Цитаты из книги ฆ่าหมาป่า เล่ม 3 / Ḳh̀ā h̄māp̀ā 3

В мире всё ещё есть вещи, которые невозможно понять, опираясь на то, что известно нам с рождения.

«Его Высочество, ещё недавно готовый беззаботно прогуливаться под кровавым дождем, вдруг обмяк от боли. Хладнокровный и самодовольный царь зверей превратился в хрупкого больного котёнка, чья дрожащая лапка нерешительно легла Гу Юню на плечо. Он едва слышно прошептал:

— Цзыси, мне так больно…»

Если ты говоришь, что хуже свиньи и собаки, кто отнесется к тебе по-человечески? Раз ты сам себя не уважаешь, чего ноешь и умоляешь о любви?

— Ненавижу тебя, — сказал Чан Гэн. — Смертельно ненавижу, Гу Цзыси.

— Старик во главе армии противника возомнил себя мастером по ведению морских сражений? Так я покажу ему, в чем разница между генералом и маршалом.

В глазах генерала Таня даже десять Ли Фэнов не стоили одного Чан Гэна, поэтому именно его приказа он и послушался.

— Что? - спросил Шэнь И.
— Я отправляюсь в Цзяннань, - ответил Гу Юнь.
— Ая-яй! - зашипел Шэнь И. - Как больно! Это что, челюсть мне на ноги упала?! Ты что, с ума сошел?!

У него появились смутные представления о том, как и когда Шилю становился «глухим». Каждое слово Шэнь И он обязательно не услышит. Ни одного. Никогда. Но вот слова других людей он всегда «оценивал» — нравится ли ему их «слышать» или нет. Особенно это касалось молоденьких девушек и скучающих дам.

— Если ты говоришь, что хуже свиньи и собаки, кто отнесется к тебе по-человечески? Раз ты сам себя не уважаешь, чего ноешь и умоляешь о любви?

Если с тобой сегодня что-то случится...

Подумав об этом, он сдержанно рассмеялся и покачал головой, так как признания «Я не смогу жить без тебя» не хватило бы, чтобы выразить его чувства. Гу Юнь лишь посмеялся бы над его словами, но шли они от души.

Он думал о том, что разлука подобна разбрызгиванию воды: если зачерпнуть обоими руками воду, небольшая часть непременно прольется. Даже киноварь гарцинии или нежно-зеленый цвет вермикулита рано или поздно окажутся смытыми. Но, вопреки ожиданиям, образ Гу Юня и его имя уже были вырезаны на его костях. Если попытаться стереть эту метку, она будет только глубже и глубже врезаться в плоть.

未知苦处，不信神佛，幸哉，大善。

Инспектор Куай, я всегда хотел спросить — откуда у вас столько мужества и смелости, чтобы обучить так много людей для личной стражи?

Говорить всегда легче, чем делать — люди не могут отринуть эмоции и желания.

Господин Яо обладал величайшим мастерством — он мог спать всю ночь напролет до полудня.

Для тех, кто привык постоянно видеть перед собой красивых людей, все равно наступал момент, когда даже в подобной красоте находились незначительные изъяны.