Цитаты из книги Kdo chytá v žitě

Я сел в кресло, а он стал стричь свои паршивые ногти. — Может, ты их будешь стричь над столом? — говорю. — Стриги над столом, я не желаю ходить босиком по твоим гнусным ногтям. Но он все равно бросал их прямо на пол. Отвратительная привычка. Честное слово, противно.

Лучше бы некоторые вещи не менялись. Хорошо, если б их можно было поставить в застекленную витрину и не трогать.

А у меня никогда не было такой вещи, которую я бы пожалел, если б она пропала.

Кстати, мой отец тоже когда-то был католиком. А потом, когда женился на моей маме, бросил это дело.

Если человек умеет писать, <...>, то ему в Голливуде делать нечего.

Первый раз в жизни она мне сказала «заткнись». Грубо, просто страшно. Страшно было слушать. Хуже, чем услышать площадную брань.

Египтяне были древней расой кавказского происхождения, обитавшей в одной из северных областей Африки. Она, как известно, является самым большим материком в восточном полушарии.

Пояснение к цитате: из сочинения Холдена

Сам Эрни-громадный негр, играет на рояле. Он ужасный сноб и не станет с тобой разговаривать, если ты не знаменитость и не важная шишка, но играет он здорово. Он так здорово играет, что иногда даже противно. Я не умею как следует объяснить, но это так.

По-моему, если тебе не нравится девушка, так нечего с ней валять дурака, а если она тебе нравится, так нравится и ее лицо, а тогда не станешь безобразничать и плевать в нее чем попало.

Правда, она немножко слишком привязчива.

Раздражительный такой тип, с ним и спорить неинтересно.

... Скука была страшная. И делать было нечего, только пить и курить.

Вы бы видели, как они здоровались! Как будто двадцать лет не виделись. Можно было подумать, что их детьми купали в одной ванночке.

Я себе представил, как они сидят в каком-нибудь баре в своих пижонских клетчатых жилетках и критикуют спектакли, и книги, и женщин, а голоса у них такие усталые, снобистские. Сдохнуть можно от этих типов.

В общем, они тут же влюбляются друг в друга, потому что оба помешаны на Чарлзе Диккенсе...

Я представил себе, как миллион притворщиков явится на мои похороны.

И что самое важное, в девяти случаях из десяти люди науки гораздо скромнее, чем люди неученые, хотя и мыслящие.

Да, девчонки. Никогда не поймешь, что им взбредет в голову.

Ничто не менялось. Менялся только ты сам. И не то чтобы ты сразу становился много старше. Дело не в том. Но ты менялся, и все.....Лучше бы некоторые вещи не менялись совсем. Хорошо, если б их можно было поставить в застекленную витрину и не трогать. Знаю, что так нельзя, но это-то и плохо...