Цитаты из книги Jih proti Severu

Мне сорок пять лет, и в этом возрасте человек начинает ценить то, что он так легко отбрасывал в юности: свой клан, свою семью, свою честь и безопасность.

Только ловкие заслуживают того, чтобы жить.

Вы так жестоки с теми, кто вас любит. Вы принимаете любовь и держите её как хлыст над головой человека.

- Ах папа, - презрительно молвила Скарлетт, - вы рассуждаете, как настоящий ирландец! - А разве я когда-нибудь этого стыдился? Напротив, я этим горжусь. И вы тоже наполовину ирландка, не забывайте, мисс! А для того, у кого есть хоть капля ирландской крови в жилах, его земля - это то же, что родная мать.

Но если они так же остро страдают от жестокой жизни, как она,-а они страдают,-то как могут они сохранять этот веселый вид, эту бездумную легкость? И собственно, зачем им даже стараться ее сохранить?

Столько есть всего, о чём надо подумать. Зачем забивать себе голову тем, чего уже не вернёшь, — надо думать о том, что ещё можно изменить

Мадам теща-она что угодно делать заставить

Эту броню ей никогда уже не пробить. Слова «гостеприимство», «порядочность», «честь» значат для него куда больше, чем она сама.

Она стояла, пытаясь обрести опору в старом заклятии: "Я подумаю об этом потом, завтра, когда станет легче". Но заклятие потеряло свою силу. Она не могла не думать о двух людях: о Мелани, которую она, оказывается, так любила, и об Эшли и о своей безграничной слепоте, не позволявшей ей видеть его таким, каким он был. Скарлетт понимала, что думать об этом ей будет так же больно завтра, как и послезавтра, и все дни потом.

Мне никогда не удавалось увидеть мир в подлинном свете, потому что между мной и миром всегда стоял Эшли.

- Вечно Эшли, - сказал он и умолк.

Я не люблю слишком резких очертаний. Я люблю размытые слегка затуманенные контуры... Иными словами, Скарлетт, я - трус.

На вашем счету- убийство, увод жениха, попытка совершить прелюбодеяние, ложь, двурушничество и всякие мелкие мошеничества, в которые лучше не вдаваться. Всё это достойно восхищения.

Он, несомнено, негодяй, хотя надо отдать ему должное,- танцует божественно.

Но я знал,что всё кончено,и я больше не могу быть просто зрителем.И я вдруг обнаружил,что нахожусь на сцене,что я-актёр,гримасничающий и попусту жестикулирующий.