Рецензия на книгу

• 

  infopres22 октября 2014 г.

  Как часто изд. аннотации врут в лучшем случае неточны или расставляют совсем не те акценты, в худшем же — вообще мимо кассы. Но "Маусу" в этом смысле повезло — издательский текст точен во всех моментах, что в нём отмечены.

  Получил я эту книгу от подруги (на "почитать") и потому совсем не интересовался тем, что это такое, не читал отзывы. И, поскольку это комикс, само собой решил, что история в первую очередь для детей, ну, мол, просто и доступно о том, что нужно знать и помнить. Собственно, на первых страницах я именно так и думал, что целевая аудитория — не более, чем подростки. Но уже совсем скоро эта версия потерпела крах, а к финалу я однозначно утвердился во мнении, что книга совершенно взрослая, и подросткам я бы её дал разве что старшим.

  Здесь действительно два пласта. История польского еврея Владека, прошедшего через мясорубку нацизма: от гетто в городках, до Аушвица и "марша смерти" в Дахау. И если этот слой, эта история для подростков пригодна и нужна (но подразумевает, что читатель хотя бы по верхам в теме, знает, что такое "гетто", слышал об Освенциме, ибо объяснений там мало, ведь весь текст комиксов есть диалоги), то второй пласт — история непростых взаимоотношений Владека и сына Арта (собственно, автора комикса) — как раз и дал мне основание считать книгу скорее взрослой. Одни и те же события влияют на разных людей по-разному. Отец Арта после пережитого стал до невозможности скуп, считает крошки, экономит каждую спичку, у окружающих (например, второй жены) готов видеть сугубо меркантильный интерес к себе, выгоду. Сыну с отцом очень непросто: тяжело понять, не пережив, сложно не срываться, не раздражаться, ещё сложнее помочь. Владек возмущён, что сын не ценит того, что имеет, Арту кажется, что отец попросту свихнулся. Извечная тема отцов и детей, помноженная на адское прошлое отца. И да, издатели очень верно подметили, что книга рождается именно на стыке двух этих пластов.

  Встречал ругательные отзывы о переводе, мол, ужасный, корявый и т.д. Объяснение этому простое и одновременно сложное — после войны Шпигельманы переехали в Америку, Владек рассказывает свою историю на корявом английском. И русские издатели/переводчики постарались сохранить этот нюанс как можно ближе к оригиналу. Лично меня такой перевод не только не смущал, но и наоборот, показался весьма уместным, все эти "так я пошёл" и прочее, эдакий "еврейский говорок".

  Книга не без недостатков, хотя, пожалуй, единственным заметным, и то уже в размышлениях после чтения, я бы отметил то, что автор говорит только о евреях, то есть в его истории среди пострадавших нет представителей других национальностей (в смысле, он их не показывает). Но этим, мне кажется, грешат многие представители еврейского народа. И кроме того, для себя я объясняю это тем, что еврейская община на самом деле очень сильна, поддержка "своего" всегда отличает этот народ от других, как мне кажется, поэтому неудивительно, ведь Владек "вертелся" только среди своих, вот и рассказывает о себе и соотечественниках.

  "Маус" однозначно впечатляет. И без всяких скидок, на "комикс" и т.д.

  Интервью с автором Артом Шпигельманом (из французского журнала «Les Inrockuptibles» №42, decembre, 1992)

  UPD. Немного размышлял сегодня утром, уже после написания отзыва.
  Сама история Владека, рассказанная в "Маус" (не книга как таковая, а именно история человека) — не уникальная; те, кто читал Ремарка, Кертеса, другие книги о нацистских концлагерях, читал или смотрел документалку, могут сказать, что ничего нового не узнали. И будут правы, возможно, даже наверное. Но знаете, я подумал, что после пройденного ада каждая такая "история выжившего" имеет право быть рассказанной. Каждая имеет право быть услышанной. И потому, что заслужили это право уже одними своими страданиями и потерями. И потому ещё, все они — свидетельства не только страшного прошлого, о котором надо знать и помнить, но и будущего — которое не должно повториться, никогда!

  В силу того, что это комикс (хорошо, графический роман, но суть это мало меняет), эмоции здесь где слабо выражены, "прописаны", где утрированы, однако они несомненно видны ЗА текстом-рисунками, читатель их просто не может не ощущать. А иногда за скупыми ужасными фактами чувства и эмоции уже и не так нужны. Некоторые сцены кошмарны. Имейте в виду, давая читать детям.

  Например, эпизод

  
  Например, эпизод (это старое издание, кстати, здесь "ломаного" языка нет, плюс другой шрифт)

  
  
  
  
  
  
  

  76

  984