Играя с огнем

Раньше бабушка Савви всегда говорила: «Если ты не боишься, это не значит, что ты не смелый человек».
В эту минуту я боялась, но ради нее мне нужна эта смелость.

Вбей себе в голову, Техас: я плохой парень. Я не собираюсь тебя спасать. У меня нет намерений помогать тебе забыть о страхах и стать более сильным человеком. Вся эта фигня доктора Фила не про меня. То, что я не пинаю тебя, когда ты падаешь, не значит, что я классный парень.

Почему все постоянно так говорят? «Хорошо выглядишь»? Какое людям вообще до этого дело? Мы же не отправимся на массовую оргию прямиком отсюда.

– Я не хочу реализма. Я хочу магию!

– Наконец-то представилась возможность взять выходные и оставить ее с родителями Рейна.
– Наконец-то представилась возможность снова сделать тебе ребенка! – Рейн подмигивает жене и закидывает руку ей на плечо.
Она закатывает глаза и фыркает.
– Дел-то на три минуты. Как проведешь оставшееся время? – бурчу я.

– Не разбивай мне сердце после того, как заново его склеила.

Ради тебя я пройду сквозь огонь.
Люблю тебя.
Твое прежнее пламя

У расплаты и кармы есть одна общая черта – обе сучки.

Мы все порой нарушаем обещания.

Он наклонился над койкой и привалился ко мне телом, обнимая осторожнее и нежнее, чем за всю мою жизнь. Мы не обнимались половину десятилетия.
– Па, да не скромничай. Это твой единственный шанс на объятие, ведь мне не сбежать, – пробурчал я.

– Вчера ты чуть не умер, – напомнил Ист.
– Спасибо, капитан Очевидность. Тебе больше некуда податься, что ли? Может, встанешь рядом с Гудзоном и предупредишь туристов, что там сыро, или уедешь на Аляску и напомнишь про холодную погоду?
– Господи, он не только зуба лишился. У него и чувство юмора кончилось, – делано мелодраматично вздохнул Рейн с другого конца палаты.

У каждого свой способ стать фениксом.

– Ты больной? – загрохотала за спиной Тесс.
Я повернулся к ней. К мисс Дэвис у меня отдельный разговор. Она не только появилась передо мной, а я увидел несколько ее изображений. Они сливались друг с другом, как гармошка из вырезанных Тесс.
– За какие такие гнусные прегрешения я заслужил шесть Тесс? – задумался вслух я.

– Он не должен состояться. Уэст даже стоять прямо не сможет.
– Вбщетмогу, – заплетающимся языком сказал я и отпихнул их, чтобы отстоять свою точку зрения.
Ист и Рейн отошли, и мне, разумеется, удалось сохранить равновесие.
Видите? И нет проблем. Я вполне способен…
Шлеп!
Только через несколько долгих секунд я понял, что щека горит не от стыда, а от удара об асфальт.
– Я на лицо шлепнулся, да? – невнятно произнес я, потому что к языку прилип гравий.