Цитаты из книги Сороки-убийцы

Но в сравнении с книгами любых других литературных жанров остросюжетный детектив — это роман, который непременно должен быть законченным.

Сегодня суббота, погода холодноватая для этого времени года, и лорд облачился в твид. Твидовый пиджак, твидовый жилет, твидовые брюки, твидовые носки. Ему нравится твид.

Щеки эти трясутся на лице, тесноватом для них. Усы растекаются по верхней губе, как если бы выползли из ноздрей и, бросив прощальный взгляд на родину, потеряли всякую надежду и сдохли. Глаза безумные. Безумные не типа «пересечем улицу и пойдем по встречке», но холодные, как у ящерицы, и внушающие страх. У него фамильные брови Трампов, тоже слегка чокнутые, они выпрыгивают из плоти подобно густой поросли крестовника.

Виноват ее отец, человек, о котором она всегда вспоминала с нежностью, а он оказался допотопным чудовищем! Неужели ей хочется бороться с ним, возвращать в свою жизнь, когда он так давно упокоился в могиле? Нет.

В ходе раскрытия преступления не бывает бесполезных путешествий.

Наследственное богатство погубит эту страну, мистер Пюнд, истинная правда.

Каждый из обитателей деревни был уверен, что знает, кто убил сэра Магнуса Пая. К сожалению, среди всех их теорий не нашлось бы и двух совпадающих.

Существуют разные способы пережить утрату. И горе не подвластно рассудку.

Я вот чего не понимаю: все эти убийства по телевидению — неужели люди не могут потратить время на что-то более полезное? Каждый вечер! На каждом чертовом канале! Зрители пялятся на это как одержимые. И что меня по-настоящему злит, так это факт, что все это не имеет никакого отношения к реальности.

Печально говорить, но есть одно имя, которое сильно мешает мне получать удовольствие от книг Алана Конвея. Его собственное.

Было очень уместно, что герои говорили со мной его голосом. Ведь спас их именно он.

В книгах и фильмах происходят сотни и сотни убийств. Редкое произведение художественной литературы обходится без них. Зато в реальной жизни их почти не случается, если только вас не угораздило жить в неблагополучном районе. Почему же мы так нуждаемся в загадочных убийствах и что нас привлекает в них: преступление или разгадка? Не говорит ли в нас первобытная жажда крови, ведь наша собственная жизнь так безопасна, так уютна?

Еще он любил акронимы. К матери он ласково обращался «МАМ», что на самом деле означало: «Моя адская мамочка». А отца уважительно называл «ШЕФ», что расшифровывалось как: «Школы единственный фюрер».

Я откупорила вино. Отвинтила крышку с сальсы. Закурила сигарету. И начала читать книгу, как это делаете сейчас вы. Но прежде чем вы приступите, я обязана вас предупредить.

Эта книга изменила мою жизнь.

Он был пуст. Он собирался убить меня, заткнуть мне рот, потому как, убив одну жертву, ты попадаешь в некую иную реальность, где, убьешь ты еще двоих или двадцать, не составляет уже существенной разницы.

Ругательства в книгах всегда режут мне слух как неуместные и чрезмерные. Но слово на «с» еще хуже. Его используют мерзкие, закомплексованные мужчины по отношению к женщинам. Оно вопиет о презрении к женскому полу.

Литература отражает наш жизненный опыт.

И был еще роман, где фамилии персонажей Брук, Уотерс, Форстер, Уайлд... — Это все писатели. — Не просто писатели, все они геи. Это игра, которую он придумал, чтобы не заскучать.

На одного прославившегося автора приходится пятьдесят таких, кто попросту исчезает ...

... мир полон дебютных романов, что каждую неделю на полки ложатся десятки новинок и далеко не все производят фурор.