Человек, который смеется

Наверное, глупо начинать свою рецензию словами "я являюсь поклонницей творчество Гюго", но из жизни слов не выкинешь. Я, на самом деле, являюсь преданной поклонницей творчества Гюго. Корни моей любви к нему растут еще из глубокого детства, и, вероятно, именно поэтому мне сложно объективно оценивать его труды.
Наша встреча с Человеком, Который Смеется не могла не состояться. Рано или поздно наши пути все равно сошлись бы, и, честно говоря, мне безумно жаль, что этого не произошло лет, эдак, пятнадцать назад. В отрочестве и юности-то все воспринимается на-амного острее.
Это произведение гюгоманы практически единогласно считают самым трагическим и "плакательным" из всего творчества мэтра, однако, глаза мои на протяжении всей истории оставались сухими, а сердце не сжималось в тревоге за героев. Почему?..
Здесь уже не один рецензент упрекнул Гюго в излишнем многословии. Готова согласиться - со скрипом, ибо люблю - но Гюго здесь, в этой книге, как-то уж слишком Гюго даже для себя. Благодаря подробнейшим описаниям, у меня сложилось довольно четкое представление об эпохе, а вот сами герои остались тусклыми, зыбкими, неясными. Трагедия героя, из-з чего, в конце концов, он и пришел к столь бесславному концу, не кажется мне Трагедией, которую нельзя было пережить. И да не закидают меня тапками, но для меня последние главы являются этаким злобным торжеством реальности над юношеским максимализмом и тщеславием.
Гюго какой-то странный христианин. В его христианстве много языческого - преклонение перед Роком, например. Мне это чуждо. Но перед Гюго-гуманистом и Гюго-демократом я преклоняюсь. Он, действительно, любит несчастный demos. Ругает, бьет (он, вообще, суров с нами), но любит. Его "фирменные" монологи и авторские ремарки восхитительны, а точные, емкие, и порой достаточно циничные наблюдения заставляют набрать в грудь воздуха и выдохнуть: "Ваша навеки".

Интересно. Удивительно то, что был вначале актёром, а потом вдруг стал лордом и президентом. Интересно с чего вдруг такие увлечения? Кто - то подсказал, напутствовал? Или ты сам был заинтересован в этом? Я могу предположить ты был многообразен во всем. Ты интересовался многими вещами, и поэтому тебя нельзя было сломать . А, если подумать о другом, если б ты не интересовался многими вещами. ? Тебя бы сломали. Я вот считаю, что нет. Но для этого нужен все - таки какой - то внутренний стержень, сильный характер, сила воли, духа

Несколько лет назад прочитав "Собор Парижской Богоматери" в одном сборнике с ним увидела первый том "Человек, который смеется" начала читать и... не зашло, подумала, что не соответствует возрасту, отложила. Сейчас находясь в отпуске на книжной полке, обнаружила сие произведение и решила, а вдруг выросла? Осознала, что нет. Нельзя сравнивать произведения одного автора, даже если решил их читать в хронологической последовательности.

В чем же трудности. Сюжет книги, сам по себе интересный. Ребёнок, брошенный в суровую зимнюю ночь, людьми которые обращались с ним как с животным, и что же дальше? куда ему идти? кого он встретит? выживет ли в снежную бурю? Интересно? Безусловно, да. Но ровно до того момента, как начинаются философские размышления автора на тему и без. Исторические сноски событий, бесконечный перечень имен лордов, кто кому подчиняется, кто как отличается, у кого перья на голове зеленого у кого белого цвета и т.д. Только от этого, раз -дцать хотелось захлопнуть книгу и выбросить её куда подальше... но основная сюжетная линия и упорство барашка не давало это сделать. Сознаюсь, чтобы вернуться  к основной сюжетной линии пролистывала целые главы, если было осознание, что эти главы не продвигают сюжет, а опять размышления и исторические справки (признаю, где-то эти справки нужны и необходимы здесь же, увы и ах). Хотя возможно учитывая, что "Человек, который смеется" был одним из последних романов автора, и возможно, редакторская политика была такова, что печать осуществлялась от количества строк, как иногда бывает с классиками, здесь винить автора не в чем, каждый зарабатывает как может.

Но, вернемся к сюжету. Брошенный ребёнок. Суровая зимняя ночь. Младенец на груди умершей матери. Сумасшедший старик и волк. И казалось бы, что между ними общего. А то, что все они брошены. Брошены тем обществом в котором живут, и как только у них становится всё хорошо, наступает еще одна "суровая ночь" на сей раз в социальном плане. И снова общество разочаровывает.

В какой-то момент описание было до такой степени знакомым, что невольно приходило на ум сравнение с "Мартин Иден" Джека Лондона.