Sherlock Holmes: The Ultimate Collection (Illustrated)

"По одной капле воды, - утверждал автор, - логически мыслящий человек способен догадаться о существовании Атлантического океана или Ниагарского водопада, даже если он никогда не видел ни того ни другого и не слышал о них.

Обет безбрачия - во что он может вылиться? Святой или исчадие ада? Некто ангелоподоюный или, напротив, какое-то животное?

-Уинвуд Рид хорошо сказал об этом, — продолжал Холмс. — Он говорит, что отдельный человек — это неразрешимая загадка, зато в совокупности люди представляют собой некое математическое единство и подчинены определенным законам.

Сети уже расставлены. А к вечеру будет видно, запуталась в них эта большая зубастая Щука или уже ускользнула на волю.

Как и прежде, он был глубоко увлечен расследованием преступлений. Он отдавал свои огромные способности и необычайный дар наблюдательности поискам нитей к выяснению тез тайн, которые официальной полицией были признаны непостижимыми.

Все чувства, и особенно любовь, были ненавистны его холодному, точному, но удивительно уравновешенному уму. По-моему, он был самой совершенной мыслящей и наблюдающей машиной, какую когда-либо видел мир; но в качестве влюбленного он оказался бы не на своем месте. Он всегда говорил о нежных чувствах не иначе, как с презрительной насмешкой, с издевкой. Нежные чувства были в его глазах великолепным объектом для наблюдения, превосходным средством сорвать покров с человеческих побуждений и дел.

Время романтиков еще не миновало, и существуют такие точки соприкосновения, где самые смелые фантазии писателей находят подтверждение в реальных научных исследованиях, проводимых настоящими искателями истины.

- К сожалению, совершенно не важно, что ты сделал в этом мире, - горько вздохнул мой товарищ. - Важно то, что о тебе думают люди.

- В одной таблетке смерть, в другой - жизнь. Выбирай и глотай. Я проглочу вторую. Посмотрим, есть ли в этом мире справедливость, или все зависит от случайности.

"Ты убьешь меня?" - промямлил он. "Никакого убийства не будет, - ответил я. - Разве убить бешеную собаку - это убийство?"

Что ж, когда у тебя отнимают все, остается одно - месть.

- Есть два способа убраться из этого дома, - яростно закричал Ферье, - либо через дверь, либо через окно! Вы какой выбираете?
Он приближался с таким страшным видом, что оба гостя поспешно бросились вон из комнаты. Старый фермер вслед за ними пошел к двери.

• Когда решите, дайте мне знать, - насмешливо бросил он им вдогонку.

- Но кто вы такие? - Он окинул взглядом крепких парней с загорелыми лицами. - Похоже, вас тут целая тьма.

• Почти десять тысяч, - веско сказал один из юношей. - Мы - гонимые дети Божьи... избранники ангела Морония.
• Никогда про такого не слышал, - пробормотал странник. - Он, как видно, не очень-то разборчив.

- Скажи, а это Бог создал эту землю?

• Ну конечно, кто же еще, - удивился неожиданному вопросу ее спутник.
• Нет, он создал землю в Иллинойсе, он создал Миссури, - продолжила девочка, - а здесь землю делал, наверное, кто-то другой. Потому что здесь не так хорошо получилось. Забыли налить воду и посадить деревья.

- Я ведь не боюсь никого, кто ходит по эту сторону могилы, но вдруг это тот последний жилец дома, который от тифа помер, пришел проверить, починили ли трубы?

В душе каждого самого обычного человека есть странные кровавые глубины.

во мне заложены качества и великого лентяя, и отъявленного драчуна. Я часто вспоминаю слова Гете: "Как жаль, что природа сделала из тебя одного человека: материала бы в тебе хватило и на праведника, и на подлеца".

Одну за другой он доставал великолепные винтовки, раскрывал их, звонко щелкал затворами, после чего ставил на место, нежно похлопывая на прощание, - так заботливая мать ласкает своих детей.

Я - как старый мяч для гольфа, с которого давно сбили всю белую краску. Жизнь может нанести свой удар, но это уже не оставит на мне никакого следа.