Цитаты из книги Un verdor terrible

Впервые в монументальной живописи прусскую синь использовал Питер ван дер Верфф в картине «Погребение Христа» (1709). Тучи низко висят на горизонте, лик Богородицы скрыт синим покрывалом. Оно оттеняет скорбные лица учеников, собравшихся вокруг тела Спасителя. Его кожа настолько бледная, что ее сияние подсвечивает лицо женщины, припавшей губами к тыльной стороне ладони Христа. Она преклонила колени, будто хочет устами прижечь раны от гвоздей, которыми был распят Христос.

«Есть ли хоть что-нибудь неподвижное, вокруг чего строится остальная Вселенная? Или нам совсем не за что ухватиться в бесконечной череде движений, в которой, кажется, заключено всё? Поймите же, насколько мы неуверенные, если человеческое воображение не находит ни одного места, куда можно бросить якорь, и ни одного камня, который можно смело назвать неподвижным!»

«Не могу сказать, что верен одному лишь небу. Никогда мой интерес не сводился лишь к телам, расположенным в космосе, там, за Луной. Я шел по ниточкам, натянутым извне, в самые темные уголки человеческой души - ведь именно туда мы должны донести новый свет науки».

«он бросался туда, где его меньше всего ждешь,а сила его интеллекта не знала границ и охватывала все области знания».

… она предостерегала от бездумного развития науки — опаснейшего из искусств, созданных человеком.

Когда Гейзенбергу удавалось уснуть, ему снилось, будто дервиши кружатся в его комнате. Голый пьяный Хафиз ползет за ними на четвереньках и лает, как собака. Он бросает в них сначала тюрбан, потом бокал вина, следом летит кувшин, но дервиши не уходят с глаз его. Он не может вырваться из транса, и тогда начинает мочиться на одного дервиша за другим, оставляя желтый узор на белых одеяниях, и в этом узоре Гейзенберг, кажется, узнает секрет матриц.

"Самое страшное, сказал он, в том, что сингулярность - это слепая зона, совершенно непознаваемая. Оттуда не выходит свет, значит, мы не сможем увидеть ее человеческим глазом. Понять ее разумом мы тоже не сможем, потому что расчеты общей теории относительности теряют силу в сингулярности. Физика теряет всякий смысл."

"Если эти монстры - возможное состояние материи, есть ли в человеческом разуме что-либо, соотносимое с ними? Достаточное скопление характеров, миллионы людей, добивающиеся одной цели, их разумы, сжатые в одном психическом пространстве. Разве они не рождают нечто похожее на сингулярность?"

Тот, кто может смотреть на головокружительный океанский простор, не закрывая глаз, способен постичь часть вечности.

Мир уничтожат не политики, сказал он, а такие ученые, как они, которые, «сами того не осознавая, приближают апокалипсис».

Хуже той войны, что идет сейчас, быть не может.

Мы достигли вершины цивилизации. Остается только падать.