В Петербурге мне жилось хорошо.

Он сжимал челюсти всё крепче и крепче, потому что хоть и думал, что пришла его смерть, но решил встретить её, не разжимая зубов. Этого требовала честь его рода.

Могу с гордостью сказать, что явное превосходство моих лошадей, охотничьих собак, огнестрельного и холодного оружия, как и выдающееся уменье владеть им, создали мне самую лестную репутацию среди знатоков.

Не стану, милостивые государи, докучать вам пустой болтовней, описывая порядки в роскошной русской столице, процветание в ней наук и искусств и всякие ее достопримечательности, и того менее хотелось бы мне познакомить вас с интригами и забавными приключениями в избранном петербургском обществе, где, между прочим, принято, чтобы хозяйка дома, встречая гостя, непременно подносила ему рюмку водки из своих рук и громко чмокалась с ним.

Каждое яйцо кобры – это та же кобра.

Кому велено чирикать -
Не мурлыкайте!
Кому велено мурлыкать -
Не чирикайте!

Присутствие духа и умение использовать опыт прошлого - вот истинная доблесть как настоящего воина, так и подлинного охотника!

Ох, нелёгкая это работа —
Из болота тащить бегемота!

И такая дребедень
Целый день:
Динь-ди-лень,
Динь-ди-лень,
Динь-ди-лень!
То тюлень позвонит, то олень.

В желудке у рыбы оказалось темно, но зато тепло и уютно.

Нет на свете ничего труднее, как испугать мангуста, потому что он от носа до хвоста весь горит любопытством. «Беги Разузнай и Разнюхай» — начертано на семейном гербе у мангустов, а Рикки-Тикки был чистокровный мангуст.

Ум у Дарзи был птичий, в его крошечной головке никогда не вмещалось больше одной мысли сразу.

Это была Карайт, пыльно-серая змейка, которая любит валяться в песке. Жало у нее такое же ядовитое, как у кобры, но оттого, что она маленькая, никто не замечает ее, и таким образом она приносит людям еще больше вреда.

Победа мангуста над коброй – в быстроте его глаз и лап. У кобры – укус, у мангуста – прыжок.

И так как никакому глазу не уследить за движением змеиной головы, когда она хочет ужалить, этот прыжок мангуста чудеснее всякой волшебной травы.

У меня зазвонил телефон.
— Кто говорит?
— Слон.
— Откуда?
— От верблюда.
— Что вам надо?
— Шоколада.

Целый день я не ел, не пил, а все думал и думал.

Не знаю, почему, но со мной часто случалось, что самых свирепых и опасный зверей я встречал в такую минуту, когда был не вооружен и беспомощен.

В ту зиму не только в России, но и по всей Европе стояли такие холода, что даже солнце отморозило себе нос.