Брак не всегда держится на любви. Так было раньше, так есть сейчас и будет всегда. Никому не известно, что творится в чужой семье.

Один ремень. И десять тысяч багровых криков.

Когда бы Джой ни переступала порог комнаты, там сидела Рут. Всегда улыбалась, всегда жаждала подробностей о делах сестренки, даже если это был обыкновенный сбор яиц. Всегда высказывала свое мнение. Джой жалела старшую сестру, но мечтала разочек, хотя бы разочек войти к себе и не увидеть улыбающегося лица Рут, не услышать ее вопросов и советов.

- Как понимать ваше «м-м-м»? Намекаете, что она лжет?

– Все мы лжем, Шеп, – Вики пожала плечами. – Вопрос не в том, лжем мы или нет, а в том, какую именно ложь озвучиваем. И кому.

"— Вопрос не в том, лжем мы или нет, а в том, какую именно ложь озвучиваем. "

Когда Джордж впервые взял в руки ремень, Гвен убедила
себя в том, что она не догадывается о намерениях мужа, и ушла
в мастерскую. Погрузилась в работу: связать проволокой розы,
закрутить ленты, внести аккуратные записи в счетную книгу.
Ночью она лежала в постели, думала о давнем танце в Уиллшире, о своем неуклонно сужающемся с тех пор пути — и от страха
и оцепенения была не в силах признать правду: Гвен испытывала облегчение от того, что на другом конце ремня находилась
не она.

«Прошу, Господи, прошу, не позволяй…» Она оборвала себя.
Бог не собирается отвечать на ее молитвы. Ему просто все равно.
Мама тоже не кинется на спасение. Будет сидеть в мастерской,
окруженная лентами, цветами и венками для мертвых.

Как-то утром Джой, которой было уже пятнадцать, развешивала свои окровавленные простыни после очередного наказания
и думала: сколько лет ей должно исполниться, чтобы отец счел неприличным видеть ее обнаженное тело, перегнувшееся через край
кровати, и тем более применять к этому телу насилие?

«Это» случилось до моего рождения. «Это» было ужасной случайностью, несчастьем, и помочь никто ничем не мог, ни тогда, ни
сейчас. Лучшая помощь, единственная помощь — вести себя так,
будто «этого» не происходило вовсе.

ХЕНДЕРСОН, Джордж. Добрый и любящий отец семейства и христианин. Всегда с улыбкой и шуткой наготове.
Один из тайных ангелов Господних.

Придет и твой час, не сомневайся. Придет твой час

"Джой приводило в ужас то, что родители имели попы и носили трусы".

"… с депрессией живут многие – и при этом не бьют своих детей, не оставляют на их телах и душах страшные шрамы…"

"– Не все слова мне нравятся. Некоторые вызывают злость, страх или грусть, у этих слов картинки ужасные. Я однажды спросила у мистера Пламмера в школе, все ли мы видим одинаковые образы, а он надо мной посмеялся.
– Возможно, мистер Пламмер просто не понимает того, что твой мозг работает чуть по-другому. Представь, если бы все люди имели одинаковые мозги. Нам не о чем было бы говорить, и не было бы никаких Бетховенов и Моне, никаких Марий Кюри или Вирджиний Вульф."

"– Полагаю, Барбара надеялась, что рано или поздно мистер Ларсен ее полюбит. – Мама вновь пожала плечами. – Возможно, они и сумели полюбить друг друга. Что бы там ни писали в твоих книгах, брак не всегда держится на любви. Так было раньше, так есть сейчас и будет всегда."

"Сейчас Барри читал книгу под названием «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда».
– Чудесная книга, – сказала миссис Фелисити. – Нам очень понравилась.
Барри, легонько покачав головой, протянул:
– Ну а я пока не определился.
Мистер Фелисити удивленно ахнул:
– Это классика, Баррингтон, безусловная классика.Отлично раскрывает тему человеческой природы."

"— Можно лгать – или «не лгать» – другим, но не себе,"