Гомер, сын Мандельштама

Что останется, когда энергия русских прорывов истает бесследно, когда русская Троя уйдёт в нети, в археологическую глубину? Что, кроме мучительных метаний Толстого, психопатических страниц Достоевского, историй болезней по доктору Чехову? Думаю, что ещё гоголевское: "... зачем вы меня обижаете?" с напрашивающимся ответом: "Да просто так, от нечего делать". Ещё два-три художника, два-три композитора, два-три грандиозных открытия... И всё. А Сахаров, как полузадушенный Лаокоон, из последних сил умоляет не доверяться ложным символам и смыслам... но кто когда слушал Лаокоона?