Цитаты из книги Jih proti Severu

Ретт осадил лошадь, но прежде чем он успел сойти и помочь Скарлетт, она спрыгнула на землю. Кринолин зацепился за колесо, и на мгновение глазам всех прохожих на площади Пяти Углов открылось зрелище нижних юбок и панталон. В ту же секунду Ретт наклонился и отцепил платье. Скарлетт, не проронив ни слова, даже не обернувшись, бросилась прочь. Ретт негромко рассмеялся и тронул вожаками лошадь.

— У вас необыкновенно отвратительное свойство издеваться над благопристойностью, превращая ее в непроходимую глупость.
— Но это же и в самом деле глупо. Разве вам не все равно, если о вас судачат?

— Да, хочу… Я люблю вас.
В воцарившейся на мгновение тишине не слышно было, казалось, даже ее дыхания. И охватившая ее дрожь тут же унялась – счастливая и гордая, она подумала: почему не призналась она ему раньше? Насколько это проще, чем всевозможные женские уловки, которым ее учили!

Почему память сердца слабее памяти желудка?

«Точно два светоча добра в нашем порочном мире. Да, они действительно как свечи, свечи, горящие на любом ветру, — два мягких огня, сиявших счастьем оттого, что она снова жила в родном городе, среди друзей.»

Она стала женщиной, которая видела самое страшное и теперь уже ничего не боится.

Настоящую леди всегда видать по тому, как она ничего не ест в гостях.

Войну ведут богачи, а кровь проливают бедняки.

Большие деньги можно сделать в двух случаях: при созидании нового государства и при его крушении. 

Сердце Скарлетт тоже в первые минуты билось радостно и учащенно оттого, что она снова оказалась на балу среди такого многолюдного сборища, но ее радость вскоре потухла, когда, окидывая взглядом толпу, она заметила одухотворенное выражение на лице окружающих. Все сияли, всех переполнял Патриотический восторг, и только одна она не испытывала таких чувств.

Сейчас не стану думать об этом. Подумаю об этом потом, когда не будет так больно, когда найду в себе силы это выдержать.

- Самые приличные люди в жтом городе голодают.

Никогда не упускайте случая испытать нечего новое!

«Жизнь и днем достаточно похожа на кошмар, чтобы они мучали меня ещё и по ночам!»

Ни разу после возвращения домой не позволяла она себе выплакать как следует, а если хоть раз дать волю слезам, от ее так старательно взращенного в себе мужества не останется и следа.

Все, из чего складывается прежняя жизнь, отступает перед требованием пустых или полупустых желудков, и все помыслы сводились к двум простым и взаимосвязанным понятиям: еда и как ее добыть.

— Здесь вы или вас нет, – пробормотал она засыпая, – все равно спасибо вам и – спокойной ночи.

Она теперь смотрела на мир новыми глазами, ибо где-то на долгом и трудном пути к родному дому она оставила позади свою юность. Ее душа уже не была податливой, как глина, восприимчивой к любому новому впечатлению. Она затвердела – это произошло в какую-то неведомую секунду этих бесконечных, как вечность, суток. Сегодня ночью в последний раз кто-то обходился с ней как с ребенком. Юность осталась позади, она стала женщиной.