Dvůr trnů a růží

Ризанд говорил, что выберет подходящий момент и расскажет Тамлину об уговоре со мной. Расскажет, ударив побольнее, и будет наслаждаться. Мерзавец. Коварный, расчетливый мерзавец.

— Да, Фейра. Я был занят. Полагаю, и ты тоже.
— Как понимать твои слова? — спросила я, чувствуя подвох.
— Если я предложу тебе луну на веревочке, ты и меня поцелуешь?

— Когда я служил в отцовском пограничном отряде, мы устраивали состязания на самое непристойное пятистишие. Проигрывать я не любил, а потому решил научиться стихосложению.

Там я остановилась и насладилась зрелищем верховного правителя, попавшегося в мою ловушку. Он висел вверх тормашками, тщетно пытаясь высвободить ноги.

— Две шутки Фейры за один день. Просто чудо, посланное мне Котлом

— Ласэн полюбил женщину и хотел жениться. Но отец счел такой брак крайне неприемлемым для их родословной. Ласэн заявил, что ему важна любовь, а не аристократическое происхождение избранницы. Он считал свою пару достойной и говорил, что все равно женится и покинет отцовский двор. Пусть братья дерутся за власть.

— Я чуть не умер от удивления, — послышался голос Ласэна. — Оказывается, Фейра умеет шутить.

Сегодня — никаких сражений, никаких убийств. И нагов тоже не предвидится.

— Ты будешь рисовать вне дома, в доме и даже на крыше. Там, где тебе понравится. Ты никому не помешаешь.

— Представь себе, фэйри тоже умеют врать. Мы считаем вранье своеобразным искусством. Когда-то давно мы намеренно соврали смертным, убедив их, что вранье нам не свойственно.

— Но даже после маленького путешествия в ад ты все равно замечательно выглядишь

— Хорошо, что у тебя сверхострый слух, поскольку я умею держать рот сверхзакрытым.

— Но ты умный и здравомыслящий фэец. Поэтому останешься в своей комнате и найдешь чем заняться.

— Ласэну ты позволяешь брать тебя на охоту и…
— Ласэн такой, какой есть, и не пытается казаться иным

— Почему я должен смеяться над твоим недостатком?

— О тебе когда-нибудь заботились? — спросил он.
— Нет, — дерзко ответила я.
Когда-то меня это угнетало. Я даже плакала. Но затем убедилась: жалость к себе только мешает жить. И потом, мне было привычнее заботиться самой.

— Кстати, где ты научилась так ловко перевязывать раны? Твоя повязка не стесняет движения.
— У нас это называется методом проб и ошибок. Сегодня поранилась, а завтра нужно снова натягивать тетиву. Отсюда и такие повязки.

Я слушала его вполуха, а сама думала о том, насколько разительно изменила мою жизнь всего одна стрела.

— Что за чушь ты городишь, Фейра! — поморщился Ласэн. — Я не настолько стар.

— Посмотреть на богге — значит подтвердить его существование. Так он становится реальным и затем убивает тебя.