7 best short stories by Alexander Pushkin

Однако пора спать: уже без четверти шесть.
В самом деле, уже рассветало: молодые люди допили свои рюмки и разъехались.

играю мирандолем, никогда не горячусь, ничем меня с толку не собьешь, а всё проигрываюсь!

Тайна, какого роду ни была бы, всегда тягостна женскому сердцу.

Ничто так не воспламеняет любви, как одобрительное замечание постороннего.

В эту минуту ему показалось, что пиковая дама прищурилась и усмехнулась. Необыкновенное сходство поразило его...

Графиня стала раздеваться перед зеркалом. Откололи с неё чепец, украшенный розами; сняли напудренный парик с её седой и плотно остриженной головы. Булавки дождём сыпались около неё. Желтое платье, шитое серебром, упало к её распухшим ногам. Германн был свидетелем отвратительных таинств её туалета; наконец, графиня осталась в спальной кофте и ночном чепце: в этом наряде, более свойственном её старости, она казалась менее ужасна и безобразна.

«Он всегда шутит, графиня, — отвечал ей Сильвио, — однажды дал он мне шутя пощечину, шутя прострелил мне вот эту фуражку, шутя дал сейчас по мне промах; теперь и мне пришла охота пошутить...»

трейка, семерка, туз.

трой, семерка, туз. Ваша дама убита.

Тройка, семерка и туз выиграют тебе сряду, - но с тем, чтобы ты в сутки более одной карты не ставил и чтоб во всю жизнь уже после не играл.

Пиковая дама означает тайную недоброжелательность.

Новейшая гадательная книга

"Почему ж не попробовать своего счастия?... Представиться ей, подбиться в её милость, - пожалуй, сделаться её любовником, - но на это все требуется время, а ей восемьдесят семь лет, она может умереть через неделю, - через два дня!... "

Живой без сапог обойдется, а мертвый без гроба не проживёт

Все её знали и никто не замечал.

Я не в состоянии жертвовать необходимым в надежде приобрести лишнее.

Ее глаза выражали такое милое добродушие,ее обхождение с ним было так просто,так непринуждённо, что невозможно было в ней подозревать и тени кокетства или насмешливости

Лизавета Ивановна выслушала его с ужасом. Итак, эти страстные письма, эти пламенные требования, это дерзкое, упорное преследование, всё это было не любовь! Деньги, – вот чего алкала его душа!

Кто не проклинао станционных смотрителей, кто с ними не бранился?

...но я не в состоянии жертвовать необходимым в надежде приобрети излишнее.