Цитаты из книги Джен Эйр

Я взвешиваю мысли свои на чаше моего гнева и меряю дела мерою моей ярости.

Говорят, что гении самоуверенны. Я не знаю, была ли мисс Ингрэм гением, но самоуверенной она была в высшей степени.

Неразумно порицать женщин или смеяться над ними, если они хотят делать нечто большее, чем то, к чему обычай принуждает их пол.

Nobody knows how many rebellions besides political rebellions ferment in the masses of life which people earth.

К тебе меня влечет неудержимо, ты мое лучшее я, мой добрый ангел.

Нет такого безумия, на которое человека не толкнуло бы идиотское желание первенствовать в обществе, а так же чувственный угар, слепота и самоуверенность юности, толкающая на бессмысленные поступки.

Друзья всегда забывают тех, кто несчастен.

Луна садилась в воду, огромная, красная, как раскаленное пушечное ядро, - она бросала свой последний кровавый взгляд на мир, содрогавшийся от предвестий бури.

Смотреть на него доставляло мне глубокую радость - волнующую и вместе с тем мучительную, драгоценную, как золото без примеси, но таящую в себе острую боль.

Я был доволен и взволнован тем, что я нашел в тебе: мне понравилось то, что я увидел, и я хотел видеть еще больше.

- А мне такое расставание кажется сухим и скучным, и недружественным. Мне хотелось чего-нибудь другого. Маленького прибавления к этому ритуалу. Что, например, если бы мы пожали друг другу руки? Но нет, это меня тоже не удовлетворило бы. Значит, ничего больше вы не скажите мне, Джейн, кроме вашего "до свиданья"?

• Этого достаточно, сэр. Иногда одно слово может прозвучать теплее, чем множество слов.
• Возможно. Но все-таки это звучит очень сухо и холодно. "До свидания...".

Не было еще на свете такой дуры, как Джейн Эйр, и ни одна идиотка не предавалась столь сладостному самообману, глотая яд, словно восхитительный нектар.

"Моя душа тверда, как скала, незыблемо встающая из бездны бушующего моря. Узнайте же меня в моем истинном качестве - холодного и черствого человека."

"Нет такого безумия, на которое человека не толкнуло бы идиотское желание первенствовать в обществе, а также чувственный угар,слепота и самоуверенность юности, толкающая на бессмысленные поступки."

"Друзья навсегда забывают тех, кто несчастен."

"Чем больше он покупал мне, тем ярче пылали мои щеки от досады и какого-то странного чувства унижения."

"Вам холодно оттого, что вы одиноки,- ваш огонь не соприкасается с другим огнем."

"Ведь это же несправедливо, несправедливо!" - твердил мне мой разум с той недетской ясностью, которая рождается пережитыми испытаниями."

"Кровь моя все ещё была горяча, и ярость восставшего раба жгла меня своим живительным огнем."

Смотреть на него доставляло мне глубокую радость - волнующую и вместе с тем мучительную, драгоценную, как золото без примеси, но таящую в себе острую боль. Удовольствие, подобное тому, какое должен испытывать погибающий от жажды человек, который знает, что колодец, к которому он подполз, отравлен, но все же пьет божественную влагу жадными глотками.