Цитаты из книги The Truly Complete Collection

Я був вільний як вітер,— точніше, вільний настільки, наскільки дозволяє людині бути вільною доход в одинадцять шилінгів і шість пенсів на день.

Умение оценивать, сравнивать, уже само по себе говорит о благородстве духа.

Как я уже писал, похвалы его искусства действовали на него так же, как на барышню - похвалы ее красоте.

— Говорят, что гений - это недюжинная выносливость, — приговорил он с улыбкой. — Отвратительное определение, однако к работе сыщика подходит.

Знания у него странно бессистемные и однобокие, но при этом он нахватался всяких не относящихся к делу сведений, которые наверняка удивили бы преподавателей.

— Ну, я бы не стал говорить, что с ним что-то не так. Просто он немного странный — этакий энтузиаст некоторых областей науки. Но в принципе, сколько я знаю, он человек вполне порядочный.

Если будущее мое черно, то лучше думать о нем с холодным спокойствием, а не расцвечивать его пустой игрой воображения.

... - По-моему, они практически ничего не сделали для его ареста, - отозвался я. - В этом мире неважно, что вы сделали, - кисло заметил мой компаньон. - Главное - заставить людей поверить, что вы сделали много.

Месть не приносит удовлетворения, если жертва не успевает сообразить, кто нанес удар и за что на нее обрушилась кара.

Но ему приходилось держать рот на замке, поскольку в ту пору с Стране святых было небезопасно выражать мнение, отличные от общепринятых.

Ни в коем случае нельзя строить теории, пока у вас на руках нет всех фактов. Иначе можно потерять объективность.

Тут нужно вспомнить старую аксиому: когда все остальные версии отпадают, та, что остается, и является истиной, какой бы невероятной она не казалась.

Все мы идем своими дорожками. Вы по своей, а я по своей.

И все же, это большая ошибка - делать выводы, не имея на руках всех фактов. Тот, кто ее допускает, потом начинает, сам того не осознавая, подгонять их под свои теории.

Какова цель этого круга страданий, жестокости и страха? Выходит, это для чего-то нужно, иначе пришлось бы признать, что мирозданием правит случай, а это ведь немыслимо. Но какой в этом смысл? На этот вечный вопрос человеческий разум до сих пор не может дать ответа.

И у великих есть слабые стороны. Своего рода оскомина на здравый смысл. Неожиданно впадаешь в идиотизм.

И все-таки, если бы я вышла замуж за лорда Сент-Саймона, я была бы ему верной женой. Мы не вольны в нашей любви, но управлять своими поступками в нашей власти.

Только с жизненным опытом начинаешь понимать, насколько могут различаться ум, характер и душа человека.

"What ineffable twaddle!" I cried.