Одного разу в Голлівуді

Слушать, как Рик пересказывает одни и те же байки и истории, и делать вид, что впервые их слышит, — практически одна из рабочих обязанностей Клиффа. А еще, строго говоря, и признак невысокого ума Рика.

И дело вовсе не в том, что у Чарли не было таланта — какой-никакой талант имелся. Чего у него не было, так это дисциплины, чтобы работать над талантом, который был.

Из открытой коробки «Макароны и сыр „Крафт“» Клифф достает пакет сырного порошка, вскрывает и посыпает содержимым лапшу в ковше. Деревянной ложкой с усилием перемешивает лапшу с оранжевым порошком. В рецепте сказано добавить молоко и масло, но Клифф уверен, что тот, у кого хватает денег на молоко и масло, не станет есть макароны и сыр из коробки.

«Падающей лошадью» называли такую лошадь, которая умела падать и при этом не калечиться и не пугаться. А в Голливуде, где каждый день клепали сотни фильмов и телесериалов про Дикий Запад, если у тебя есть лошадь, которая умеет падать и вставать, то у тебя есть свой личный маленький станок для печати денег. Больше можно было заработать, только если повезет и у тебя родится ребенок, который станет успешным актером.

«Ну зашибись», — думает Рик. Он ненавидит искусственные бороды и усы. Это как играть с гусеницей, приклеенной к губе, или с бобром — ко всему лицу. Не говоря уже о гримировальном лаке, при помощи которого все это добро лепят на морду.

Но Маккуин смотрел на Романа с такой усмешкой, словно хотел подчеркнуть очевидное. «Я трахал твою жену», — говорили его голубые глаза и ухмылка тонких губешек.
Кроме того, Роману не нравится, как Маккуин обращается с Шэрон — например, подхватывает ее на руки и крутится, а она, как маленькая девочка, кричит: «Уи-и-и!» Роман на это не способен физически. И Маккуин об этом знает и поэтому так делает.

в Америке — и когда я говорю «Америка», я имею в виду «Голливуд» — граждане, считай, всю войну провели в тылу, защищенные от чудовищных подробностей сражений, и потому в их фильмах до сих пор сквозила упрямая инфантильность и раздражающая преданность развлечению для всей семьи

Когда ты так чертовски красива, сказал он, надо быть дурой, чтоб не попытать удачи в кино. Мало того, на его взгляд, у нее есть все шансы.
— Вот если б моя двоюродная сестра Шерри поперлась в Голливуд, чтоб стать новой Софи Лорен, вот это была бы несбыточная мечта. Но красотка вроде тебя? — рассуждал он. — Если увижу тебя на экране рядом с Тони Кёртисом — ни капли не удивлюсь.

Босоногая блондинка была бы дурой, если бы не знала, насколько красива. Но она не допускала, чтобы внешность определяла ее характер. Ее характер определяли мягкий нрав, интерес к людям и искренняя страсть к путешествиям, и, хотя она вполне осознавала, как для молодой женщины опасно путешествовать автостопом, она тем не менее была рада пуститься в путь.

Самое главное в этом городе, если у тебя есть деньги: купи дом. Не арендуй. ... Недвижимость в Голливуде означает, что ты здесь живешь. Не в гостях. Не проездом. Ты здесь, мать твою, живешь! ... В смысле сам я сейчас в полной жопе, зато посмотри, кто живет со мной по соседству.

Одному из приглашенных режиссеров, Вирджилу Фогелю, в голову стукнуло, что главный герой сериала, Джейк Кэхилл, должен ходить в большом зимнем пальто, причем белого цвета. В реальной жизни подобный прикид выглядел бы нелепо. На черно-белой пленке — вроде как стильно.

— Еще раз, — замечает Клифф, — я — не ты. Но, на мой взгляд, это был бы весьма примечательный опыт.
— В каком смысле? — с искренним любопытством интересуется Рик.
— Спасаться от вспышек фотографов. Потягивать коктейли, сидя за столиком с видом на Колизей. Есть лучшую в мире пасту и пиццу. Трахать итальянских цып. Если хочешь мое мнение, — делает вывод Клифф, — это гораздо лучше, чем околачиваться в Бербанке и получать по морде от Бинго Мартина.
Рик хохочет:
— Что ж, с этим не поспоришь.

— Серьезно? И много ты играл в театре?
— Не очень. Мне быстро надоедает раз за разом повторять одну и ту же херню.

Обычно воскресные вечера Клифф проводил в одиночестве (по воскресеньям он и ходил на иностранные сеансы). Никого из знакомых это не интересовало (почти смешно, как мало каскадеры интересуются собственно кино). Но Клиффу даже нравилось ходить в кино одному. Это было его личное время с Мифунэ, Бельмондо, Бобом-прожигателем и Жаном Габеном (и красавцем Габеном, и седым Габеном); это было его время с Акирой Куросавой.

"Жизнь — это истекающая кровью, визжащая, ожесточенно брыкающаяся свинья у тебя в руках. А

смерть — это просто гора тяжелого неподвижного мяса"