Говорить, что Эмма осталась не чувствительна к визиту лорда Осборна, значит заявлять невероятную вещь и описывать очень странную молодую леди, но её удовольствие никоим образом нельзя было назвать полным.

<...>, а Роберт Уотсон, бросив украдкой взгляд в зеркало напротив на собственную голову, сказал с той же вежливостью:

• Вы не можете быть одеты более небрежно, чем я. Мы прибыли сюда так поздно, что у меня не было времени даже освежить пудру на волосах.

Пытаясь честно разобраться в себе и признавая поразительное влияние, которое Сидней сумел распространить на нее, прежде чем она осознала это, Шарлотта сразу же решила дать ему отпор, лихорадочно вспоминая недостатки его характера: он болтлив и ветрен, суетлив, импульсивен, высокомерен, навязчив, безответственен и, возможно, даже непорядочен по отношению к дамам. Последним звеном в этой позорной цепочки недостатков Сиднея стала широкая улыбка Шарлотты. Зерно его слабостей, брошенное ее нетвердой рукой, без всякого ухода превратилось в роскошное и мощное дерево, ветви которого теперь скрывали его многочисленные пороки. Она была убеждена, что он готов на любую ложь и уж является самым бессовестным ловеласом, но почувствовала, что снова улыбается и смирилась с тем, что ей теперь совершенно всё равно, что он за человек.

Шарлотта не могла оторвать глаз от этой пары и чувствовала, как больно ее кольнула ревность. Это острое и болезненное чувство она испытала впервые. Инстинктивно попыталась отстраниться от него и посмотреть на себя со стороны, почти как на бабочку пронзенную булавкой и спрятанную под стекло от пыли и времени, но ничего не вышло. Тогда она постаралась беспристрастно взглянуть на эту счастливую пару впереди. Клара, действительно, женщина редкой красоты, Шарлотта признавала это с первой минуты их знакомства и никогда не завидовала Кларе. Сидней ей был во всем под стать. Они великолепно смотрелись вместе, но почему же Шарлотте так неприятно было на них смотреть?

"У леди Сьюзан будет возможность пустить в ход все свое очарование, которым она так славится, чтобы вызвать во мне расположение к собственной персоне; я же, разумеется, приложу все силы к тому, чтобы не поддаться ее влиянию."

"Тот, в ком сочетаются гордыня и глупость, совершенно не умеет притворяться, и мисс Вернон всегда будет подвергаться безжалостному презрению..."

"Я с нетерпением жду встречи с ней и непременно приму ваше любезное приглашение, чтобы составить впечатление о чарах женщины, способной на столь многое – вызывать чувства в одно и то же время в одном и том же доме у двух мужчин, причем ни один из них не был свободен для этих чувств, – не обладая при этом более очарованием юности!"

"... однако ее манеры не убедили меня в том, что миссис Вернон расположена ко мне – а ведь я ожидала, что она будет в восторге от нашей встречи."

"Я действительно расположена к нему: на него так легко влиять!"

"Есть изысканное удовольствие в том, чтобы подчинить дерзкий дух, заставить предубежденного человека признать твое превосходство."

"Я укорила его за то, что он ухаживал за Марией Мейнверинг; он возразил, что это было не всерьез, и мы от души посмеялись над ее разочарованием; и, в общем, очень мило побеседовали."

"Внимание и уважение так же неизбежно следуют за умением поддерживать беседу, как восхищение является результатом красоты."

"Безыскусность никуда не годится в любовных делах; а эта девушка – врожденная простофиля, и безыскусна она либо по своей природе, либо оттого, что напускает на себя такой вид."