Маус. Сповідь уцілілого

Не бросайтесь в меня тухлыми яйцами за цитирование А.Г.: автор сам использовал эти слова в качестве эпиграфа к своей книге. Интересно, какие мысли бились в голове Арта Шпигельмана. Что он хотел сказать своим графическим романом, в котором слова Гитлера довел до отвратительного абсолюта?

Внешне история очень проста: Арт Шпигельман расспрашивает своего отца Владека, желая по его истории сделать комикс о Холокосте. Владек, собственно, и рассказывает, как выживал в войну, а Арт за ним записывает. Между разговорами о прошлом они выясняют отношения и вообще всячески пытаются разобраться в себе. Банально? Пожалуй.

Не могла не вспомнить фильм о польско-еврейском пианисте Владеке Шпильмане; снят по его послевоенным мемуарам польским евреем Романом Полански, так же пережившем Холокост. Самый личный фильм о Холокосте из всех, что я знаю.

История Владека Шпигельмана действительно очень банальна, как и большинство историй выживших – и умерших. Но писатель и художник позволил себе своеобразные отступления от канона; они раздражают, вызывают вопросы, именно они – основа этой книги, а вовсе не прямолинейная исповедь Владека. Кажется, от «книги памяти» (простой рассказ о том, что было) он уходит в исследование проблемы расизма и, к сожалению, делает неутешительный вывод: расизм жив и будет жить еще очень долго в людских головах, он – вечная болезнь человечества, и даже тот, кто стал его жертвой, может потом занять позицию своих мучителей.

Чувствуется, какой конфликт терзал автора за работой. Сложные отношения с отцом так и не отпустили его. Его словно разрывали противоположные чувства: он хочет рассказать о боли своего отца, но делает его неприятным, местами откровенно отталкивающим. Чего только стоит эпизод с Владеком, который приходит домой к любимой девушке и втайне от нее начинает копаться в ее вещах, находит таблетки и думает: «Она что, больная? Мне такой не надо!» Хотя минуту назад он размышлял, как ему с ней хорошо и как он хочет на ней жениться. Эту ситуацию можно изобразить по-разному, тут же она вызывает брезгливость. Или самолюбование героя в первой же главе, когда он описывает влюбленную в него девушку – с каким восторгом он говорит о себе (за мной бегали толпами!), а ее описывает отвратительно, не забывая заметить, что у нее нет приданого (а будущая жена очень богата… нет-нет, я ничего плохого не хочу сказать, все по тексту).

Пожилой Владек вызывает еще более негативные эмоции. Можно было бы списать на Холокост и лагерь, но верно говорит его вторая жена Мала: «Все наши друзья пережили этот ужас, но никто не стал таким, как он». Он бесконечно тиранит своего сына (выбрасывает без спросу его личные вещи, обманным путем заманивает к себе в гости, вообще прививает сыну чувство вины: он, родившийся после войны еврей, виноват перед погибшими в захваченной Польше…). Так же он тиранит свою новую жену (прошлая покончила с собой, и я ее понимаю). Он отвратительно мелочен, карикатурно скуп, трясется при одной мысли, что надо потратить лишний цент (даже на сына и жену никогда не потратится!). От такого желчного, скаредного, мрачного типа хочется держаться подальше. С одной стороны, это оживляет историю, но с другой – мешает сочувствовать герою в линии о Холокосте.

Что сильно смущает в книге – это поистине нацистское деление национальностей по разным животным. Евреи – это мыши, немцы – кошки, поляки – свиньи, французы – лягушки. Это может показаться забавным, необычным авторским приемом – если отметать этические вопросы (и да, выбор не самый удачный – мыши у большинства людей не вызывают симпатии, а вот котиков любят практически все; мыши все-таки вредители, не зря же на них ставят мышеловки). Самое… неправильное, связанное с делением на разные биологические виды, – это невозможность физиологического сближения и появления потомства. Именно это была главная (расовая) головная боль нацистской пропаганды – как внушить людям, что можно воспроизводиться только в рамках своей национальности? Можно представить себе семейный союз еврея и немца, если еврей – это мышь, а немец – кошка? Но в реальности еврей и немец, и поляк, и русский, мы все – один биологический вид, мы можем жениться и иметь потомство, и ребенок от такого союза будет обычным человеком; это основа современного гуманизма – что мы все равны, смешение кровей естественно, метисы такие же люди, не хуже и не лучше остальных.

Зачем же автор комикса показывает нам события глазами нацистов? Ах, нет, он показывает события глазами своего отца. Это Владек, главный герой, по-расистки делит людей на замкнутые сообщества. Евреи у него – это какая-то автономная группа, люди не стремятся выйти из нее, они обречены быть среди «своих» даже вне войны; так же главный герой описывает и остальные национальности – но это крайне поверхностный подход. На самом деле, Шпигельман затрагивает одну из причин, почему евреи вечно были гонимы в Европе (нет, не потому, что они в Христа не верили!): евреи до последнего пытались быть «сами в себе», неохотно шли на контакт с местным населением, если эмигрировали (например, в Германию или Польшу), то старались не вливаться в чужую культуру; были магазины для «своих», кафе и клубы для «своих». Лишь ближе к мировым войнам евреи стали более открытыми, стало больше «светских» евреев, которые вливались в общественную жизнь своей страны, считали себя больше немцами/поляками/французами – по месту рождения, а не по расовым и религиозным признакам. Участились межнациональные браки. Но вот это впечатление о евреях, как о замкнутом сообществе, сохранилось – и именно это сделало возможным трагедию Холокоста. Если бы евреи были крепче связаны с коренными народами, хоть с теми же немцами, Холокост был бы невозможен: ведь все бы уже друг с другом передружились/перемешались. Процесс смешения уже был запущен, но оказался не настолько интенсивен, чтобы спасти евреев. История же Владека рассказывается с устаревшей позиции, которая как раз и была одной из предпосылок трагедии. В мире Владека не должно быть смешанных браков и потомства от них (мыши, свиньи и коты, помните?). Невольно, но рассказчик соглашается с позицией нацистов (мы разные просто по факту рождения!), не понимая, что это мнение и тащит его народ к гибели.

Не зря Шпигельман в самой кульминации вводит в повествование двух персонажей: свою жену-француженку и случайного попутчика-афроамериканца. Франсуаза просит нарисовать ее не лягушкой (как француженку), а мышью; Арт вспоминает, как она не понравилась отцу из-за национальности; она говорит, что стала иудейкой, чтобы только смилостивить Владека, чтобы хоть так стать более-менее достойной его сына-еврея; даже случайные знакомые-евреи допытываются у Арта: «А что, твоя жена, значит, не еврейка? Как же так?». Замечательная толерантность, не так ли? А потом Владек кипит злостью от их темнокожего попутчика: «О боже, черный сидит рядом с нами! Как вы это позволили?» А на возмущение сына и невестки, что это расизм и так же, как у нацистов, отвечает: «Да ведь нельзя сравнивать черных и евреев (типа евреи намного лучше)!»

Такие, казалось бы, мелочи добавляют объема повествованию, хотя и делают его неприятным. Шпигельман не показывает евреев «белыми и пушистыми»; наоборот, он отыскивает в них изъяны, которые сближают их с немцами, или американцами, или русскими. Нет плохих немцев и хороших евреев. Все плохи. И автор словно бы спрашивает: может быть, сложись иначе обстоятельства – и еврей (или кто-то еще) занял бы место своего палача?..

Прочитав в конце прошлого года Апостолос Доксиадис, Христос Пападимитриу - Логикомикс. Поиск истины , который мне понравился и вернул интерес к графическим романам, решила навёрстывать упущенное в этом жанре и начала с «Мауса».

Арт Шпигельман рассказывает о Холокосте через диалог между собой и своим отцом. Повествование прерывается размышлениями отца о его отношениях со второй женой, проблемах со здоровьем и так далее. По ходу работы Шпигельман также упоминает о своей женитьбе и рождении дочери.

Родители Шпигельмана, Владек и Аня, - польские евреи, пережившие концлагеря (их обоих отправили в Освенцим). Мы видим, как необходимо было быть находчивым, чтобы выжить, ведь жалость и солидарность были редкостью. На евреев, нарисованных в виде мышей, охотятся нацисты (кошки) и часто поляки (свиньи).

Мы видим небольшие моменты героизма одних (например, польской женщины, которая спрятала супружескую пару без ведома мужа) и жестокость других (поляка, который расправился с евреем по возвращении из лагеря, потому что хотел вернуть своё имущество).

Формат графического романа каким-то образом делает самые ужасные аспекты более понятными, более затрагивающими. Головы животных, отделяя привычные ужасы от человеческих, делают привычное непривычным, более базовым и непосредственным. Рассказать историю таким образом было огромным риском, но в итоге получилось блестяще. Это странный мир между визуальным рядом и диалогом отца. Ещё более страшно осознавать, что всё это правда... Это не Микки Маус.

Это очень сильный комикс, который прочитался очень быстро, но это было тяжёлое чтение; под конец стало так горько за всех этих несчастных людей, что потом сидела минут десять, не зная куда себя деть... Это яркий и пронзительный рассказ о том времени, который не щадит характер Владека, который скуп до такой степени, что трудно себе представить, и является обузой для окружающих.

Евреи пусть будут мышками, немцы — котиками, меряканцы — собаками, французы — лягухами, а шведы — оленями. "Кому велено чирикать - Не мурлыкайте! Кому велено мурлыкать - Не чирикайте! Не бывать вороне коровою, Не летать лягушатам под облаком!"

Шпигельман, конечно, молодец. Текст у него так себе. Рисунки тоже так себе, как ни старайся назвать это графическим романом, но до высокого стандарта жанра это не дотягивает. Цепляющих "кадров" за весь роман можно по пальцам перечесть, а 97 процентов рисунков — проходные, не запомнятся вовсе и почти ничего нам не скажут, просто подпихнут вперёд историю. Но так получилось, что как раз история здесь всё делает. Что интересно, и история-то бати довольно посредственная — та её часть, которая про режим и лагеря. Ни в коем случае не хочу умалить тяжести ноши, но история Владека — типичнейшая (и этим-то и страшна), у кого мы только подобное не читали. Так в чём же секрет, если и история, и рисунки, и текст — так себе? А вот фиг его знает. Возможно, роль сыграла новизна подача. Куча посредственной инфы, но в новой обёртке — уже любопытно. А возможно дело в тех самых крошечных частичках сюжета, которые нетипичны. То бишь: отношения Арта и его отца, история гибели его мамы, тяжёлый и противоречивый характер Владека, так непохожий на одномерный "комиксные" характеры персонажей. Если так разобраться, то не очень-то и мало.

Так что я читала эту историю, прежде всего, как результаты психологического эксперимента, который Арт поставил над самим собой и собственным отцом, решившим написать всю противоречивую правду о них обоих. Он не старается ни оправдать, ни обвинить отца, себя тоже красавцем не выставляет. Всё как в жизни. И крупнейшая драма двадцатого века как-то размывается на фоне этих мелких внутрисемейных драм, когда Владек вдруг ругается на чернокожих или со скупостью настоящей церковной мышки идёт в супермаркет скандалить с управляющим и возвращать наполовину съеденные продукты, бравируя своим положением бывшего узника концлагеря.

Долго думала над тем, удалось ли переводчикам справиться с трудной задачей — передать корявую английскую речь Владека. Увы, наверное, всё-таки нет. Где-то "недоборщили" и создаётся впечатление, что это мелкие ошибки самих переводчиков. Спасибо тут общему настрою русских редакторов, которые настолько глубоко пустили эти косяки в нашу жизнь, что мы, в первую очередь, грешим на них, а потом уже допускаем, что так и задумано.

Тяжёлая история, которая легко читается за один вечер. Арту Шпигельману спасибо за беспощадный реализм и за попытку пройти путь вместе с читателем, не зная, куда он может привести.

Шикарная (нужная, актуальная в наши дни) идея комикса (графического романа) про ужасы и бесчинства фашизма, про холокост, уничтожение личности и целого народа...но вот стремление упрощать все и вся сыграло в данном случае произведению не на пользу...Ведь смысл-то в том и заключается, чтобы показать, как это было нереально страшно, а здесь на месте людей мыши (или, может, просто мне было сложно абстрагироваться...) + довольно странное разделение персонажей на группы (евреи=мыши, немцы=кошки; французы=лягушки и т.д.), какая-то странная кастовость, как раз в духе фашизма, против которого и направлена книга. Где логика? Все люди равны. Независимо от нации, вероиспеведания, пола, возраста, расы...Зачем было таким образом делить персонажей, я не понимаю.

Также для меня осталось загадкой. зачем было перемежать роман описаниями ссор и дрязг главного героя (Арта) со своим отцом Владеком (уже после этих ужасных событий) Это постоянное мельтешение и смешение планов отвлекает от сути, от того чему посвящена книга: ни в коем случае не допустить повторения этих страшных событий...(да и сама идея возникновения книги: Арт без конца заставлял своего отца вспоминать те ужасные события, где тут человечность...)

Не понравилось, какими Арт изобразил в своем произведении евреев: жадных, равнодушных, способных предать родных людей...(вроде бы автор писал о своем народе, так зачем он к ним так жесток...) Исторические подробности тех лет в изображении автора тоже почему-то вызывают у меня большие сомнения...

Странные впечатления у меня от этого комикса...Вроде бы посвящен такой животрепещущей теме, но исполнен как-то странно. С претензией на оригинальность (безусловно) и отсутствие здравого смысла, полное, причем. Правду не надо приукрашивать, действительность не надо лакировать - мы должны донести до наших потомков беспристрастное изложение истории, пусть жуткое и страшное, но - прежде всего правдивое...

Прочитала графический роман о холокосте. В своей биографической книге Арт Шпигельман не только рассказывает историю отца, прошедшего через Освенцим, но и показывает нам то, что было после. Подобные истории выживших в большей степени ассоциируются с надеждой и стойкостью, которые несмотря не на что приводят человека к хэппи энду. Но Маус очень откровенная книга, которая показывает нам истинное положение вещей, в которой человек из лагеря вышел, но не освободился.

Он трясется над каждой крошкой в доме, каждой копейкой в кошельке, собирает кучу хлама на всякий случай. Он боится и не может расслабиться, не верит, что произошедшее больше не может повториться. Его невозможно в этом упрекнуть, но помочь расслабиться и хоть немного насладиться жизнью тоже не получается.

Большое внимание автор уделил своим отношениям с отцом, в которых есть много сложностей и недопонимания. Между поколениями словно пролегла пропасть, и кажется, что никто уже и не надеется ее преодолеть. Пожалуй, именно диалог между поколениями выделяет эту историю в череде остальных на эту же тему. Важно, что нам показаны все неприятные стороны этого диалога, в том числе, например, проявление расизма со стороны отца главного героя по отношению к темнокожему человеку.

Казалось бы, человек прошедший через страшные издевательства на почве национальной принадлежности должен понимать всю несправедливость такого явления, как никто другой. Но это напротив лишь заставило его еще больше обособиться, стать частью замкнутой группы и с подозрением относиться ко всем, кто находится за ее пределами.

В книге еще много таких неприглядных деталей, которые наводят на сложные размышления. Даже сама подача уже ставит перед нами некоторые вопросы. Ведь Арт Шпигельман изобразил людей разных национальностей в виде разных животных, тем самым ярко выделив разделение людей, что настолько.. по-гитлеровски.

Конечно, это очень соответствует тону повествования отца о холокосте, но не должно соответствовать тону той части истории, которая происходит в настоящем времени. Это вызвало у меня какие-то противоречивые чувства, даже заставило испытывать дискомфорт в процессе чтения.

Вероятно, я могу сказать, что и визуальные приемы автора, и манера повествования заставила меня очень глубоко погрузиться в историю, в это жуткое время, от которого буквально бегут мурашки по коже, и хочется поскорее вырваться и не возвращаться. Эта книга также, как и для автора, стала для меня сложным разговором на тяжелые темы.

Единственный графический роман получивший Пулитцеровскую премию. И действительно он того стоит. Здесь рассказывается не только про войну и холокост, а еще и о сложных взаимотношениях в семье и просто о жизни в целом. Характер отца, пережившего концлагерь, очень сложный, но ведь и события Второй мировой наложили на него свой отпечаток. Читал и думал, что рассказчику очень повезло остаться в живых. С одной стороны ужасные события с ним происходили, но с другой - жизнь его могла оборваться почти в любую минуту, но ему удавалось так или иначе избежать смерти. Его спасение почти равносильно чуду. Он смог через все годы войны пройти и выжить. Из них в районе года концлагерей, где ежедневно убивали евреев просто так. Единственный момент в книге, оставшийся мне не ясным, это заявление, что отец рассказчика то ли отслужил 25 лет в русской армии, то ли должен был. И он очень боялся, чтобы его сыновья не ушли служить. Но ведь, даже если это был конец девятнадцатого столетия, раньше просто невозможно, люди столько не живут, то уже тогда не было таких сроков службы. А в остальном мне книга очень понравилась. Автор не приукрашивал ни свой характер и свое отношение ко всему, ни своего отца. Какие-то моменты мне нравились, какие-то нет, но они выглядели реальными. Я в них верил. Нет идеальных людей. Никто не поступает все время хорошо и правильно, да и что вообще значит поступать правильно? Ведь у каждого свое мировозрение и своя правда.
Оценка 10 из 10

Как часто изд. аннотации врут в лучшем случае неточны или расставляют совсем не те акценты, в худшем же — вообще мимо кассы. Но "Маусу" в этом смысле повезло — издательский текст точен во всех моментах, что в нём отмечены.

Получил я эту книгу от подруги (на "почитать") и потому совсем не интересовался тем, что это такое, не читал отзывы. И, поскольку это комикс, само собой решил, что история в первую очередь для детей, ну, мол, просто и доступно о том, что нужно знать и помнить. Собственно, на первых страницах я именно так и думал, что целевая аудитория — не более, чем подростки. Но уже совсем скоро эта версия потерпела крах, а к финалу я однозначно утвердился во мнении, что книга совершенно взрослая, и подросткам я бы её дал разве что старшим.

Здесь действительно два пласта. История польского еврея Владека, прошедшего через мясорубку нацизма: от гетто в городках, до Аушвица и "марша смерти" в Дахау. И если этот слой, эта история для подростков пригодна и нужна (но подразумевает, что читатель хотя бы по верхам в теме, знает, что такое "гетто", слышал об Освенциме, ибо объяснений там мало, ведь весь текст комиксов есть диалоги), то второй пласт — история непростых взаимоотношений Владека и сына Арта (собственно, автора комикса) — как раз и дал мне основание считать книгу скорее взрослой. Одни и те же события влияют на разных людей по-разному. Отец Арта после пережитого стал до невозможности скуп, считает крошки, экономит каждую спичку, у окружающих (например, второй жены) готов видеть сугубо меркантильный интерес к себе, выгоду. Сыну с отцом очень непросто: тяжело понять, не пережив, сложно не срываться, не раздражаться, ещё сложнее помочь. Владек возмущён, что сын не ценит того, что имеет, Арту кажется, что отец попросту свихнулся. Извечная тема отцов и детей, помноженная на адское прошлое отца. И да, издатели очень верно подметили, что книга рождается именно на стыке двух этих пластов.

Встречал ругательные отзывы о переводе, мол, ужасный, корявый и т.д. Объяснение этому простое и одновременно сложное — после войны Шпигельманы переехали в Америку, Владек рассказывает свою историю на корявом английском. И русские издатели/переводчики постарались сохранить этот нюанс как можно ближе к оригиналу. Лично меня такой перевод не только не смущал, но и наоборот, показался весьма уместным, все эти "так я пошёл" и прочее, эдакий "еврейский говорок".

Книга не без недостатков, хотя, пожалуй, единственным заметным, и то уже в размышлениях после чтения, я бы отметил то, что автор говорит только о евреях, то есть в его истории среди пострадавших нет представителей других национальностей (в смысле, он их не показывает). Но этим, мне кажется, грешат многие представители еврейского народа. И кроме того, для себя я объясняю это тем, что еврейская община на самом деле очень сильна, поддержка "своего" всегда отличает этот народ от других, как мне кажется, поэтому неудивительно, ведь Владек "вертелся" только среди своих, вот и рассказывает о себе и соотечественниках.

"Маус" однозначно впечатляет. И без всяких скидок, на "комикс" и т.д.

Интервью с автором Артом Шпигельманом (из французского журнала «Les Inrockuptibles» №42, decembre, 1992)

UPD. Немного размышлял сегодня утром, уже после написания отзыва.
Сама история Владека, рассказанная в "Маус" (не книга как таковая, а именно история человека) — не уникальная; те, кто читал Ремарка, Кертеса, другие книги о нацистских концлагерях, читал или смотрел документалку, могут сказать, что ничего нового не узнали. И будут правы, возможно, даже наверное. Но знаете, я подумал, что после пройденного ада каждая такая "история выжившего" имеет право быть рассказанной. Каждая имеет право быть услышанной. И потому, что заслужили это право уже одними своими страданиями и потерями. И потому ещё, все они — свидетельства не только страшного прошлого, о котором надо знать и помнить, но и будущего — которое не должно повториться, никогда!

В силу того, что это комикс (хорошо, графический роман, но суть это мало меняет), эмоции здесь где слабо выражены, "прописаны", где утрированы, однако они несомненно видны ЗА текстом-рисунками, читатель их просто не может не ощущать. А иногда за скупыми ужасными фактами чувства и эмоции уже и не так нужны. Некоторые сцены кошмарны. Имейте в виду, давая читать детям.

Например, эпизод

Например, эпизод (это старое издание, кстати, здесь "ломаного" языка нет, плюс другой шрифт)

Ожидал, что при чтении этого комикса меня постоянно будет пробивать от описаний происходящего. Но этого не случилось! Всё было тихо и обыденно, но от этого ещё страшнее. Ведь описаны действительно ужасающие страницы истории. И автор предельно открыто и правдиво рассказывает историю жизни своих родителей. В основном, конечно, его отца. И тут меня задело в первый раз. Взаимоотношения автора с его отцом можно назвать в лучшем случае натянутыми. И в начале, как оказалось, рассказана важная история из детства Арта. Но это лишь одна из многих подобных ситуаций, как позднее будет написано на страницах комикса. Именно таких вставок, по-моему мнению, не хватило в этой истории. Без них я не до конца поверил Арту, а, вернее сказать, я не смог простить ему его поведения с отцом. Да, это было то ещё испытание, это я себе чётко представляю. Но с родными людьми стоит быть добрее.
Но это легко представить себе на словах, в действительности же это была та ещё пытка, если смотреть на всё со стороны автора. И самое главное, что он не пытается себя оправдать или выставить в лучшем свете. Он рубит правду - матку и пытается рассказать максимально правдивую историю. И тут, как ни крути, приходится показывать самые неприглядные вещи. Странности отца, самоубийство матери, собственные метания от осознания своего лицемерия и мук совести. Всё это придало повествованию силы. Сразу вспоминается Данила Багров и его главный вопрос: "В чём сила, брат?". И, естественно, его же ответ: "Я вот думаю, что сила в правде. У кого правда — тот и сильней."
За страницами этой истории сокрыта страшная правда. Ведь автор рассказывает лишь некоторые частные случаи, которые произошли с его отцом. Тот, благодаря своим личным качествам, смог пережить тот ужас. А тысячи не смогли. И их историю уже некому рассказать.
Удивительно, что за эту историю дали Пулитцеровскую премию. Вернее, что всего 30 лет назад в США были чёткие представления по этому вопросу. Теперь я в этом не уверен. Те же поляки из кожи вон лезут, чтобы все поскорее забыли эти "ужасы войны русских с фашистами". И как будто бы они вообще ни при чём. Хотя, пожалуй, именно этот комикс дал толчок для развития и распространения этой важной и страшной темы. Ведь уже потом, после его издания, стали сниматься фильмы про Холокост и писаться художественные книги.
Кроме того, сама подача комикса говорит о многом, ведь люди показаны в нём антропоморфными животными. Евреи-мыши, немцы - кошки, поляки - свиньи, а бедный одинокий француз - лягушонок. Жаль, что не показали русских, было бы интересно знать мнение автора по поводу нас. В целом, это обесчеловечивание даёт очень интересный эффект: так проще понять причины геноцида. Отличия и личная неприязнь, многого и не надо. Кроме евреев, сгоняемых туда со всех захваченных Рейхом территорий, в эти "исправительные" лагеря попадали славяне, цыгане, да и просто свои же неугодные немцы, коммунисты например. Так что пострадали не одни евреи, но об этом в последнее время тоже не принято сильно распространяться.
Ещё автор удивил своим заявлением, что не умеет рисовать. И сама его рисовка, особенно вначале, вроде и подтверждает это заявление. Все рисунки выполнены обычным карандашом, небрежной штриховкой. И лишь при сравнении с рисунками авторского "настоящего", небрежность и нечёткость "прошлого" создаёт эффект патины. Воспоминания, даже такие страшные, уже не такие чёткие, но не менее ценные от этого. Важно помнить это и то, что история, к сожалению, циклична. И кто знает, какие испытания уже могут выпасть на нашу долю...

Цитата:

Впечатление:

Я долго охотилась за эти ГР, даже хотела себе прикупит его в коллекцию, но останавливало меня то, что я его пока не читала. Теперь этот этап пройден, но я еще подумаю, хочу ли я книгу к себе в библиотеку.

Я впервые столкнулась, что ГР в монохромной (черно-белый) визуализации. Если честно, то с одной стороны-это четкая цветовая градация, которая позволяет оценить историю в ее полноте и трагичности, с другой стороны, лично я не рассматривала картинки от слова вообще.

Как по мне текста тут много, и если убрать реализацию книгу, как графического романа, то это могла бы быть полноценная история в виде полноценной книги, но весь изюм ее именно в ее преподнесении читателю в таком виде.

История живая, про настоящее, страшная, даже не смотря на то, что все изображено карикатурно и некоторый текст смягчен для понимания читателя. Но’ как всегда тема острая и интересная.

В какой-то момент чтения, мне стало очень грустно, за главного рассказчика истории, за его судьбу и то’ как ему пришлось жить дальше.

Книгу рекомендую к прочтению, тем более ее можно сейчас найти в открытом доступе, но стоит быть готовым к тому, что это не развлекательный контент.

О чем книга: В виде графического романа Арт Шпигельман показал читателю историю своей семики от лица отца, которому пришлось пережить все ужасы Второй Мировой войны, являясь евреем.

Читать/ не читать: читать

Часто встречал этот комикс во всех ТОПах когда искал какой бы взять почитать, но все как то не брался за него, потому что тема Холокоста не на каждый день, и не под каждое настроение. Но когда-то я все-таки должен был с ним ознакомиться.

Вкратце о том что за зверь перед нами:

Прочитал, и если честно я не понял почему этот комикс получил премию, почему он занимает верхние строчки ТОПов, и откуда у него такая высокая оценка на ЛЛ. Да, автор поднимает очень серьезную тему, рассказывает историю своих родителей, но у меня лично после прочтения осталось пару неприятных вопросиков к тому как автор это делает...

Автор решает в своем комиксе рисовать разные нации в виде разных животных... Евреи у него мыши, немцы - коты, американцы - собаки, французы - лягушки... И все бы ничего, но он решает нарисовать поляков свиньями. Я не поляк, у меня нет друзей поляков, но если мы говорим о нацизме и фашизме, то это был очень странный ход со стороны автора, при том что в контексте книги много поляков помогали его родителям выжить.

Ну и если мы оцениваем комикс, то как по мне в комиксе главное это рисовка, а тут рисовка ну прям откровенно не очень. Черно-белые картинки которые больше похожи на наброски к комиксу, а не на конечный вариант который нужно представить читателю. Ну как говорится: «Я художник — я так вижу».

Ну и вот вам на сладкое отрывок из комикса.
Человек переживший Холокост оценивает людей по цвету кожи.