Малое собрание сочинений

В первый же день Гумилев на восхищенное восклицание одной студистки, ощупавшей стул — Да весь он из серебра. Из чистого серебра! — ответил тоном знатока: — Ошибаетесь. Не из серебра, а из золота. Из посеребренного золота. Для скромности. Подстать нам. Ведь мы тоже из золота. Только для скромности снаружи высеребрены.

Я согласна с Габриелем Марселем, что "любовь дарует бессмертие" и что, произнося: "Я тебя люблю", - тем самым утверждаешь: "Ты никогда не умрешь".
Не умрешь, пока я, любящий тебя, буду жить и помнить тебя.

Я ведь всегда ломаюсь. Всегда ломался. Не мог не ломаться - это моя самозащита - с самого младенчества.

Бергсон недаром считает, что прошлое пожирает настоящее Но я предпочитаю все же, чтобы не прошлое, а будущее пожирало настоящее. Ведь будущее всегда полно надежд, - пусть несбыточных, - а в прошлом одни разочарования и огорчения!

Вот, все теперь кричат: Свобода! Свобода! а в тайне сердца, сами того не понимая, жаждут одного - подпасть под неограниченную, деспотическую власть. Под каблук. Их идеал - с победно развивающимся красным флагом, с лозунгом "Свобода" стройными рядами - в тюрьму. Ну, и, конечно, достигнут своего идеала. И мы и другие народы. Только у нас деспотизм левый, а у них будет правый. Но ведь хрен редьки не слаще. А они непременно - вот увидите - тоже получат то, чего добиваются.

- Ты ничего не понимаешь. Он похож на барана.

• Велика беда. Пушкин тоже был похож на овцу.

- Ну, положим, я знаю гораздо больше тебя.

• Ты? Что ты знаешь?

• Много, хотя бы, например, что надо делать, чтобы иметь детей.

• Нашла чем удивить. Я знаю даже, что надо делать, чтобы не иметь детей. Хочешь, расскажу?..

Ведь я вру. Я постоянно вру. Не только другим. Но и себе. И это страшно. Очень страшно.

- Я несколько раз шел за вами и смотрел вам в затылок. Но вы ни разу не обернулись. Вы должно быть не очень нервны и не очень чувствительны. Я на вашем месте - не мог бы не обернуться.
Я еще более смущаюсь от упрека - поэты нервны и чувствительны и он бы на моем месте...

• Нет, говорю я. - Я нервна. Я очень нервна.

несмотря на революцию мы не выходили из дома без шляпы. И даже без перчаток