. Это самое большое поместье, куда уходили работать крестьяне из близлежащих населённых пунктов.
А государству помимо налогов, податей, подушного налога и бог знает чего ещё мужское население должно нести воинскую службу. Автор рассказывает о своей семье:
Мой отец принадлежал к категории призывных лобовых, т.е. не имеющих никаких льгот по отбыванию воинской повинности. Моя мать осталась с двумя детьми в семье родителей мужа. Отец должен был служить пять лет. Но незадолго до окончания срока его службы Россия объявила войну Турции (1877-1878), и он должен был остаться в армии еще два года.
В семье своего мужа она /мать/ осталась верна самой себе и стойко прожила семь лет с двумя малыми детьми, когда ее муж был в армии. В то время солдатам никогда не давали отпуска, и семья редко получала вести от него, а во время войны — никогда.
Умилил рассказ о том, что и без того бедных крестьян, страдавших от голода, лишали земли за неуплату податей. Столяров рассказывает, как понятые ворвались в дом, описали вещи, да ещё и посадили в тюрьму беременную невестку. Подробности прочитаете сами, очень интересная картина.
1890 год – первая церковно-приходская школа в с. Карачун. Воздержусь от комментариев, просто процитирую:
Каждый из них учил на свой лад и тому, чему находил нужным учить. В одном не было разногласий между ними: в наказаниях. Давать щелчки в лоб, драть за уши, бить, бить линейкой по пальцам, ставить на колени; все эти наказания сыпались как из рога изобилия на тех, которые этого заслужили. Небольшое различие существовало среди наших учителей: дьячок предпочитал бить линейкой по рукам, попадья – ставить нас на колени, а священник признавал одинаково все виды наказания…
Конец 19 века – это время, когда народничество уже шло на спад и умы молодёжи захватывал марксизм. Я надеялась, что автор хоть что-то замолвит о народниках, но из рассказа о «настоящему учителе» я так и не поняла, кем он был. Единственно, автор упоминает, что религиозно-патриотическое воспитание было задумано в противопоставление революционным настроениям. И как же примечательно, что власти опомнились лишь в 1890 году со школой! Ибо это место мог бы занять кто-то другой.
Ну а вот к каким результатам приводило обучение в такой школе:
Дети, окончившие эти школы, не заражались в них ни любовью к учению, ни желанием к усовершенствованию. Большею частью, они становились полуграмотными или совсем безграмотными, неспособными читать и понимать самые простые рассказы, а тем более газеты.
Далее автор рассказывает о дальнейшем своём образовательном пути, уже среди «мажористых». Там тоже не обошлось без приключений, битья, «дедовщины».
Российская империя – страна аграрная, подавляющую долю населения составляли как раз такие, как Столяров. Так что можно сказать, что вот так выглядела жизнь в ней большинства людей. Скудные знания о мире, контроль церкви, отсутствие заботы со стороны государства. Если почитать то, в чём обвиняют колхозы и коллективизацию… вспомните рассказ Столярова, прежде чем делать выводы.
Книгу горячо рекомендую всем заинтересованным крестьянской жизнью, её реалиями.
75 понравилось
