Не знаю, чем объяснить тот факт, что взялась слушать сразу четвертую книгу серии "Агата и сыск", когда в вишлисте давно дожидается первая часть "Королева брильянтов". Не иначе, привлек интерес к правилам счастливых браков. В книге рассказана отдельная детективная история, но постоянно упоминалось о прошлом героев, что подчеркивало мой просчет и заставляло строить догадки.

Название "Правила счастливой свадьбы" не случайно. Правил, законов, традиций, примет, суеверий в тексте предостаточно, порой таких древних, что "тянутся со времен до Крещения Руси", имеются ссылки на некоторые источники. Кроме расхожих предрассудков, известных в наши дни, таких как запрет видеть жениху невесту в свадебном платье до самой свадьбы, автор раскрывает старинные, давно позабытые правила.

Если какая примета невесте неизвестна, подружки просветят. Они твердо знают, что перед свадьбой надо отрезать клок волос у себя, а после венчания у мужа, смешать их и сжечь на свече – тогда брак будет крепкий. Что под платьем на самое тело надо надеть тайный пояс, который завяжет мать. Что жених и невеста должны глядеться в одно зеркало и стоять на венчании так тесно, чтобы «черт между ними не пролез». Что встретить свадебным поездом еврея или женщину с полными ведрами – к счастью, а вот монаха или слепого – плохо. Что на белый плат, который священник кладет у ног венчающихся, невесте надо стать первой, чтобы быть хозяйкой в доме. Что венец над головой невесты надо держать, а не надевать на нее, иначе брак развалится. Что надо следить за венчальными свечами: если горят с треском – жизнь с мужем будет в раздорах, а если оплывут – муж будет тихий и мирный. Что разные предметы, которые будут на невесте во время венчания, потом помогут ей при родах. Что, выйдя из храма, надо разбить бокал, из которого пили молодой муж и жена, а осколки затоптать ножкой. Что надо одной ложкой из одной тарелки поесть с молодым мужем...

Автор выбирает счастливое время для своего романа - сезон свадеб. Непререкаемая традиция, тянущаяся со времен замужества бабушек и прабабушек, предрекает счастливую семейную жизнь тем, кто женится на Красную горку. Правда, к удачным бракосочетаниям нам приобщиться не дадут, так как невесты умирают накануне долгожданного события. В своем детективном романе Антон Чиж запутывает читателя не только сложными переплетениями преступных событий, семейных тайных связей и знакомств, но и не менее сложной схемой расследования. Мудреным делом невест параллельно занимаются Алексей Пушкин и Агата Керн, мнимая баронесса фон Шталь. Иногда они делятся кое-какой информацией, но чаще находятся в режиме конфронтации. Чиновнику сыска положено хранить секреты, Керн хочет добиться признания (правоты, ума, таланта). Добровольным советчиком всегда готова выступить тетушка - мастерица по разгадыванию ребусов и математических задач. Большую помощь по криминалистической части оказывает профессор Павел Яковлевич Преображенский, а еще имеется опытный сыщик Василий Яковлевич Лелюхин... Но если говорить о самом важном факте удачного расследования, то следует обратиться к секретной системе Пушкина, к "таблицам и паутинам", как назвал их доктор Преображенский. Увидеть таблицу с вписанными по вертикали и горизонтали фамилиями и узнать принцип работы схемы было его заветным желанием. Пушкин секретом поделился.

В таблицу помещаем взаимные вероятности всех лиц, кто может быть причастен к преступлению. В круговой диаграмме накапливаем факты, указывающие на преступника. Чем ближе к центру двигается угол одного из подозреваемых, тем вероятнее он и есть преступник. Чистая математика, никаких фокусов... Система базируется на аксиоме: человек совершает поступок, исходя из страха или выгоды. Это очень простая формула, раскрывающая математику человеческих поступков.

Вычислить преступника - простая математика!

В том, что серию "Агата и сыск" начала с конца, есть свой плюс - исполнением Вадима Медведева и Людмилы Чайковской осталась вполне довольной. Почитав комментарии, узнала, что предыдущие книги озвучивал другой чтец, который пришелся всем по душе (встретила призыв: "Верните Шевелева!"). Так как мне не с кем сравнивать, то нет и претензий. Понравилась и мужская, и женская партия. Раздельное исполнение книге не требовалось, ведь она не от первого лица. Когда в тексте шли события, в которых участвовал Пушкин, то читал Медведев, появлялась Агата Керн - роль исполнителя переходила к Чайковской. Часто они вели диалог, в результате смысл раздельного чтения терялся. Исполнение увлеченное, техника хорошая, произношение чистое, голоса приятные. Маленький минус в том, что прямая речь не всегда удавалась Людмиле, иногда чувствовалось, что выбранный тон не подходит герою или героине.

В поклонники Антона Чижа ( или лучше сказать Родиона Ванзарова?) я записалась сразу после выхода первой книги, а было это уже лет десять назад. С тех пор Ванзаров стоял у меня прямо между Фандориным и Алексеем Лыковым. Но появление нового сыщика, на этот раз не питерского, а московского, с шикарной фамилией - Пушкин - запутало все мои ранжиры, и главенство Фандорина слегка покачнулось, а второе место Ванзарова стало третьим))).

На самом деле у Чижа есть одно неоспоримое достоинство: его персонажи из серии про Алексея Пушкина заставляют улыбаться. При этом напряжённое расследование идёт своим чередом, и одно другому не мешает. Чего стоит только "раздражайший" начальник сыска, в своём стремлении говорить очень по-русски и по-народному (у самого-то фамилия Эффенбах), путающий все пословицы и фразеологизмы в кучу, которую трудно расшифровать, но столь же трудно не улыбнуться! А то, что у любимой Пушкина, воровки, королевы брильянтов Агаты фамилия Керн? Или такие пассажи: " - Пустяки моя милая, - ответила Агата ласково. - Меня всего лишь ударили по голове гирькой, а потом повесили. С кем не бывает... Москва - такой забавный город..."

Кстати, об Агате. Есть сериал "Агата и сыск", на мой взгляд, неудачный, но дело не в этом. Ничего не имею против Дарьи Ленды , но никак у меня не получается представить визуально Агату иначе, как Ольгу Красько времён "Турецкого гамбита". Конечно, это мои личные фантазии, но тем не менее - от Агаты должны лететь искры))).

Сюжет романа охватывает всего несколько дней начала сезона свадеб в Москве. Заодно можно почерпнуть информацию, как они проходили, от момента сватовства, до последствий: "Пили за здоровье молодых, за достаток в доме, за обильное потомство, за многие радости и тому подобное, что так щедро изливается в словах и редко случается в жизни. Проснувшихся поутру страдальцев ждало возмездие за мягкое сердце". И вот в эти весёлые, по-купечески размашистые дни просто эпидемия какая-то нападает на юных невест - умирают бедняжки, да не просто умирают, а убиты... Далее по традиции жанра: неправильные версии, беготня и опасности, обязательное торжество закона...

"Невеста переполнена радостью, родители рыдают от долгожданного счастья, а жених...ну а что жених? Он тоже счастлив. По-своему. Раз кругом все счастливы."

Впечатления очень смешанные - будто стакан чая с чаинками кто-то взболтал, и они все никак не осядут. С одной стороны – блестящее мастерство автора, которое позволяет подкидывать любое количество ложных улик, твистов, поворотов. Прекрасный саспенс – читать очень хочется, герои затейные, пока читаешь – ни минуты не скучно. Страшно любопытно, чем дело кончится.

И тут начинается "с другой стороны".  Есть ощущение, что с притянутым к разгадке инцестом автор все-таки перемудрил. Нет, это ни в коем случае не совет, не претензия – лишь ощущение. Когда я читала конец, я поймала себя на мысли, что совершенно запуталась, кто же там зачем все эти истории мутил. Что по уму, чтобы разобраться, было бы неплохо финал перечитать еще раз. Железно неподвижные отношения Агаты и Пушкина, признаться, тоже уже кажутся не таким уж хорошим ходом. Столько было хороших возможностей - в бане, при спасении из петли. Ну хоть чутка сдвинуться хоть в какую сторону.
С появлением Агаты в жизни Пушкина наступил целибат - подруга у него была лишь в первой книге. Ну ок....

А с третьей стороны, как же здорово, что эта книга была у меня закачана в читалку и скрасила мне путь в самолете и в сапсане. Время пролетело незаметно.
Теперь пусть чаинки отстаиваются.