Домашние правила

Кошмар. Понимаю, конечно, что одного прочтённого романа Джоди Пиколт не хватает для того, чтобы выдать хоть какую-то статистику, но пока она представляется мне эдакой помесью стервятника-падальщика и репортёра НТВ, который тычет микрофоном в рыдающую женщину и спрашивает что-то вроде: «Вот эти окровавленные куски мяса — это ваш пятилетний сын? Что вы чувствовали, когда по вашей вине он погиб страшной смертью? Говорите же, не молчите!»

Начнём с того, что всю «детективную» ценность этого опуса добросовестно уничтожили переводчик вместе с составителем аннотации. House Rules превратилось в «Последнее правило» — действительно, кому нужны широкие трактовки, можно просто в заглавии писать, кто убил и каким способом, а аннотация добавила фокусировки на деталях, так что даже самый неискушённый читатель складывает два и два, понимая, что произошло на самом деле. Художественная ценность… Ну… Я очень старалась, но её не нашла, потому что книга хоть и написана «ясным и чётким стилем» (спасибо питерским кроликам и особенно Milkymary за потрясающую формулировку того состояния, когда книжка не изобилует маразмами и не полная какаха, но похвалить её, в общем-то, не за что), но слишком затянута. История от разных лиц? Помилуйте боже, но они же все говорят одним и тем же языком и строят речь по совершенно одинаковым шаблонам, так не бывает. Кроме, конечно, главного героя, но об этом пуке в лужу чуть дальше. Ценность психологическая… Вот тут и проявился стервятник. Всеми силами Пиколт хочется, чтобы её описали как «О боже, какая она офигенная, обычная женщина понимает проблемы ТАКИХ матерей, ТАКИХ детей». Да ни фига она не понимает. Берёт зрелищную проблемку из тех, что любят обсасывать на ток-шоу, а потом ещё вбрасывает и вбрасывает в неё. Тычет и тычет палочкой. Я бы на месте реальных людей, связанных с описанными ею проблемами, вылила ей на голову ведро с ледяной водой, может, хоть так придёт в сознание. Писать о том, чего ты не понимаешь так, как будто ты специалист, от имени людей, которые через это прошли, выставляя всех в совершенно идиотском свете, чтобы подогнать под сюжет, достойный телеящика… Мерзко. Так из человека с синдромом Аспергера получается настоящий клоун, причём она из того же тщеславия и желания услышать «О как тонко она понимает» несколько раз специально оговаривает моменты «О нет, этот персонаж вовсе не как из телевизора, он такой настоящий, что можно упороться, смотрите, я даже не дала ему суперспособностей!» (которыми, кстати, обладает ровно такое же количество людей, страдающих от Аспергера, как и обычных людей, только они ярче проявляются из-за того, что они способны более чётко сконцентрироваться на чём-то одном). Зато все остальные зрелищные стереотипы Пиколт не поленилась собрать, совершенно забыв о незрелищных. К слову сказать «среднестатистический» человек с синдромом Аспергера едва ли обладает хотя бы половиной всех этих увеселяющих читателя деталей, а если и обладает, то из-за того, что в комплекте с Аспергером часто идёт обсессивно-компульсивное расстройство. Часто, но не всегда. А попытка писать от имени человека с другим устройством психики, пытаясь вычислить его мотивацию по рассказам третьих лиц, — жалкая. Сомневаюсь, что это удалось бы даже матёрому психологу (кстати, как раз речи психологов-психиатров и всех прочих мимокрокодилов Пиколт вполне удались).

Ну да ладно, понегодовали по поводу майн кампф с этой темой, записали «Последнее правило» в длинный список неудач массовой культуры в попытках осветить психологические расстройства профанами, но всё же акцент в книге Пиколт делала на другом. Социальные проблемы, несовершенство юридической системы, устройства общества… Ну да, это присутствует. Собственно, этот момент поднял оценку книги до «середнячка», хоть и нелегко выцепить из гремучей смеси на миллионе страниц воды нужную информацию. А вот конёк Пиколт — психологизм — не понравился совершенно. Затравка понятна: история идёт от лица разных персонажей, мы должны им всем посочувствовать и понять, что они несчастны не потому, что каждый виноват, а потому что мир несправедлив и солнце — грёбаный фонарь. А на деле получилось выписано то, что всё-таки персонажи виноваты. Например, мамуля, которая, конечно, не рада своему альтернативному ребёнку и забивает на второго сыночка, а мы должны это понять, но… Это забивание на Тео можно было бы понять, если бы мы читали книжку от третьего лица. А мы читаем её от первого, и ни разу за все почти шестьсот страниц эта зацикленная на собственном несчастьи курочка не подумала о том, что у неё есть второй сын. Даже мельком. Даже из разряда: «Ох, как ему тяжело, наверное». У меня сложилось впечатление, что ей вообще плевать, учитывая, что ему тоже уже некисло так требуется помощь психиатра. Но мамочке очень нужна роль лучика света в тёмном царстве, поэтому она несёт свой крест и едва ли не получает удовольствие от собственных мучений, потому что… Блин, это очень глупо: пытаться убедить мир, что твой ребёнок, как все, если он не как все. Страдать из-за этого каждый день, хотя есть и другие пути. Она же намеренно прёт самым тернистым, а потом капает слёзками, что ей очень трудно. Я сейчас не пытаюсь над ней издеваться, но я прекрасно знаю, что что-то можно пытаться делать даже в наших дремучих в этом планах родинах, не то что уж в зацикленных на emotional problems США, где с Аспергером прекрасно работают едва ли не с самого момента признания его особым расстройством, а уж национальная ассоциация, работающая с аутистами, вообще огромна. Но онажемать.

И когда ты от всего этого офигел, вдруг появляется какая-то мутная и невнятная любовная линия, как в романных с румяными принцами на обложках («Здравствуйте! Я умный, сексуальный и всепонимающий перспективный юрист, моложе вас на N-цать лет, хочу взять вас прямо здесь, немедля, несколько раз, а заодно заботиться о всех ваших детях с их проблемами, пройдёмте!») Зачем вот это было вообще? Добавить чуть-чуть надежды тем, кто мог бы попасть в такую ситуацию? Плюс ещё очень много мелких несостыковок в поведении обоих братьев, в неряшливом описании характера ГГ (например, не может он быть зациклен на времени односторонне! Если он впадает в истерику от опозданий на пару секунд в своём расписании, то никогда не скажет «Ой, я опоздал на работу на пять минут, почему же меня уволили, не понимаю?» Понял бы, очень даже. И никогда бы не опоздал). В итоге получается не чтение, а самое настоящее чтиво, которое очень грамотно выстроено по законам маркетинга в книготорговле, но не является литературой. С другой стороны, в литературе должно быть не только искусство, но и ремесло, смотрят ведь и ток-шоу, и новости НТВ. А если есть спрос, то появляется предложение.

Надо прочесть ещё Пиколт, чтобы подтвердить или опровергнуть своё мнение, всё-таки одной книжки, да ещё и давящей на больную мозоль, явно недостаточно.

Почему все так любят Джоди Пиколт? Не знаю. Могу сказать лишь для себя. Помимо писательского труда, она проделывает неимоверную работу, чтобы глубже узнать об аспектах, которые решила описывать в романе. Не впервые читаю роман, где главный герой "наделён" синдромом Аспергера. И только благодаря Пиколт я поняла, каково это на самом деле. Поняла настолько, что не посмею даже считать это болезнью. Это дар. Дар совершенного человека. Джейкоб, милый Джейкоб - самый интересный и уникальный персонаж из всех кого знаю. Госпожа Пиколт просто залезла в голову к этому мальчику, и мне очень понравилось там гостить.

Помимо изучения синдрома писательница неплохо разобралась по части судебных процессов, адвокатской деятельности и свода законов. Именно поэтому её романы не поверхностные, а детальные, жизненные и очень душевные. Нам самим предоставляют шанс оценить  каждого персонажа и понять его мотивы по личным меркам нормы, добра и зла. Одно дело, когда книга пишется от лица единственного героя, и события разворачиваются как-бы вокруг него, или рассказ ведётся от третьих лиц и, как часто говорят сами писатели, персонажи живут собственной жизнью, самолично творя свою историю. Когда же приходится каждую новую главу "озвучивать" голосом очередного действующего лиц - означает сызнова переворачивать своё мышление и смотреть с другого угла. Изумительный талант!

Ввиду эры тик-тока, да и вообще медийного времени мне всё чаще попадаются на глаза семьи, воспитывающие уникальных людей. Никто не скажет, что это просто и легко. Не каждому дано любить или суждено полюбить такого ребенка, как Джейкоб. Но его мать, кланяюсь ей в ноги, действительно любила своего мальчика, а не жалела или отдавала долг. Наверняка перед каждой женщиной вставал вопрос, как бы она поступила, попади в такие жизненные обстоятельства. Вопрос, где нет правильного или неправильного ответа. А такие книги, безусловно, помогают лучше понять природу удивительных неврологических нарушений  развития.

Писательница так хитро "оживила" свою историю, что я практически всерьез стала размышлять, как же сложилась жизнь мальчика-аутиста в дальнейшем. Во мне забрезжила надежда, что он нашёл спутницу для жизни, и его мать со временем легко отошла на покой.

В очередной раз романы этой женщины западают глубоко в душу. Но не в виде взрывной эмоции, а теплого и уютного покрывала. Немалую роль играет и художественный перевод на русский. Поклон специалистам и мастерам своего дела.

Как всегда, остросоциальный роман абсолютно в духе Пиколт.
Вот что мне нравится в её книгах - Пиколт берёт определённую проблему (далеко не всегда "кричащую" широко в обществе) и так раскручивает, со всех сторон и аспектов, буквально препарирует, что на выходе вникаешь в порой малознакомую до сих пор тебе тему настолько, что кажется, будто давно "варишься" в ней, что прочитал как минимум научно-популярную статью. Только здесь нет просто сухой констатации фактов, перечислений симптомов, пороков и углов, здесь живые люди и проблема не сама по себе, а среди них, среди нас. При этом никаких чёрное и белое, никаких положительных или отрицательных персонажей, правых или неправых - там где есть проблема, социум, там не может быть однозначности. Очень уважаю её за такой подход, хотя читать книги, в которых ты не можешь чётко принять чью-либо сторону, а иногда буквально разрываешься, весьма нелегко.

Что примечательно: даже все эти её повторные приёмы - судебное разбирательство, семья ГГ как замкнутый социум и пространство действия, постоянная смена повествующих лиц - не раздражают и не надоедают, ибо направлены на одну чёткую цель - показать, разобраться, достучаться.

Помимо всего прочего, что я вынесла конкретно этой книги, крутилась в голове еще одна мысль: Аспергер - далеко не самая худшая патология, с которой сложно жить. С которой можно жить.
Не поймите неправильно, я как раз вполне представляю, это реально тяжело. Но это возможно. Хотя общество не готово, и даже больше скажу - общество не хочет быть готовым.

Семейные правила: ''Заботиться о брате; он единственный, кто у тебя есть''

Как же мне нужна была эта книга, эта история именно сейчас, именно в этот момент моей жизни. Когда я сама стала мамой нестандартного, ''другого'' ребенка. И как мне важны были именно не ответы на мучительные вопросы, а сами вопросы, возможность бесконечно размышлять и принимать решения на основе этих размышлений...Хорошая ли я мать, какие ошибки я допускаю, возможно ли предугадать в этой жизни всё, что я могу сделать для своего ребенка...Как помочь наиболее безболезненно адаптировать ''иного'' ребенка к социуму...

Сильная, важная и очень - очень женская книга...О силе материнской любви, о силе отчаяния, когда твой ребенок не такой как другие, о стойкости, когда твоя жизнь летит к черту: сначала здоровый и жизнерадостный ребенок становится аутистом; потом уходит муж; потом ты постепенно лишаешься возможности добиться чего-то в профессии; потом тебя оставляют друзья, потому что вся твоя жизнь подчинена исключительно ребенку; потом, когда случается самое страшное и твоего ребенка обвиняют в убийстве, ты теряешь работу...Но по-другому ты не мыслишь свою жизнь, вернее мечтаешь, но по сути другая жизнь тебе не нужна, потому что есть эта...в которой есть дети...Да, ошибок Эмма допустила множество, сосредоточившись на социальной адаптации старшего Джейкоба с синдромом Аспергера, она забросила младшего - Тео. У которого есть хобби: проникать в чужие дома, представляя там, в чужих домах - настоящий дом, мечтать о том, как все было бы, если бы не..., мечтать о том, как он бы приглашал друзей в гости, но у Тео нет друзей...из-за Джейкоба...

У Джейкоба синдром Аспергера - один из пяти первазивных нарушений развития, который ещё называют формой высокофункционального аутизма. Он все воспринимает буквально: если вы попросите его ''разбить палатку'' - он ее именно разобьет. Он всегда говорит правду, каждый день недели еда должна быть определенного цвета, он выходит из себя, когда нарушается привычное течение его жизни, он может сосредоточиться только на одном предмете, он не в состоянии испытывать сострадание и плакать, он не читает книги, а знает их ''наизусть''...Он - ''другой''. Он настроен на иную частоту, чем все остальные...Самое удивительное, что меня поразило, так это бесконечное повторение того факта, что у Джейкоба отсутствует способность ставить себя на место другого человека и понимать его потребности и обиды...Но! Из всех здоровых хоть один человек поставил себя на место Джейкоба? Хоть один задумался над тем каково ему приходится в этом мире? НИКТО. Я знаю об этом чужом равнодушии здоровых людей не по наслышке...Когда иной ребенок воспринимается как чужеродное тело, когда тебя окружают либо насмешки, либо жалость...Но не нужно никого и никогда жалеть! Нужно принимать таких детей. Просто принимать...Потому что на их месте могли оказаться мы...любой из нас...

Джейкоб всю свою жизнь всегда соблюдал домашние правила . Всегда. И никогда не нарушал правил, особенно последнего: ''Заботиться о брате; он единственный, кто у тебя есть''
Конец книги меня не удивил и не поразил, о нем догадываешься, в принципе, сразу; поразило другое - мотивация Джейкоба...Это по-настоящему сильно и поразительно...
Это моё первое знакомство с Пиколт, но, отнюдь, не последнее.

P.S. Синдром Аспергера был поставлен следующим личностям: Стивен Спилберг - режиссер, Дэн Экройд - актер, Вернон Смит - экономист, лауреат Нобелевской премии, Крэйг Николс - музыкант.

Очень трудно писать про эту книгу. С одной стороны, я не считаю Джоди Пиколт хорошим писателем. А с другой стороны, я считаю Джоди Пиколт очень хорошим социальным писателем. К счастью, никто из моих близких и знакомых не столкнулся с такими проблемами больных детей. Но я сама почему-то очень болезненно реагирую, когда вижу "особенных" людей. Мне их искренно и болезненно жаль! А ведь это неправильно! И об этом мне наверняка скажут люди, которые столкнулись с этой проблемой. Конечно, я не кидаюсь к самим больным людям и их родственникам со словами сочувствия и жалости. Но часто взгляды могут сказать гораздо больше, чем слова. К сожалению, наш мир еще не привык к тому, что не все люди одинаковы. Мы очень мало знаем о синдроме Аспергера, синдроме Дауна, о различных заболеваниях, которые делают людей изгоями в глазах общества. И опять же, я не буду строить из себя святую и говорить о том, что я бы никогда не увела своего ребенка из песочницы, если бы там... Не знаю... Это честно. Я не настолько знакома с симптомами разных заболеваний, чтобы знать, чего надо опасаться, а чего не стоит. Даже в этой книге приводится пример, когда Джейкоб душит девочку, которая провоцирует его на нехороший поступок. Парня успели оттащить, да и девочка (мягко скажем) не права, но последствия могли бы быть... И это опять же следствие незнания болезни...

А с другой стороны, я представляю, как ценно читать такие книги родителям больных детей. И тут даже не важно, совпадает ли диагноз с диагнозом вашего ребенка. Главное то, что ты получаешь как бы протянутую руку и чувствуешь, что ты не один в этом мире! И еще. Опять же стоит только позавидовать "особенным" детям ТАМ. Они даже школы могут посещать обыкновенные, хоть и по индивидуальному плану.

А теперь взгляд с противоположной стороны. Сдается мне, что когда я работала в детском саду, в соседней группе была девочка именно с этим синдромом Аспергера (в начале 90-х годов об этом никто не говорил и не знал). Девочка была черезвычайно умной: в пять лет легко читала любые тексты, складывала и вычитала в уме двух- и трехзначные суммы. Но при этом плохо шла на контакт, закатывала немотивированные (с точки зрения обыкновенного человека) истерики, требовала исключительного внимания к себе. А теперь представьте: детсад переполнен, помимо Тани в группе еще 25 детей (не говоря про весь детский сад), а воспитатель, няня, врач и зачастую другой персонал занят одним ребенком (которого, кстати, и забирают самым последним). Как вы думаете реагировали на всю ситуацию родители здоровых детей? Я думаю, что в той же Америке такого бы не было. Детский сад бы посещали, но мама бы была "на подхвате" и посещение детского сада было бы не более четырех часов.

Но я опять отвлеклась. Все это происходит только потому, что мне трудно соотносить Пиколт с литературой. Скорее это документальная проза с вымышленными персонажами. Эта книга, кстати, одна из самых достойных. Лучше для меня была только "Девятнадцать минут". И вот еще что меня очень затрагивает в ее романах: тема здорового "лишнего" ребенка. В "Последнем правиле"-это Тео. Жаль его. Потому как его личные подростковые проблемы и проблемы "особенного" брата с точки зрения Эммы (матери) несопоставимы, а с точки зрения самого Тео никого не интересуют... И опять же: я не осуждаю! Я все понимаю. Но... Как соотнести мир больных и здоровых? И надо ли это делать? Я не знаю и не понимаю...

Введение У Джейкоба Ханта с ранних лет присутствует синдром Аспергера. Эта одна из форм аутизма, которая выражается в отсутствии у человека приспособленности к социальному взаимодействию. Так, Джейкоб понимает все слова буквально. Он не осознает намеки или метафоры в речи. Также у него всё должно быть спланировано заранее, если какая-то деталь будет отсутствовать, у Джейкоба начнется приступ раздражения. И когда в городе происходит убийство полиция волею случая оказывается в доме Хантов. Они принимают привычки и поведение Джейкоба слишком подозрительным. И когда улики указывают на Джейкоба, делают его главным подозреваемым. Теперь семье Хантов предстоит доказать в суде, что Джейкоб не способен на убийство. Или....

Персонажи Джейкоб Хант - главный герой. Восемнадцатилетний парень с синдромом Аспергера. И это вносит в жизнь юноши много нюансов:

При этом Джейкоб очень умен. Во всём, кроме того, что касается социального взаимодействия. И в книге это показывается наглядно и интересно. Джейкоб быстро становится понятным персонажем. Его мысли, привычки, и поступки уже не кажутся странными. Так что для меня Джейкоб прописанный персонаж, следить за которым всегда было интересно.

Эмма Хант - мама Джейкоба и Тео, и сам Тео Хант - брат Джейкоба. Обоих персонажей можно понять. Эмму, которая всю себя отдала ради Джейкоба, и из-за этого лишилась много всего в жизни. Героиня вызывает сочувствие и понимание, если бы не одно но. Она забила на Тео. Я не знаю, может у Пиколт это какой-то триггер или любимый троп. Но уже во второй книге мама полностью заботится об одном ребенке, а на другого/других забивает. Но здесь ситуация получше, чем в Джоди Пиколт - Ангел для сестры . О Тео хоть как-то, но заботятся. Тео тоже можно понять. Его неправильные поступки являются последствиями его детства и скорее всего напрасной надеждой оказаться в другой реальности.

Темп/Сюжет/Слог Сюжет тут построен на расследовании убийства и суду по этому делу. Полиция уверена, что убийца - Джейкоб, родные пытаются его оправдать в суде, а Джейкобу всё это нравится, но при этом он испытывает жуткий дискомфорт. Первая половина книги читается бодро. Не так много судебных описаний и законов. Больше про Джейкоба и его влиянии на других людей. Во второй же половине перебор с судебными терминами, правовыми актами, и синдромом Аспергера. Тут так часто упоминается этот синдром, какие у него нюансы, и как он влияет на жизнь, что я теперь в этой теме достаточно подкован.
Большой плюс романа, что он не слишком давит на жалость. Стекло здесь есть, но оно достаточно умеренно подается. В отличие от Джоди Пиколт - Ангел для сестры , где страдали все. Здесь такого и близко нет. Джейкоб в критические моменты порой не грустил, а искренне забавлялся ситуацией, что понижало градус драмы. И такая динамика эмоций пошла книге на пользу. Была бы здесь одна драма, я книгу при таком объеме бросил бы.
А вот самый главный минус - это растянутость. Ближе к финальной трети я уже раскусил задумку автора, и просто ждал, когда к этому всё придет. И книга закончилась как я и думал, но чуть с другой подачей. Автор удивил таким обыгрыванием сюжетного поворота. Но добираться до этого поворота было долго. В книге очень много суда. Да, реалистично, плюс-минус, и в благодарностях автор призналась, что консультировалась со всевозможными специалистами. Но всё-таки это художественная литература. Здесь информация должна подаваться дозировано, а не сплошным потоком слов адвоката/прокурора и их беседой с судьей, со множеством терминов.
Ну и финал. Скомканный. Как будто автор устала, или не знала, что еще можно добавить. В итоге дальнейшее будущее героев так и неясно. Поставили лишь точку в одной сюжетной линии, уже спасибо.

Вывод Неплохая, но растянутая драма. Да, Джейкоб особенный юноша. Но автор не делает на этом такой сильный акцент, чтобы в книге было сплошное стекло. Книга наоборот читается относительно легко, и здесь грамотно соблюден баланс драмы. Персонажам веришь, особенно семье Хант. Сократить бы часть с судом, оценку бы я поставил повыше. Ну а так неплохо.
Правда, если автор в третий раз сделает задумку с особенным ребенком, заботящейся о нем маме, но при этом забывающей о других детях, и судом, я приду к выводу, что автор всё-таки специально ищет такие провокационные темы, чтобы надавить на нужные точки читателей.

Очень тяжелая и сильная история, которая намеренно выжимает из читателя все соки, заставляя переживать обо всех персонажах и ситуации в целом.

Этот роман про мальчика-аутиста с синдромом Аспергера. Если кто-то смотрел Теорию большого взрыва, то главный герой Джейкоб очень напоминает Шелдона, но с более выраженными симптомами. Он не умеет считывать эмоции, не умеет общаться со сверстниками, не смотрит в глаза, говорит монотонно и безэмоционально. Каждый день недели имеет свой цвет, и даже еда должна соответствовать запросам Джейкоба, несмотря на то, что цвет четверга, например, синий. Если что-то выбивается из привычного графика или идет не по плану – он впадает в истерику и буйство, которые очень сложно остановить. При этом его умственные способности на порядок выше, чем у остальных людей. Например, он без проблем запоминает цитаты из фильмов, которые позднее использует в своей обычной речи, помнит названия всех динозавров, которыми увлекался в детстве. А сейчас он сильно углубился в криминалистику – парень разыгрывает какие-то происшествия, воссоздавая места преступлений, а его мать должна расследовать это дело. Он научился снимать с предметов отпечатки пальцев, прослушивает по рации полицейскую частоту и узнает о преступлениях, которые произошли в городе. Грубо говоря, Джейкоб помешан на расследованиях.

И вот однажды его самого обвиняют в убийстве. И читатель не может понять, на самом ли деле Джейкоб виноват, или он просто опять разыграл преступление. Ведь то, что он совершил в доме жертвы не поддается логическому и человеческому объяснению, но может быть вполне разумным в мозгу аутиста. Он не испытывает никаких эмоций, только холодный расчет. А учитывая, что ему исполнилось 18, то сам должен нести ответственность за свои поступки.

Эта история рассказывается от лица сразу нескольких персонажей – матери главного героя, у которого помимо Джейкоба есть еще один сын Тео. Мальчику 15 – самый сложный переходный возраст, но он не получает достаточного внимания от матери, потому что та сконцентрирована на старшем сыне. Поэтому Тео пытается привлечь к себе внимание не совсем законными способами.

Уже к середине книги становится понятно, что же произошло на самом деле, но автор умело играет на чувствах читателя. Единственное, что оставило меня в раздумьях - финал. Слишком скомканный, слишком незавершенный, слишком нелогичный. Зачем Джейкоб поступил именно так в день рождения Тео, раскрыв все карты, которые хранил столько времени?

По итогу, определенно увлекательная книга, от чтения которой сложно оторваться. Автор пишет качественно и досконально погружается в тему, раскрываемую на страницах.

«Успокойтесь, реально существующие мамы. Уже сам факт того, что вы боитесь не стать хорошей  матерью, говорит о том, что вы уже  стали ею».

Не знаю, не знаю. Книги Джоди Пиколт на меня всегда так действуют. Я теряюсь в оценках, мыслях, стремлении раствориться в тексте. Хорошо, что ввели половинки звездочек. Выставленная мной оценка кажется просто идеальной (конечно же в моём восприятии книги).

За что я люблю книги Пиколт?
a) читать их легко и интересно, даже если и больно;
b) повествование ведётся от лица разных персонажей, что позволяет больше узнать об их внутреннем мире;
с) особый стиль автора узнаешь, даже если откроешь книгу и не посмотришь, кто её написал;
d) много бытовых подробностей;
e) высветлены острые социальные вопросы;

Почему иногда они меня  бесят?
а) даже не читая книгу, понимаешь, что обязательно будет сцена суда, из-за этого иногда не читаю годами;
b) обязательно (ну почти всегда!) будет мечущаяся между двумя детьми мама, в основном занятая больным ребёнком и почти не обращающая внимания на второго, который хоть и здоров, но не менее несчастен;
c) финал у всех её книг (тут даже без почти), какой-то неопределённый. Вроде бы и всё хорошо, но чего-то не хватает, словно песню оборвали на последних аккордах, а ты, даже зная, чем она закончится, всё равно расстраиваешься и даже злишься.

Эта книга полностью подходит под мои определения. Здесь речь идёт о мальчике -аутисте с синдромом Аспергера. С тех пор, как он заболел после прививки, его семья стала особенной. В том смысле, что у них полностью изменился быт, привычки, потребности. А ещё родился второй сын и ушёл папа. Отныне у них дни поделены на красные, синие, жёлтые, коричневые и так далее. В эти дни они едят пищу только такого цвета и одеваться стараются так же. К ним почти не заходят гости, они мало куда выходят. Всё подчинено потребностям больного мальчика, а на младшего сына у мамы почти нет времени. Она просто не задумывается  над этим.
Всё это очень тяжело даже читать, но ведь представьте, где-то есть матери, которые ежедневно живут с такими проблемами, и для них это норма. Подвиг? Не думаю. "А вы попробуйте жить с ребенком, запертом в собственном мирке, но настойчиво желающем достучаться до остальных. Ребёнком, который пытается быть, как все, но искренне не знает, как это сделать". Видимо, Бог даёт силы и терпение вынести такое испытание.
Буквальное восприятие мира Джейкобом для его семьи - обычное дело. Для окружающих - удивление, повод для насмешек, а иногда и откровенного издевательства. А он так хочет иметь друзей. Так хочет. "И точка." Он даже знает, что такое любовь. И в его голове тоже однажды  зазвенят колокольчики. Да только это будет трагический звон.

"Иногда, чтобы сделать первый  шаг, нужна чья-то помощь." Джейкобу помощь нужна всегда. Никто, даже он сам, не знает, где подстерегает его опасность в виде скомканного листа, громкого звука, оранжевого цвета или неосторожного слова.
В семье Хант  даже "смешно" - это "грустно".

"Можно подняться до небес, но, когда доберёшься, всё равно окажешься в тоже самом положении," - да, сегодня эта семья добралась до своих небес. Но что будет дальше? Проблемы никуда не ушли. Болезнь не отступила. Но они подумают над этим завтра, когда сделают первые шаги в новое будущее. Главное, оно у них есть.

"Три буквы - там часто обретают надежду: ДОМ". - какие же правильные слова.

Спойлеры в тексте и камментах!!!

С легкой руки феминисток таки прекрасные, истинно женские качества как терпение, мудрость, доброта, и самопожертвование теперь считаются унизительными, насильно внушаемыми гендерными предрассудками. И бесспорная заслуга Джоди Пиколт в том, что она начисто лишена колхозного налёта «все мы бабы – стервы», и воспевает обыкновенных, простых женщин. По сути, она – единственная из современных писательниц, кто взялся описывать такие скучные, несовременные темы как «мать» и «материнство».

С другой стороны, скука скукой, а темы-то эти оказались коммерчески очень выгодными. И покуда армия «овуляшек» готова рыдать над очередной женской долюшкой, Пиколт строчит по огромному слёзовыжимательному роману каждый год. И это, как ни странно, на её таланте сказывается только положительно, потому как тексты каждый раз всё лучше.

В романе «Последнее правило» речь идёт о матери-одиночке Эмме и ёё сыновьях. У старшего Джейкоба один из видов аутизма - синдром Аспергера. Он патологически склонен к порядку и соблюдению правил, понимает фразы только в прямом значении, и не способен к любви и сопереживанию. В каждый день недели он принимает пищу и носит одежду только определённого цвета. Любое отклонение от установленного порядка, например, вынужденное опоздание в школу, может вызвать у него припадок. А в свободное время он смотрит свой любимый сериал про криминалистов.

Название книги дословно можно перевести как «Домашние правила». В любой семье такие имеются: мыть за собой посуду, по очереди выгуливать Бобика, каждый месяц навещать бабушку… Но, представьте, сколько таких мелких правил в доме, где живёт больной человек! Вся семья подчинена желаниям молчаливого божка, который даже в глаза вам никогда не смотрит.

Вот и его брат, пятнадцатилетний Тео, был бы самым обыкновенным подростком, прыщавым, неряшливым, со свойственными подросткам бунтарством и своеволием. Если бы не брат. Но парень не может завести друзей, привести кого-нибудь в гости, и прекрасно понимает, что мать положила всю себя на алтарь борьбы за здоровье брата. А ему в её мечтах и стремлениях места уже не осталось.

Дальше...

Хотя, это надо ещё посмотреть, кто на самом деле домашний тиран. Образ Эммы с самого начала позиционируется как пример стойкости и ответственности. Это тот архетип хранительницы домашнего очага, о которую с треском разбиваются волны бытовых проблем, но которая плачет по ночам от душевных терзаний. «Восхищайтесь умницей! Посочувствуйте бедняжечке!» - так и сквозит на каждой странице.

При этом нельзя сказать, что образ получился картонным. Напротив – такие женщины существуют, и здесь этот типаж показан во всей выпуклой красе. Но именно благодаря такой реалистичности на поверхность выплыли и недостатки, неминуемо появляющиеся у домашнего матриарха. На них явственно указывает и писательница в самом тексте. Начиная с издержек единоличного воспитания:

...хочу, чтобы на моей могильной плите были высечены слова «Потому что я так сказала

Заканчивая совершено неуместным напыщенным пафосом:

Я никогда не хотела, чтобы меня жалели из-за того, что у меня такой ребёнок, как Джейкоб. Мне жаль женщин, которые дарят свою любовь детям впопыхах и всего на восемьдесят процентов или даже и того меньше, а не посвящают им каждую минуту

По-видимому, эти слова должны побудить заплаканных домохозяек вскочить со своих диванов и рукоплескать.

Нет-нет, нисколько нельзя умалить её стараний. И нельзя оправдать мужа, бросившую женщину с шестимесячным малышом и трёхлетним аутистом. Но посмотрим правде в глаза – если бы она оказалась в таком положении у нас, то вряд ли бы прокормила двоих детей, ведя еженедельную колонку в местной газете. К тому же, отношение к «особым» детям на западе разительно отличается от отечественного. Джейкоб учится в обычной школе, вместе с нормальными детьми. У него индивидуальная программа обучения. В любой момент он имеет право выйти из класса и пойти в специальную комнату для релаксации. С ним постоянно работают психологи и социальные помощники. Согласитесь, после чудовищных откровений о нищих интернатах того же Гонсалеса Гальего сетования на то, как же парню тяжело жить на свете выглядят просто смешными.

К тому же Эмма, замкнувшись в мире аутиста, и сама потеряла связь с реальностью. И когда Джейкоба арестовали по подозрению в убийстве молодой девушки, она пришла в искреннее недоумение, как посмели её сына посадить в тюрьму. Это извечное материнское тупоумие: мой мальчик не мог этого сделать, потому что он хороший, учится на одни пятёрки и всегда чистит зубы на ночь. Ему там будет холодно, неуютно, он не сможет смотреть свой сериал, и в среду его нужно кормить только зелёной пищей. Отпустите его немедленно!

Вот это действительно взбесило. Так и хотелось спросить: вы думаете другим подросткам, попавшим в такую же передрягу, в тюрьме хорошо? Они не плачут, не бьются головой о стену, не хотят оказаться дома с тарелкой маминых блинчиков? И ведь о родителях погибшей девушки автор почти не упоминает, как будто у них всё прекрасно, им просто вздумалось из вредности помучить невинного парня.

Вопрос о толерантности не так однозначен, как кажется. Да, мы люди цивилизованные, и готовы предоставить людям с особыми потребностями полноправное место в обществе. Получить высшее образование? Без проблем! Водить машину? Да на здоровье! Жениться и рожать детей? Пожалуйста! Что ж мы – изверги какие? А вот судить человека за убийство наравне с другими гражданами – это уж нет, у него ведь синдром Аспергера, он не может отвечать за свои действия, потому неподсудный. То есть гонять на автомобиле ему позволено, а отвечать за свои поступки он не может.

В итоге все носятся с Джейкобом, простите, как с писаной торбой, защита требует для подзащитного особых условий проведения судебных заседаний, Эмма с трагической миной разыгрывает суперменшу, о бедняжке Тео все окончательно позабыли, а самого «виновника торжества» даже забыли спросить, что же произошло на самом деле.

А ведь писательница – явно не глупый человек. И в книге все эти вопросы ставятся ребром. Но они теряются на фоне высокопарных речей о бремени материнства, понимании «особых» людей и либеральных ценностях. И это можно списать только на глубокий, заискивающий реверанс в сторону жалостливых представительниц слабого пола. И очень жаль, потому что такая проникновенная, действительно хорошая книга, должна заставить задуматься, пересмотреть устоявшиеся убеждения, а не убедить в своей правоте.

Ведь изначально это история не матери-героини, а двух братьев. С одной стороны книга открывает завесу над внутренним миром аутиста, сознание которого отгородилось ото всех нерушимой стеной. Мы можем понять, как по-своему тонко и болезненно это человек видит, понимает и чувствует окружающую действительность. А, с другой стороны, показывает, как психическая стабильность, «нормальность» младшего Тое становится его недостатком. Потому как в любви и внимании и великодушии он нуждается меньше, но всё же нуждается. И оттого остаётся обдёлённым и позабытым.

Тем не менее – они братья. И они родные люди. Роднее и ближе, чем кажется даже им самим. Недаром последнее правило звучит так: Заботиться о брате, ведь он единственный, кто у тебя есть.

Цитата:

"А"- аутизм

Впечатление:

Джоди Пиколт — автор, который умеет брать сложные темы и превращать их в эмоциональные, драматичные истории. И в другом переводе (видимо), книга идет под другим названием, а тут "Домашние правила". Само произведение не исключение, в плане авторской реализации: это роман о семье, воспитывающей 18-летнего Джейкоба, юношу с синдромом Аспергера, который оказывается подозреваемым в убийстве.

Автор умело создаёт напряжённую атмосферу, заставляя читателя сопереживать каждому персонажу. Её стиль лёгкий, но при этом глубокий, с хорошо проработанными диалогами. Книга показывает, как диагноз ребёнка влияет на отношения между родителями, братьями и сёстрами. Эмма (мать) и Тео (младший брат) — особенно яркие персонажи и вполне себе оцененные. Так же в книге полностью поддерживается детективная линия, назвать ее вторичной сложно, так как ГГ зациклен на тру крайме. А читатель, что читатель, так до конца гадает: виновен ли Джейкоб или стал жертвой обстоятельств в силу своего заболевания?

Не очень мне зашло, что Джейкоб (ГГ) местами кажется скорее "киношным" аутистом, чем реальным человеком. Его поведение иногда слишком утрировано, а некоторые реакции не соответствуют реальным проявлениям синдрома, но это лично мое восприятие, опять таки я видела других аутистов. А если вы читали другие книги Пиколт, то и здесь финал не станет неожиданностью.

Книгу я прочитала еще в 15-м году, но тогда еще не писала отзывы на книги и очень смутно помнила

Читать/ не читать: читать в общем потоке