Цитаты из книги Джен Эйр

Мой сон был бы спокоен, если бы не тоскующее сердце.

Какие-то слова почти ощутимо трепетали на его устах, но голос ему не повиновался.

Мы родились, чтобы терпеть и страдать: вы так же, как и я. Смиритесь!

Прошлое - это была страница такого небесного блаженства и такой смертельной печали, что если бы я прочла хоть одну строку на ней, это лишило бы меня мужества и сломило бы мою энергию.

Считается, что женщины, как правило, очень спокойны, но женщины чувствуют точно так же и точно то же, что и мужчины.

My Maker and yours, who will never destroy what He created. I rely implicitly on His power, and confide wholly in His goodness: I count the hours till that eventful one arrives which shall restore me to Him, reveal Him to me.

If others don't love me, I would rather die than live.

Если весь мир будет тебя ненавидеть и считать тебя дурной, но ты чиста перед собственной совестью, ты всегда найдешь друзей.

Я бы с радостью нашла в своём сердце что-нибудь, кроме яростных обвинений, с радостью отыскала бы пищу для менее дьявольского чувства, чем угрюмое негодование.

"He is not handsome, but he has an interesting face."

Неужели лучше ввергнуть своего ближнего в отчаяние, чем переступить созданный человеком закон, если это никому не принесет вреда?

Нет такого безумия, на которое человека не толкнуло бы идиотское желание первенствовать в обществе, а также чувственный угар, слепота и самоуверенность юности, толкающие на бессмысленные поступки.

Друзья всегда забывают тех, кто несчастен.

Нет большего счастья, чем чувствовать, что люди любят тебя и радуются твоему присутствию.

Чувства без разума не слишком питательная еда; но и разум, не смягченный чувством, - горькая и сухая пища и не годится для человеческого потребления.

Разве я не говорил вам, что вы забываете о существенном, интересуясь пустяками?

ведь жизнедавец есть также спаситель душ.

На что мне сознание моей правоты, на что уважение к себе! Я оскорбила, ранила, бросила моего друга.

С неизъяснимым наслаждением бежала я навстречу ветру, как бы отдавая свою тревогу этим безмерным воздушным потокам, проносившимся с воем над землей.