Волк равнин. Повелители стрел

Одна из великих истин жизни состоит в том, что сила смиряет и самого яростного. Но никто не может смирить разъяренную женщину.

Одна из великих истин жизни состоит в том, что сила смиряет и самого яростного. Но никто не может смирить разъяренную женщину.

Воля может держать человека на плаву, даже когда слабая плоть сдастся.

– У всех великих людей есть враги, император.

Отвечайте, что я хан моря травы, и под этим именем – Чингис – меня будут знать повсюду.

Иногда человек слишком тревожится из-за событий, которые,возможно и не произойдут.

Человеку всегда не хватает знаний, даже если он будет учиться сотню жизней подряд.

У человека всегда есть окончательный выбор в жизни и смерти. Можно забрать у него все - только не это.

Иногда человек слишком тревожится из-за событий, которые, возможно, и не произойдут.

Доить козу можно много раз, а вот зарезать - только один.

Горячая женщина и ожидание битвы. Как
прекрасно быть живым в такую ночь!

— Мы были на красной скале, — пробормотал дрожащий Хачиун, чувствуя на себе испытующий отцовский взгляд. — Тэмуге видел там орла, и мы полезли искать гнездо.

Сердце Есугэя запело. Только одно могло шевелиться под рубахой Тэмучжина, но он едва смел на это надеяться. Никто в племени уже три поколения не заводил себе орла, с тех пор как Волки пришли с далекого заката. Эти птицы стоили больше, чем дюжина отличных скакунов, и не в последнюю очередь из-за дичи, которую могли добыть на охоте.

Дети боятся темноты, взрослые - власти, - отрывисто рассмеялся Кокэчу. - Она притягивает, но может поглотить. Играть в эту игру нелегко.

Тэмучжин повернул голову в ту сторону, где скрывалась его семья. Он понял, что найдет свое племя среди людей, презираемых другими, среди бродяг и пастухов. Среди людей вроде Хорхуза и его семьи, убитых Толуем. Их мало, но они закалены огнем. Они были изгнанниками, и многие, как и сам Тэмучжин, истосковались по племени, по возможности ответить ударом на удар миру, бросившему их.

• Здесь будет наше начало, - прошептал Тэмучжин. - Довольно мне прятаться. Пусть теперь прячутся от меня.