Удушье

Мыльные оперы — это где настоящие люди прикидываются фуфельными, с надуманными проблемами, а настоящие люди наблюдают за ними, чтобы забыть свои настоящие проблемы.

Ты понимаешь, что смысл что-то делать есть только тогда, когда тебя кто-то видит. А если никто не видит, то какой смысл напрягаться?

«Любовь - бред. Чувства - бред. Я - камень. Мерзавец. Бесчувственная скотина. И горжусь этим.»

Нереальное сильнее реальности. Потому что в реальном мире совершенства не существует. Совершенно лишь то, что мы придумываем для себя.

Церкви во внешнем мире, рассказывал брат, это не настояшщие церкви, а торговые лавки, где продают людям ложь, изготовленную на заводах и фабриках по производству гигантских религий.
(с. 294)

«Чтобы успокоить эту девушку, чтобы заставить ее слушать, я рассказываю ей историю о моей рыбке. Это рыбка номер шестьсот сорок один за всю мою жизнь. Родители купили мне первую рыбку, чтобы научить меня любить и заботиться о каком-то другом живом и дышащем создании Господа. Шестьсот сорок рыбок спустя я знаю лишь одно: все, что ты любишь, умрет».

Все дело в том, что если бы Иисус смеялся на кресте, или плевал на макушки римлянам, или делал ещё что-нибудь, кроме как молча страдать, - Церковь - и всё с нею связаное - нравилось бы мальчику больше. Гораздо больше.

Проблема в том, что люди испорчены фильмами-катастрофами. Они слишком многого ждут от природы.

Как будто надо почти умереть, чтобы тебя полюбили. Как будто надо зависнуть на самом краю, чтобы тебя спасли.

В небе то же самое солнце смотрит как мы делаем те же самые ошибки.