День Праха

Есть правила, и есть исключения. В такую минуту чувство симпатии, доверия позволяет и нарушить закон.

Если уж нечего делать, так лучше заняться чтением.

Когда на человека нападают, тело реагирует на это быстрее, чем голова.

Считается, что годы обогащают вас, делают сильнее. Но на самом деле все совсем наоборот. Возраст отнимает у человека энергию, разрушает его. Нажитый опыт подтачивает волю, оскверняет мечты. А молодость ничего не знает, во все верит и презирает стариков - вот почему она гениальна.

— Над спасением душ трудится множество религиозных групп. Они идут по следам Господа, ведя безупречное существование.
— Именно так и ведут себя Посланники.
— Не только это. Они считают также, что будет спасена их плоть.

Ньеман искренне не понимал, почему преломить хлеб или смазать лоб елеем лучше, чем запихать камень в рот трупа.

Природа все еще занималась сухой уборкой: ледяной ветер бешеными порывами обрушивался на землю, высушивая лужи, словно сворачивал ковры…

Нет веры без благочестия, нет войска без ветеранов.

Их подлинное гражданское состояние остается тайной, а ДНК так сблизились, что инцест стал естественным способом продолжения рода.

— Я живу один. Один на один с моей работой.
— И с воспоминаниями?
— Нет, без них. Память — в моем возрасте — это не всегда хороший козырь.

Чужие дети… ну что в них может быть интересного?!

Генетика. Инцест. Больные. Все это было как-то связано между собой, но труднодоказуемо…

Окружающий пейзаж, убеленный инеем, преобразился: казалось, древесные стволы, ветви и кусты поразила ледяная молния.

«Нет в мире одного — и мир весь опустел». Кто это сказал — Ламартин, Шатобриан или еще кто-то?...

Некоторые люди, дабы обрести устойчивость, прибегают к алкоголю, наркотикам, анксиолитикам. Его лекарством было расследование преступлений.

— Наступает момент, когда вера — это попросту повиновение приказам.

— В Книге псалмов написано: «Господь испытывает праведного, а нечестивого и любящего насилие ненавидит душа Его. Дождем прольет Он на нечестивых горящие угли, огонь и серу…»

Ньеман одарил его своей фирменной хищной усмешкой и вышел.

Неизменный запах ладана витал среди голых стен, как невысказанная горькая мысль.

Завтра утром виноградники будут покрыты пеплом. И только тогда мы сможем возблагодарить Господа за этот урожай и молить Его даровать нам такой же на будущий год. Мы называем это Днем Праха.