Теперь она знала, что не вынесла бы общения с помешанным, - у нее недостаточно крепкие нервы и толстая кожа. Теперь ей стало ясно, за что так жестоко обращались с сумасшедшими в старину. Здоровые собаки кидаются на бешеную потому, что их собственные нервы не выдерживают. Презрение и грубость, которые обрушились на слабоумных, были просто самозащитой. Здоровые мстили больным за свои измотанные нервы.

- Я уверена, Флер, - прошлое есть и у вас, а тот, у кого оно есть, не бывает бесчувственным.

- Моя дорогая, какое имеет значение, что происходит с пятым колесом, раз телега все-таки катится?

Взрослые кричат о разоружении и до зубов вооружают своих детей.

Глаза говорят о том, что это за человек от природы, а рот - каким он стал.

Ночь, как и день, не знает сна. Глухая и равнодушная ко всему, она тоже наделена жизнью: она не говорит, не движется, только бодрствует и дышит. Лунная и звездная или беспросветная и глухая, как сегодня, она всегда - великий спутник человека.

Человек, уже подходивший к середине своего земного пути, и в солнечную и в пасмурную погоду испытывал чувство, которое бывает, когда сидишь на низкой ограде, нежась в первых весенних лучах, и видишь, как из сада, полного апельсиновых деревьев и ранних цветов, к тебе выходит сама жизнь в образе женщины с картины Боттичелли.

Неужели всякая человеческая страсть перегорает и синей пеленой стелется над полями, но мгновение заслоняя солнце, всходы и деревья, а затем тает в воздухе, и день по-прежнему беспощадно ясен? Неужели все остается, как было?

Вы - как Восток: его либо полюбишь с первого взгляда, либо никогда не полюбишь. И узнать его тоже нельзя.

Глаза говорят о том, каков человек от природы, рот - о том, каким он стал.

Какое кипение, какая путаница людей и машин! К чему, с какой тайной целью они движутся? Чего ради суетятся? Поесть, покурить, посмотреть в кино на так называемую жизнь и закончить день в кровати! Миллион дел, выполняемых порой добросовестно, порой недобросовестно, - и все это для того, чтобы иметь возможность поесть, немного помечтать, выспаться и начать все сначала!

Клер и я до семи лет ужасно много плакали.

• Я ревела до пятнадцати, - сообщила леди Монт, - и начала опять после сорока пяти. А вы плакали, няня?
• У нас слишком большая семья, миледи; негде было.

Люди обычно стесняются совать нос в чужие дела, но в толпе всякую щепетильность с них как рукой снимает. Чем нахальнее человек проявляет в толпе свое любопытство, тем лучше он себя чувствует.

Жена генерала была одной из тех женщин, которые кажутся такими незначительными и так много значат для своих близких. Ненавязчивая, мягкая, она никогда не сидела сложа руки и всегда держалась в тени, а ее бледное, спокойное лицо с застенчивой улыбкой говорило о том, что для душевного богатства вовсе не нужно денег и даже большого ума. Муж и ее трое детей знали, что всегда могут положиться на ее безграничную преданность. Все они были люди куда более живые и яркие, но с ней они отводили душу.

Я очень рад, что ты смогла влюбиться по-хорошему, по уши, по старинке, а не так, как эти нынешние, - из "физиологической потребности".

А о будущем не стоит думать: что ни делай, жизнь все равно подставит тебе ножку.

Да и что вообще человек знает о другом, даже о любимой женщине?

Любовь или гордость — что сильнее? Видно, не зря люди говорят, что гордость... Что победит: ее любовь или его гордость? Ее любовь или ее собственная гордость? Конечно, победит гордость. Ну разве это не обидно?