Цитаты из книги Jih proti Severu

Самые красивые руки, которые я когда-либо видел... Они красивые, потому что сильные, и каждая мозоль на них - медаль, Скарлетт, каждая ссадина - награда за мужество и бескорыстие. И загрубели они потому, что трудились за нас всех - и за вашего отца, и за девочек, и за Мелани, и за малыша, и за негров, и за меня.

Сегодня в ней до самых кончиков ногтей бурлила жизнь, все чувства были обострены надеждой и глаза сверкали.

Не стану думать об этом сейчас. Начну думать - только ещё больше расстроюсь.

«-… и вы не любите меня больше?
-Совершенно верно.
-Но я же люблю вас!
-Это ваша беда.» (Скарлетт О’Хара и Ретт Батлер)

Освободившись от запретов, сковывавших ее в юности, освободившись даже от недавно владевшего ею страха перед бедностью, она позволила себе роскошь, о которой давно мечтала, - роскошь поступать так, как хочется, и посылать к черту всех, кому это не по душе.

Она стала женщиной, которая видела самое страшное и теперь уже ничего не боится. Не боится жизни, не боится матери, не боится потерять любовь или пасть в глазах общества. Сейчас испугать ее может лишь голод - реальный или увиденный во сне.

– Да, может, и еще как может. Что будет, если в законодательном собрании окажутся одни черные? А черный губернатор?..

Бюро, созданное федеральным правительством для трудоустройства праздношатающихся и бунтарски настроенных бывших рабов, тысячами переселяло их с плантаций в поселки и города. Бюро обеспечивало их едой, пока они бездельничали, и настраивало их против бывших хозяев...

...когда янки двинулись на Милледжвилл, у нас призвали на фронт всех курсантов из военных училищ, даже из самых младших классов, и открыли тюрьмы, чтобы навербовать свежее пополнение для армии? Да, друзья, всех заключенных, которые согласны были пойти на фронт, выпустили и обещали им помилование, если они дотянут до конца войны.

‘На крушении цивилизации можно заработать ничуть не меньше, чем на создании ее.’

И, увы, не нашлось человека, который помог бы Скарлетт понять, что все, заложенное в ней от природы, даже её беспощадная жизненная хватка, куда привлекательнее, чем любая личина, которую она сумеет на себя нацепить.