Бірманські дні

Замечательная книга. Яркая, живая, от которой просто не хочется отрываться.
Когда-то я прочитала "Кима" Киплинга и узнала, что с ее автором по вопросом реалистичности происходящего в колониях заочно полемизировал Оруэлл своей книгой "Дни в Бирме". Тогда-то она и попала в мой виш. Прочитав обе книги я могу сказать, что с моей точки зрения, Оруэлл победил с колоссальным отрывом. Потому что его "Ким" - это идиллическая зарисовка о том, какое райское место Индия. В попытке максимально идеализировать место, героев и всех людей вокруг вообще Киплинг сотворил приторную скучную пустышку, которой не веришь ни в одном аспекте.
У Оруэлла все совершенно иначе: света ярче, герои живые, даже бесконечные москиты и удушающая влажность воздуха пробивается со страниц. Его персонажи неидеальны, они полны пороков и слабостей, подвержены влиянию общественного мнения за тысячи миль от центра цивилизации - Британской империи. Они выживают как могут, спасаясь пьянством, распутством, жестокостью и прозрением о неидеальности Империи.
Главный герой - Флори, представитель лесозаготовительной компании. Живой и интересный человек, который смирился с жизнью в бирманской глуши и сумел найти прекрасное в национальном колорите местных жителей. Он с удовольствием общается с местным врачом, представителем азиатского населения, посещает народные празднества, содержит бирманку для себя. Он начал путь от истинного британского снобизма к построению равных отношений с окружающими, но при малейшей угрозе вновь стать жертвой всеобщего порицания быстро отступает. Слишком сильны воспоминания из детских лет, когда за родимое пятно на лице ему присвоили оскорбительную кличку. Но при всей своей противоречивости он наиболее трезво оценивает происходящее вокруг и понимает, что просвещение и достижения, которые несет Британская империя в колонии, очень часто сводится к распространению сифилиса.
Главная героиня - племянница одного из местных европейцев. Надменная, полная снобизма, взращенного в нищенском существовании среди аристократов и богемы. Прибыла в Бирму после смерти матери с целью найти себе респектабельного мужа среди представителей местного клуба европейцев. Ограниченная и глупая девица. своей жестокостью доведшая ситуацию до трагической развязки.
Остальные европейцы - спивающиеся, ожесточенные расисты, которые только и ищу повода, чтобы жестоко истязать или убивать коренное население.
Яркие представители азиатского контингента - врач-индиец и судья-бирманец. И если врач - достойный представитель своей профессии, честный, умный и самоотверженный в своей желании спасти даже нежелающих лечиться крестьян. То судья - яркий образчик коррумпированного мелкого чиновничества, выбившегося из самых низов. Его принцип - взятки, анонимки, подстрекательства. Его цель - быть принятым в клуб европейцев как высшее достижение жизни.
Ни о какой идиллической картине существования у Оруэлла и речи нет. Все четко, правдиво и жестоко. И этой позиции я верю куда больше.

Ранний Оруэлл хорошо прошёлся по жизни англичан-колонистов, красочно представив всю подноготную их имперских амбиций, а в сущности – жалкого и довольно прискорбного существования. Здесь и девки-проститутки, бесконечные попойки, ругань местных туземцев, именуемых не иначе, как «цветным сбродом», «вонючими чёрными свиньями», «рабскими тварями», «негритосской сволочью», и всякими прочими нецензурными словами, которые почему-то здесь и упоминать не хочется.

Автор не чурается реалистичностью и выпаливает всё как есть, не щадя ни чувства своего читателя, ни всевозможные нормы. Зато действует безотказно. Забавно, как расходилось представление об окружающей действительности и местных бирманцев, и белых колонистов, приехавших несколько лет назад и успевших несколько освоиться, и тех, кто только явился и рассчитывает пребывать лишь ненадолго: так, маленький вынужденный шажок на пути к заветной карьере или желанному жениху. Вроде лейтенанта полиции Вэррилла или той же Элизабет – девушке романтичной и воспитанной в самом что ни на есть британском имперском духе («Ах, все здесь свиньи и живут по-свински»).

Нет, вопреки ожиданиям, не встретить на страницах романа сколь-нибудь приятного персонажа, тому, кому бы действительно до конца симпатизировал. Разве что индийский доктор Вересвами станет исключением. Даже главный герой – Флори вызывает скорее сочувствие и сожаление за свою нелёгкую судьбу, хотя местами так и хочется прокомментировать: «Сам виноват». Так или иначе, сперва этот человек ничего кроме отвращения не вызывал. Обычное повседневное существование «белого человека» в глуши имперской провинции: ранние совокупления с опостылевшей наложницей Ма Хло Мэй – давно надоевшей, но неизменно липнувшей, побывки в клубе, где все надираются до беспамятства ещё до начала рабочего дня, а затем – горы никому ненужных бумаг, дело, не приносящее ни денег, ни какого-либо душевного удовлетворения, затем опять вечерние попойки, бесконечные преклонения и кривляния местных аборигенов, разговоры о низости и мерзости здешних обывателей. Словом, обычное повседневное жалкое прозябание. И чувство беспробудного одиночества, от которого Флори спасается разве что в бутылках джина, да объятьях ненавистной бирманки.

И лишь приезд белокурой Элизабет решительно меняет всё. Вместе с девушкой пробуждается и чувство любви – той, что возвышает, даёт надежды, заставляет перемениться. Только Флори – совсем не та партия, на которую она рассчитывает. Но внимание английского джентльмена в этой глуши, среди «свиней», обольщает, к тому же эти постоянные попытки домогательства, а затем и изнасилования со стороны родного дядюшки за углом от его жены – рано или поздно достигнут цели, если она не успеет найти до того для себя выгодного мужа. Так девушка пускается в игру: бесконечные прогулки утром и вечером, охота на птиц, беседы ни о чём, которые скорее отвращают, нежели дают хоть какое-либо наслаждение. Всё это даёт мелкому чиновнику чувство ложной надежды, и тот уже подумывает о предложении. К сожалению, несмотря на курьёзности положения, ситуация выглядит вполне естественной даже сегодня. Сколько охотниц за выгодной партией, сколько матерей, взвешивающих богатство и положение ухажёров своей дочери – разве не об этом в первую очередь думают многие на их месте?

Отношения между Флори и Элизабет, конечно, - одно из центральных, но всё же не главное в романе. Интриги местных бондов, желание получше устроиться, подлизавшись к «белому человеку» повыше, да и стать с ними наравне – именно такая затея превозносилась У По Кином – старшим судьёй Кьяктады, что в Верхней Бирме. По существу, он «кукловод» всего округа: ловко низвергает врагов, проводит подставные дела, собирает барыши с каждого, деньги текут рекой и уже не доставляют никакого удовольствия. Вот если бы «белый губернатор» вручил орден за заслуги перед Империей – он не почурался бы ни одни убийством, рядом ложных бунтов, сотнями рупий и смертных грехов – потом отстроенные пагоды забронируют ему надёжное перерождение после смерти.

Так или иначе, роман вполне реалистичный. И после его прочтения ещё долго остаётся ощущение горького послевкусия. А что ещё ожидать от края, насквозь пропитанного снобизмом белого превосходства над аборигенами, но разобщённого внутренне, измученного снобизмом и мелкими распрями.

Не часто встретишь книгу, в которой царствует его величество случай. Вот-вот может случиться счастье, и вдруг, не больше не меньше, сюжет меняется при помощи землетрясения. Это, пожалуй, самый яркий пример, но не единственный в романе.

Англичане крепко сидят в Бирме и относятся к местному населению как примерно в то же время (20-е годы XX век) белые американцы к чёрным, либо к коренному населению американского континента, воспринимая его как недолюдей и скотину. Весь досуг - бухло и шлюхи, и несение мысли, что колонисты несут населению культуру и цивилизацию.

— И как прекрасен сам тип — английский джентльмен! Изумительная терпимость! Традиция единства и сплоченности! Даже те, чьи высокомерные манеры не очень приятны (у некоторых англичан порой действительно заметен этот недостаток), намного достойнее нас, людей Востока. Стиль поведения грубоватый, но сердца золотые.

— Может, позолоченные? Прикидываться братьями в этой стране и вечно изображать из себя дружных английских парней, то бишь дружно выпивать, симпатизируя землякам-собутыльникам не больше скорпионов. Нашу сплоченность диктует политический расчет, а выпивка — главная смазка механизма, без нее мы через неделю взбесились бы и перебили бы друг друга. Отличный сюжет для ваших утонченных моралистов — пьянка как фундамент Империи.

Среди героев единственный, кто мало того, что осознаёт, но и ищет нормального человека - мистер Флори. Порицаемый за лояльность к аборигенам, он продолжает дружить с местным доктором, который слепо преклоняется перед англичанами. Затем Флори встречается Элизабет, и как это часто бывает, влюблённость ослепляет его. В то время, как она ему явно не пара, он прямо видит в ней родственную душу, человека, которую искал. С чего вдруг? Так любовь зла, полюбишь и Элизабет. А той нужно лишь удачно пристроить себя, чтобы не жить в "свинстве".

Очень красноречива жестокость белых в отношении бирманцев, и не менее красноречива жестокость судьи Ю По Кьина, который в погоне за личными амбициями не остановится перед смертью людей. Кровавая расправа над бунтарями, возмущёнными жестокостью белых, подавляется с ещё большей жестокостью, что для того времени норма, и всё, о чём жалею англичане - что мало показали.

И вот теперь, по прошествии ста лет, когда знаешь, как сложилась история и азиатских, и африканских, и европейских государств, невольно спрашиваешь себя - а что в корне изменилось? Цивилизованное общество пришло к толерантности по малейшему признаку, призывает к терпимости и уважению. Но копни глубже - и всё это оказывается слишком поверхностным. Диктатура, насаждение собственной воли, политики, строя - всё это осталось, только прячется под другими занавесками и кличется "демократическими ценностями". Ну и география тоже другая.

Финал почти счастливый. А что? Элизабет получила то, зачем припёрлась в Кьяктаду и вышла замуж, да ещё к тому же успешно. Ю По Кьин был принят в суд. Эллис не понёс ответственность. Веррел поматросил и бросил, а ему иного и не надо было.

Ну а то, что двоим нормальным не повезло - так это только подчёркивает основную мысль романа: порядочные проигрывают, засранцы остаются на коне. Это Бирма, детка...

P.S. Книжку прослушал в озвучке Валерия Кухарешкина. Прекрасный чтец, хороший голос, удачное звуковое сопровождение. Люблю вот такое не торопливое и не медленное чтение, когда отчётливо сказано каждое слово, и ни одна мысль благодаря чтецу не потеряна. Правда, пришлось уточнять написание отдельных имён, трудно воспринимаемых на слух, и выяснил, что у книги не один перевод. Но это уже другая история.

Конечно, масштаб затрагиваемых тем и смыслов у Оруэлла сильно вырос с годами, но и эта книга, вроде бы первая, -- прекрасна. И, учитывая, что она во многом автобиографическая и очень смела для того времени, -- вообще браво! Но, кроме таких оценок, есть ещё сам текст. И он доставляет эстетическое удовольствие. Картины яркие, герои -- живые и разные. Очень разные. Удалось нарисовать таких колоритных и многоплановых персонажей, всякий -- со своей натурой и правдой. И ещё в романе восхитительный тонкий юмор, замечательные обороты. Но он и не про стыдливость, отнюдь. Он даже весьма откровенный. Но так легко и ненавязчиво, между прочим. Как оно обычно и бывает. Очень красочно нарисованы и эпоха, и общество. Чувствуется дух страны и дух тех, кто в неё себя поместил, и дух местных.
Живой, не стареющий с годами восхитительный текст и радость для читателя.

1001 books you must read before you die: 426/1001.

Джордж Оруэлл.
«Дни в Бирме»

Этим произведением я завершаю знакомство с творчеством Джорджа Оруэлла.
Простая история жизни британцев за пределами своего ненаглядного островка. В целом, ничего особенного в этом романе нет. Оруэлл опять пишет о том, о чём был знаком. Ведь попутешествовал он не мало.
История неразделённой любви, предательства, закулисных интриг, отношения «высшей расы» к Untermensch с Бирмы.
Оруэлл есть Оруэлл.
Сухой язык, конец читаем заранее, но, тем не менее, читать его всегда интересно. Есть в его прозе что-то притягательное. Что-то такое, что затягивает и не отпускает до конца истории.
У меня ни разу не было чувства сострадания к героям его романов.
Он создаёт свои узоры так, что ты просто читаешь, поражаешься и к концу романа чувствуешь себя опустошённым.

Жизнь провинциального городка на задворках Британской империи - в Бирме. Два мира - аборигены и англичане - сосуществовуют на одной территории, пересекаются для выправления общих дел, но живут совершенно отдельно друг от друга, как будто две планеты на разных концах галактики.
Англичане, служащие в Бирме либо на военной службе, либо в торговой, составляют меньшинство населения, но тем не менее престиж у них несравнимо больший из-за происхождения и цвета кожи. По умолчанию любой цвет кожи кроме молочно-белого от рождения вторичен и принадлежит людям нашей расы. Родители-европейцы значат больше любого количества благородных личных качеств. Коренные бирманцы внутри своего народа могут добиться хороших карьерных высот, как удалось это сделать бедному мальчугану По Кину, а теперь многоуважаемому судье У По Кину. Лишь полукровки не приняты ни там, ни здесь, и мыкаться им до конца жизни всего их рода.

Кьяктада - городок очень маленький, но гордый: в нем есть клуб - барачного типа строение, где горстка англичан собирается прямо с утра и набирается алкоголем, потому что делать больше нечего. Единственный среди них, некто Флори, искренне интересуется жизнью вокруг, изучает местный язык, любуется природой, пытается понять местный менталитет. Но и он подлый трус и алкаш. У остальных британцев, некоторые из которых живут в Бирме уже по двадцать лет, просто отсутствует орган, который помогает человеку воспринимать азиата как человека.

Недолго осталось клубу существовать в чисто английском виде: поступил приказ свыше принять кого-то из местных. Англичане зашевелились протестовать против такого кощунства, бирманцы зашевелились предложить свои кандидатуры - и покатились головы, карьеры, судьбы.
Вышло, конечно, по Дарвину: выживает наиболее приспособленный, отнюдь не всегда это лучший экземпляр.

Сложно оценивать эту книгу, очень неоднозначные впечатления. И вроде тема интересная, и герои, но как-то не очень захватывающе написано в итоге, хотя концовка вытянула однозначно. Такого поворота я точно не ожидала.

В целом, книга очень реалистичная. Все события происходят, как вы можете понять, в Бирме, колонии Англии. Оруэлл показал жизнь англичан-колонистов, их превосходство над аборигенами и разобщенные отношения в европейском клубе. Также автор затронул судьбы местных жителей, их непонятное сознание и культуру для европейцев.

Роман актуальным, мне кажется, останется не одни века, ведь здесь показаны расизм, нацизм, алчность и неравноправие в принципе. Очень интересно то, что белые колониалисты чувствуют себя хозяевами жизни на чужой земле, хотя далеко не факт, что они бы достигли на своей родной земле такого же господства. И вообще, каково это прийти в чужую страну "диктовать" (пропагандировать) свои правила и установки и управлять абсолютно иным народом, с иной культурой и мировоззрением. Один только главный герой не согласен с империалистическими взглядами, и к чему это приведет, можете узнать в книге. Ах, да, забыла сказать про Элизабет. Насколько же важно было выйти девушке замуж, без разницы за кого, но лишь бы замуж, лишь бы за человека с имеющимся статусом.

Написано местами суховато, скучновато, но тема романа определенно меня цепляет. Рада, что познакомилась с ним, но перечитывать однозначно не буду.

Знакомиться с произведениями авторов, к которым многие подступаются уже после прочтения наиболее известных, «знаковых» вещей? Моя остановочка. Капоте для меня – это не «Завтрак у Тиффани», не «Хладнокровное убийство», а сборник рассказов «Дороги, ведущие в Эдем» (рекомендую). У Крапивина уже во взрослом возрасте (лучше поздно, чем никогда, хотя в этом случае – вообще никогда не поздно) взяла «Колыбельную для брата», добравшись до его знаменитых «Мальчика со шпагой» или «Голубятни на желтой поляне» уже потом. До сих пор удивляюсь, что Айтматова «распробовала» сразу же, с его «Когда падают горы»… Я не знаю, как это работает: просто в какой-то момент в руки идут именно такие книги.

Оруэлл продолжил традицию. Насколько она славная, судить не берусь, но и в этом случае знакомство вышло удачным. Не сказать, что приятным… но удачным безо всяких сомнений. Бывает и такое.

Автор знакомит нас с Джоном Флори – лесоторговцем, годами живущим в Бирме. Жаркой, душной, пропитанной запахами, увы, далеко не только сандала, цветов и специй, шумной, многолюдной, контрастной… колониальной – и потому несчастной. Это становится точкой преткновения: жить в стране с ее самобытностью, никого и ничего не ломая, – или попытаться насильно засадить бирманскую почву английскими розами? Флори принимает. А Флори, принимающего Бирму такой, какая она есть, не принимают уже «свои» – «пакх-сахибы», «белые господа», с чьих подошв, по их мнению, какие-то там местные дикари не достойны слизывать грязь. Однако это противопоставление, которое, казалось бы, должно было вызвать у читателя симпатию к Флори, не срабатывает. А может, у автора и не было такого намерения? Герой сам себя-то не принимает! Чуть ли не в каждом эпизоде с ним упоминается злосчастное родимое пятно на лице, которое кажется Флори невыносимо уродливым. Но это – лишь внешнее. Внутри у него еще больше того, что охота из себя выскрести: нерешительность, неловкость, все какое-то… не такое! Это ощущение обостряется, когда герой знакомится с Элизабет. Та становится для него светом в окне, фантазией о рояле, бальзаминах и картинах, чудным видением… будучи на самом деле абсолютнейшей пустышкой.

В книге мне не встретилось ни одного персонажа, который вызвал бы симпатию. Даже за дружбой безобидного, приветливого доктора Верасвами я в первую очередь видела попытку заручиться поддержкой «белого господина» и защититься от происков Ю По Кьина. Последнего бы считать главным злодеем в романе, но эта пиявка, сосущая кровь простого народа, для меня стоит на одном уровне с теми же Эллисом, парочкой Лакерстинов… Они все уродливы – но каждый по-своему.

И вместе с тем роман хорош. Я не оцениваю книги по принципу «нравятся герои или нет», иначе «Дни в Бирме» со свистом улетел бы в худшее года… И улетел бы незаслуженно! Потому что автору великолепно удается описание внутренних конфликтов, вытягивание на поверхность самых противных, самых мелких страстишек, которые, увы, были, есть и будут, – и показать которые настолько честно способен не каждый писатель. Оруэлл замечательно передает атмосферу. Вместе с героями мы изнываем от жары, сатанеем от москитов и липнущей к потному телу одежды, чувствуем удушливый аромат жасмина; это тот самый эффект присутствия, который я очень ценю в литературе.

Единственное, что по-настоящему коробит (да, я помню, что тут у нас не сахарная вата и Оруэлл верен стремлению все показать без прикрас), – это финал.

Стыдно признать, но до всемирно известных 1984. Скотный двор Джорджа Оруэлла я ещё не дошла.
Когда-то прочитанная и запавшая в душу Дочь священника и только прочитанные Дни в Бирме оказалось принадлежат одному авторству.
Дни в Бирме - не причесанный и не романтизированный роман о буднях англичан-колонистов в 1920 годах.
Это не приключение, которое рисуют в салонах Лондона. Бирма - отсутствие удобств, светского общества, болезни, нищета, скука, духота, изнуряющая жара, дожди, грязь, алкоголь и деградация.
Оруэлл не понаслышке изучил тему письма, сам пять лет отслужил в колониальной полиции.
Центральный персонаж Джон Флори, англичанин, коротающий дни в Кьяктаде, маленькой деревушке на задворках Бирмы. Он давно потерял иллюзии о карьере в колонии, образовании, триумфальном возвращении в Лондон. Сочувствующий аборигенам, интересующийся традициями, не осуждающий, явно не показывающий своего превосходства, Флори чувствует разобщенность с теми немногими представителями Англии, что составляют местное общество.
Флори отчаянно ищет родственную, душу которая разделит его одиночество, но чужой среди своих, он не становится своим жителям Кьяктады, поскольку сам невольно проводит черту. Надежда разделить будущее с Элизабет дает силы смотреть в новый день. Но за этой надежой Флори не замечает, что несмотря на родной английский, пара общается на разных языках. Девушка не слушает Джона, а Флори не слышит мисс Лакерстин.
Местами забавно, скорее трагикомично. Узколобость англичан. Нация считающая себя выше местных, показывает себя ограниченной, спивающейся кучкой снобов.
Невероятно колоритные образы доктора Верасвами, У По Кина, Мо Хла Мэй. Бирманцы, так рьяно рвущиеся в круг европейского белого общества, плетут дешевые интриги в духе Болливуда. Как ни странно, все схемы оказываются рабочими, потому что людские сердца читаются одинаково независимо от национальности.
Многослойный роман, антураж закатывающейся колониальной эпохи, перевернутая мораль, фальшивая близость, горькое чувство утраченных иллюзий и одиночества.

10\10, честный роман.

Как-то обложка совсем не соответствовала книге и навевала другие ассоциации. А в остальном получилась хорошая зарисовка об индийской жизни, вернее, о жизни колонизаторов в Индии. Это ещё ранний Оруэлл, и текст можно было бы перепутать с другими классиками, индивидуальные черты ещё только начинают формироваться. Хотя и эту книгу уже не назовешь историей со счастливым концом, но пока не столь велика масштабность происходящего, хотя намеки в эту сторону появляются.
Мы видим англичан со стороны, как огромных снобов, не допускающих чужих в свой класс. Их чувство превосходства над остальными, низшими расами, ярко бросается в глаза. Кое-кто из местного населения готов к бунту, но для него не хватает сил и организованности. А другие успешно играют на слабостях англичан и добиваются своего.
С другой стороны мы видим и кто именно, какие из членов этого лакированного общества британцев входят в эксплуатирующий класс. И понимаем, что это далеко не сливки, а напротив, люди, из общества выброшенные. Из-за недостатка денег, вредных привычек, сомнительного поведения и прочих маргинальных наклонностей. Эти джентльмены, которые требуют рабской покорности и преклонения, сами могут быть лишь карикатурой на расу господ. И большинство вполне смирилось с таким положением, закрывая на это глаза. Те же, кто мечтает выбраться, удастся ли это? Нет, чтобы плыть против течения нужен сильный характер, иначе они утонут. А люди с сильным характером там бы так не увязли и не искали спасения в случайно встреченной и недостойной того Музе.